Майкл Коуни – Дети зимы (страница 23)

— Я только хочу сказать, что никакого врача у нас нет, только и всего.

— Аякс прав, до некоторой степени, — согласился Горилла. — Чтобы выжить, наше племя должно увеличиваться. Нас сейчас слишком мало. Но если нас будет больше, станет тесно. Мы живем здесь уже довольно давно, и настанет день, когда мы не сможем больше найти здесь еду. Уже сейчас осталось мало патронов.

— Вчера я нашел динамит, — решил сообщить Прутик.

— Правда? — Морг оживился. — Где он?

— Думаю, мне не нужно напоминать, что недостаток боеприпасов опасен вдвойне. — Горилла поднялся на ноги и мог теперь смотреть сверху вниз на лукавого Аякса. — Мы не только не сможем добывать свежее мясо, но и защищаться не сможем тоже.

— Напомни-ка, когда ты в последний раз добыл свежее мясо, — кисло заметила Кокарда.

— Лежит на санях в кладовой.

— Кокарда права, конечно. Последнее время мне не слишком везло. Лапы стали хитрее.

— Там есть запертая дверь. Я так и не сумел ее открыть.

— Да уж, конечно, хитрее тебя!

— Она права. Надо следовать духу времени.

— Похоже на обычные патроны, только запала не видно.

— Замолчите вы все! — Малышка тоже оказалась на ногах. — Что с вами случилось? Почему каждый раз, когда мы что-то обсуждаем, всегда дело кончается таким беспорядком? По-моему, совершенно ясно, что надо делать. Кто-то из нас на «Южном Кресте» отправится в экспедицию. На охоту и для разведки. На лодке мы будем хорошо защищены от ловцов мяса. Заодно поищем боеприпасы…

— Малышка…

— Помолчи, Тюря.

— Можем найти врача для бедной Кокарды.

— Можем даже это, если окажется необходимым. Хотя в старину женщины и так отлично обходились.

Кокарда театрально поднялась.

— У тебя никогда не было детей. Ты не знаешь, что это такое!

— Ты тоже. Почему бы не подождать и не выяснить, как это выглядит на самом деле, вместо того чтобы скулить: «Доктора!»? Ты и думать не думала о враче, пока не появился этот умник и не забил тебе голову чепухой. Ты позоришь всех женщин своим поведением. Сядь и заткнись, пока не довела себя до выкидыша!

При общем потрясенном молчании Кокарда села.

— Малышка иногда выходит из себя, — с обожанием констатировал Тюря.

Стоя в снегу, Тюря устанавливал руль. Малышка на крыше каюты неловкими из-за перчаток руками крепила на мачтах и гиках паруса. Хлопающую ткань с воем рвал студеный ветер.

Горилла принимал у Прутика, мотавшегося вверх-вниз по лестнице, последние порции груза и передавал вниз Аяксу, который занимался укладкой в каюте. Банки консервов, лампы и масло для них, оружие, спички, постели, одежда и самое ценное, что у них было — два маленьких карманных фонарика.

Кокарда лежала в колокольне и недовольно ворчала себе под нос.

Морг стоял у отверстия, ведущего наружу, рядом с Гориллой.

Он разглядывал «Южный Крест» — большой, объемистый, на широких полозьях, с высокими мачтами. Присматривался, как полощутся паруса. Поднимал глаза на снежные дали, оценивая плотность поверхности, прикидывая силу ветра.

Задумчиво покачав головой, он медленно слез вниз, пересек колокольню и ступил на каменную лестницу, ведущую в ледяные пещеры.

— Клык! — позвал Морг, прислушиваясь к собственному голосу, неземным эхом отражавшемуся от голых, грубо обработанных ледяных поверхностей. Клык! Иди сюда, мальчик.

Послышался отдаленный призывный рев. Морг ловко открыл банку с фаршированным свиным рулетом и ждал. Зверь появился из прохода и застыл в свете лампы: огромный, серебристый, ласковый.

— Вот и мы, мальчик. Морг принес тебе покушать. Как твои дела сегодня? — Морг, хотя и был трезвым, ощутил исходящее от зверя довольство.

Животное в ответ заурчало, принимаясь за мясо; оно жевало шумно, пуская слюни, с таким удовольствием, будто эта еда была непривычным деликатесом. Морг стоял и смотрел.

Затем из туннеля послышался иной звук; еще что-то приближалось, фыркая на ходу. Выглянув из-за бока своего знакомца. Морг увидел пару блестящих глаз, потом еще одну.

