Майкл Крайтон – Чикагский вариант (страница 149)

Ее начинала бить дрожь: сперва слегка, а затем все сильнее и сильнее, и вот она уже содрогалась всем телом.

— Вот видишь, Анжела, это уже начинается.

Она скрипела зубами.

— Мне все равно.

— А дальше будет еще хуже.

— Нет… нет… нет…

Вынув из кармана ампулу с морфином, я положил ее на тумбочку перед ней.

— Говори.

Дрожь стала еще сильней, она начинала биться в судорогах. Кровать под ней сотрясалась. Наверное мне было бы жаль девушку, если бы только я не знал, что она сама вызывает в себе эту реакцию, что я не вводил ей ни капли налорфина.

— Анжела.

— Ладно, — сказала она, задыхаясь. — Это сделала я. Мне пришлось это сделать.

— Почему?

— Из-за шмона в клинике.

— Ты воровала из операционной?

— Да… не много, совсем немного… но мне хватало…

— И как долго?

— Три года… может быть четыре…

— И что случилось потом?

— Роман обворовал больницу… Роман Джоунз.

— Когда?

— На прошлой неделе.

— И?

— Тогда начали шмонать. Они проверяли всех…

— И поэтому ты перестала воровать?

— Да…

— И как ты стала обходиться тогда?

— Я пробовала покупать у Романа.

— И?

— Ему нужны были деньги. Много.

— Кому в голову пришла идея об аборте?

— Роман.

— Чтобы получить деньги?

— Да.

— Сколько ему было нужно?

Ответ был мне уже известен. Я ожидал услышать то, что она сказала в следующее мгновение.

— Триста долларов.

— И ты сделала аборт?

— Да… да… да…

— А кто был вместо анестезиолога?

— Роман. Это было не трудно. Тиопентал.

— И Карен умерла?

— Когда она уходила, было все в порядке… Мы сделали это на моей кровати… все это… Все было в порядке, все… на моей кровати…

— Но потом она умерла.

— Да… Господи, ну сделайте хоть что-нибудь…

— Сейчас, — сказал я.

Я снова набрал в шприц воды, выпустил воздух, пока из иглы не брызнула тонкая струйка и снова ввел воду в вену. Она сразу же успокоилась. Дыхание ее замедлилось, стало более расслабленным.

— Анжела, — сказал я, — это ты сделала аборт?

— Да.

— И Карен умерла от этого?

— Да.

Голос ее был глухим.

— Ладно, — я погладил ее по руке. — Теперь можешь отдохнуть.

Мы вместе с Хаммондом шли по коридору. Том Хардинг вместе со своей женой дожидался нас там, он курил сигарету, прохаживаясь из стороны в сторону.

— Ну как, доктор? Анализы…

— Замечательные, — сказал я. — Она обязательно поправится.

— Слава богу, — сказал он, стоя передо мной, уныло опустив плечи.

— Да, — сказал я.

Нортон Хаммонд пронзительно взглянул на меня, а я избегал встречаться с ним взглядом. Мне было чертовски плохо; страшно болела голова, и временами мне начинало казаться, что я теряю зрение. Особенно на правый глаз.

Но все-таки кто-то должен был поставить их в известность. И тогда я сказал:

— Мистер Хардинг, мне очень неприятно говорить вам об этом, но боюсь, что ваша дочь оказалась замешанной в деле, относящемся к компетенции полиции.

Он смотрел на меня взволнованным, неверящим взглядом. Потом я заметил, что черты его лица смягчаются, принимая выражение смиренной покорности. Как будто бы все это время ему было известно обо всем.

— Наркотики, — тихо проговорил он.

— Да, — подтвердил я, чувствуя себя как нельзя отвратительнее.

— Вы только не подумайте, — быстро проговорил он, словно стараясь оправдаться, — мы ни о чем не знали. Я хотел сказать, что если бы мы только…

— Но мы подозревали, — сказала миссиз Хардинг. — Мы не могли уследить за Анжелой. Она всегда была очень самостоятельной и своенравной девочкой. Даже в детстве. Очень самонадеянной, независимой и уверенной в себе. Даже будучи еще совсем ребенком, уже тогда она была очень самоуверенной.