Майкл Миллер – На крючке (страница 52)
Я почувствовал, как удары разбойника отлетают от моей каменной брони, хотя урон понемножку отнимал здоровье, уже значительно сниженное. После вихря ударов двойная атака стала одинарной, и он отбросил сломанный кинжал; его прочность упала от многократных ударов по камню.
Это его только разозлило, и следующая атака пришлась на мой арбалет. Разлетелись щепки, а нитка, привязывающая кинжал к корпусу, разорвалась. Самодельный штык отвалился, оставив меня без рукопашного урона.
На последней секунде каменной брони я увидел, как стряхивает эффект оглушения мой второй противник. Я не мог справиться с ними двумя – только если не разделю их.
Попятившись, я уклонился от следующей атаки и нашарил зелье маны, в раздражении от неудобства вызова сумки в бою. Пока я возился с зельем, броня окончательно исчезла. Высокоуровневый разбойник не растерялся и врезал мне по боку кулаком.
Удар по почкам
По ощущениям мне словно врезали в пах, но я был хотя бы благодарен, что удар не нанес урона. Сломавшись пополам, я умудрился выпить зелье и восстановить ману, но теперь мне нужно будет считать каждую каплю.
Активируя очередную руну земли, я потратил триста маны на вариант с каменной стеной и увидел, как мой барьер проявляется в мире в виде расплывчатых синих очертаний. Поместив его между двух разбойников, я скастовал заклинание, и из пола вырвалась стена из камня в три метра длиной, перекрыв путь. Она продержится на месте пять секунд.
Отрезанный от друга, нападавший снова смешался. Я воспользовался шансом и налетел на врага, выхватив флакон слизи и разбив об него. Он попытался стереть зеленую гадость, но только размазал ее по телу, и следующая его атака ушла мимо, только оцарапав мое плечо. От пореза полыхнуло болью, и здоровье упало опасно низко, но я хотя бы был достаточно близко, чтобы не сомневаться, будто промажу руной огня.
Огненный шар или Инферно?
Из моей руки вырвался один файербол, заряженный на четыреста маны, и врезался в разбойника в фонтане искр. Дневник боя зафиксировал это событие так:
Фаербол попадает!
И слизь загорелась. Она раскалилась добела, злобно плевалась и наносила огненный урон с руны по второму разу. Над его инфо-полоской появился символ пламени – дебафф.
Опаленный
Я отскочил от объятого пламенем игрока. Все еще под действием эффекта кровотечения и теперь еще и ожогом остаток его полоски здоровья таял на глазах. Отчасти мне было неприятно при мысли о том, как игра симулирует боль от сгорания заживо. С другой стороны, говнюка вроде бы возбуждало желание убить меня по-настоящему.
Байтерзогг – Разбойник – уровень 36 умирает – 225 опыта
– Хорошая работа, – сказала Элли.
– Но я выложил все козыри, – сказал я, заряжая арбалетный болт, хотя тот был фактически бесполезен. Стоило мне прицелиться, как барьер из камня рухнул.
Оставшийся разбойник шокировано уставился на павшего товарища. Я выстрелил, и благодаря чистой удаче сработал шанс отбросить врага. Разбойника сбило с ног, и он ударился о землю – почти как кобольд, когда его атаковал Уайлдер в лесу.
Казалось, это было уже сто лет назад.
Я подумал о том, что пора сматываться, уверенный, что теперь моя удача кончилась. Но тогда бы он догнал меня со своей способностью; а если нет, он обыщет коридор и найдет проход за гобеленом или просто увидит, как я туда ускользнул.
Враг зашевелился. Ему повезло не разбить голову об угол тяжелых дверей покоев – он приземлился к ним вплотную.
– Элли, пожалуйста, скажи, что взломщик был тот, кого я убил?
– Да. А что…
Я бросился вперед, зачехляя арбалет в пользу руны воздуха. Мана восстановилась как раз достаточно, чтобы всадить в заклинание почти триста единиц.
Порыв ветра
Из моей руки задул крутящийся циклон, подхватив разбойника и забросив его внутрь покоев архимага. Не сбавляя шага, миг спустя я оказался у дверей и захлопнув их, крикнув от натуги. Чувствуя себя так, будто сердце сейчас взорвется, я умудрился достать ключ императора и вставить в замок, не обронив. Я повернул его, услышав самый прекрасный щелчок на свете, когда механизм встал на свое место.
С другой стороны раздался топот, требования выпустить, приглушенные толстым деревом. Я медленно подался назад, но как бы игрок ни бросался на дверь, она не поддавалась. Стук замедлился, потом прекратился вовсе. Наконец-то я свободно выдохнул.
– Кайфует, да? – спросил я.
– Какое-то время он воздержится от энергичных действий, – сказала Элли.
Мне хотелось рухнуть на месте, но адреналин поддерживал на ногах, а инстинкт повелевал обыскать тело Байтерзогга. Игра вознаградила меня его поясом – предметом редкого качества, объяснившим, почему он так хорош во взломах.
Кушак грабителя
Потом я разберу его на кожу, но пока что я перешел к собирательству.
Обыскан Байтерзогг уровень 36 – 34 опыта
Хоть что-то новенькое.
Дезориентирующая отрава
– Спасибо, мистер Зогг, – сказал я. – так, а куда упал мой кинжал-штык?
Я нашел его недалеко, в крови от драки и с пониженной прочностью, но в остальном в порядке. Впрочем, шелковой растяжке пришел конец, так что пришлось бы сделать еще одну, чтобы привязать его к арбалету. Неидеальное средство, но, учитывая, как я дерзко придумал конструкцию и воспользовался ею, он вполне оправдал ожидания.
Убрав кинжал в инвентарь и закончив все дела, я побежал к тайному проходу.
Глава 23
Вернувшись в безопасные темные коридоры Башни, я почувствовал, как гаснет огонь в крови. Руки тряслись, а я задыхался без видимых причин. Этажом ниже я остановился передохнуть, прислонившись к холодной стене и пытаясь восстановить контроль над собой.
– Что случилось? – спросила Элли.
– Я чуть не умер, – сказал я. Стоило произнести это вслух, как идея стала осязаемой, еще более возможной. – Я чуть не сдох, Элли. Два раза!
Тело решило, что хватит меня поддерживать. Я повалился на пол и свернулся калачиком, пытаясь вздохнуть, пока в глазах не встали цифровые слезы.
– Твою мать, твою мать, твою мать.
Это было совсем не похоже на засаду. Тогда меня едва ли поцарапали – благодаря НПС, бомбам и диверсиям. Драка с Рыжим и разбойниками оказались слишком… чувствительной. Как и более личной.
– Зоран, все в порядке. Ты цел.
– Да, на этот раз, – сказал я. – Черт возьми. Не знаю, сколько еще так смогу.