— Бог ты мой, — в расстройстве пробормотал Морг.

Никто не произносил ни слова. Горилла до отказа натянул паруса; Малышка дергала румпель, пытаясь вырвать «Южный Крест» из цепкой хватки снега. Аякс стоял на носу наподобие резного украшения — настороженный, чутко ждущий малейшего признака движения. Тюря, погруженный в растущее уныние, сидел на крыше каюты.

Прутик и Кокарда безмолвно ожидали внутри колокольни, когда раздастся вопль торжества, означающий старт короткой пробной пробежки.

Тюря поднялся на широко расставленных ногах и принялся раскачивать лодку, держась за грот-мачту, сначала медленно, потом все более энергично, отклоняясь далеко в сторону.

«Южный Крест» не шевельнулся.

Тюря привязал к ногам снегоступы и соскочил в снег.

Горилла закрепил тросы и присоединился к нему; Малышка передала им лопаты. Поднимая белые вихри, они начали вычищать снег, который нанесло вокруг полозьев.

Ветер продолжал свистеть в тугих парусах, фалы выбивали на дереве мачт барабанную дробь. Аякс спустился к Малышке на кокпит. Объединенные общей бедой, они вдвоем принялись двигать румпель взад-вперед, преодолевая сопротивление налипшего на рулевое перо снега.

Тюря с Гориллой закинули лопаты на крышу каюты, пробрались, увязая в снегу, к корме, уперлись спинами в транец и налегли. Аякс надел снегоступы и присоединился к ним. Малышка отчаянно сражалась с румпелем. От усилий глаза у всех троих мужчин налились кровью.

«Южный Крест» не двигался с места.

Через какое-то время Аякс выпрямился, глянул на остальных и полез на кокпит. Вскоре за ним последовали Горилла и Тюря. Малышка оставила румпель в покое. Вся четверка тяжело и мрачно переглядывалась.

— Бедный Тюря, — прошептала Малышка. — Мне жаль, что так вышло.

14

— Таковы наши шансы выбраться из этой помойки, — подытожила Кокарда. Мне хотелось бы знать, как насчет врача. Кто-нибудь из вас об этом подумал?

— Не понимаю, в чем дело, — сказал Горилла. — Моя лодка ходит прекрасно.

— «Южный Крест» слишком велик, — объяснил Тюря.

— Если ты это понимал, чего же ты продолжал строить? — заверещала Кокарда. — Столько работы псу под хвост. Я стерла себе пальцы до мяса, пока шила все эти паруса. И все зазря. Дубина стоеросовая. — Она повернулась к Малышке. — Ты как будто говорила, что он все знает о том, как строить снежные лодки, — обвиняюще добавила она.

— Тюря обычно не ошибается, — сказала Малышка. — Может быть, сегодня недостаточно сильный ветер.

— Ветер всегда одинаковый!

— А может быть, нужны паруса побольше?

— Господи! Я столько над ними трудилась, а теперь, оказывается, они не годятся, надо побольше. А к большим парусам надо и мачты выше. Сколько времени уйдет, пока мы все это кончим!

Кокарда театрально обхватила свой живот.

— Мой срок подходит. Женщины знают такие вещи. Это будут тяжелые роды. Я могу их не пережить. О Боже, — простонала она. — У меня начались схватки. Это из-за тебя.

В секунду Аякс оказался рядом с ней.

— Женщине плохо, — серьезно сказал он. — Ей нужен врач. Садись, дорогая, отдохни.

Горилла вышел из себя, что было для него необычно.

— Заткнитесь оба, ради Христа! — заорал он. — Она так же рожает, как и я. И без твоего хныканья скверно, Кокарда, так что заткнись!

— Я думаю, это твой долг перед Кокардой — привезти доктора, Горилла, невозмутимо заметил Аякс. — Я объясню, куда ехать.

— Он ничего Кокарде не должен, — сказала, стараясь сдерживаться, Малышка. — В любом случае, лодка Гориллы разбита и завалена снегом, так что, боюсь, Кокарде придется следовать природе. Не волнуйся. А когда начнется следующая схватка, тужься.

— Тужься? Господи, ты-то что об этом знаешь? — Кокарда мстительно уставилась на Малышку. — Ну, во всяком случае, боли, кажется прошли, к счастью для нас всех. Мы отошли от темы. Я хочу знать вот что: как вы все могли так по-идиотски ошибиться с этой чертовой лодкой?

— Думаю, я могу тебе объяснить, Кокарда.

Морг стоял на верхней ступеньке и с интересом смотрел на своих соплеменников.