Майкл Корита – Добро пожаловать в ад (страница 28)

— Выходит, вы не знаете русского по имени Тор? — спросил он. — Я бы с радостью назвал вам его фамилию, да вот незадача: вряд ли я смогу ее выговорить, уж больно сложная, одни согласные. Или гласные, черт его знает.

— А он-то какое имеет к этому отношение?

— Стало быть, вы все-таки его знаете?

— Я этого не говорил. Лучше объясните, почему вы о нем спрашиваете. Валяйте, Тарджент, рассказывайте или выметайтесь отсюда к чертовой матери.

Тарджент улыбнулся, напряжение, явственно чувствующееся в моем голосе, похоже, доставило ему немало удовлетворение.

— Сразу же, после того как был обнаружен труп Алекса Джефферсона, мы обыскали его машину и сняли там все отпечатки пальцев. В результате у нас на руках оказались отпечатки, принадлежащие нескольким разным людям, но в нашей базе данных отыскались сведения только об одном из них. Два «пальчика» правой руки одного русского бандита по имени Тор. Весьма интересный господин — в свое время его обвиняли в четырех убийствах, подозревали еще по меньшей мере в тридцати, а в результате не смогли доказать ни одного, представляете? Ходят слухи, что этого типа считают очень важной шишкой. Под его крылышком сам Дэниус Белов, а уж этого-то вы точно знаете.

Слова Тарджента бешено кружились и плясали у меня в голове. Я сейчас был не в состоянии думать ни о чем — из тумана у меня перед глазами выплыло лицо с самыми светлыми голубыми глазами, которые мне когда-либо случалось видеть, такими светлыми, что они казались прозрачными.

Знаю ли я Тора, спросил Тарджент. Живое доказательство нашего знакомства сидело у него перед глазами. В свое время Тор спас мне жизнь. Спас, отняв жизнь у нескольких других людей, это так. Однако, если ты единственный, кому удалось выбраться живым из такой переделки, у тебя как-то пропадает охота беспокоиться о тех, кому повезло меньше, чем тебе.

— Этот тип с самого начала очень нас заинтересовал, — продолжал Тарджент.

Очнувшись, я моргнул пару раз и тупо уставился на него, изо всех сил делая вид, что внимательно слушаю. Больше всего на свете мне сейчас хотелось выглядеть спокойным, поскольку я сильно подозревал, что смахиваю на человека, только что получившего сильнейший удар в солнечное сплетение.

— Неужели? — промычал я.

— С его-то репутацией? Не смешите меня. Да, очень похоже, что-то в этом есть. Проблемы, мистер Пери, это, как-никак, тоже мотив. К несчастью, единственное, что связывает Алекса Джефферсона с этим типом, — отпечатки пальцев, обнаруженные в машине убитого. Ничего больше. Никаких свидетельств, подтверждающих, что они разговаривали по телефону, ни общих знакомых, словом, абсолютно ничего. А потом мы вдруг узнаем кое-что интересное, касающееся вас, мистер Перри.

Он мотнул головой, давая знак Дэли. Тот порылся в своем портфеле, выудил из него пачку каких-то бумаг и отдал их Тардженту, который полистал их и снова заговорил:

— Мы связались с одним детективом по фамилии Суондерс. Это имя вам знакомо?

Я молча кивнул.

— Нисколько не сомневаюсь. Как мне сказали, вы с ним вдвоем чуть больше года занимались одним расследованием. Замочили одного парня по имени Уэйн Вестон. Следы привели к русской банде, главарем которой был Белов. Похоже, вы, мистер Перри, сыграли чертовски важную роль в том, что произошло потом. Чрезвычайно опасное было дело — так, кажется, писали потом в газетах. Только все эти газетные статьи интересны еще другим: в каждой полным-полно белых пятен и несостыковок. Кстати, терпеть не могу вопросы, оставшиеся без ответа. Вот я и попробовал задать эти вопросы Суондерсу. Насколько он помнит это дело, примерно в то же время, когда велось расследование по делу Вестона, у русских в банде были какие-то свои внутренние разборки.

Я уселся за стол, откинулся на спинку кресла и попытался изобразить на лице полное равнодушие. Не знаю, удалось ли мне это, но подозреваю, что нет.

— Мы навели справки, пытались узнать, что это были за разборки. Есть у нас парочка парней в полицейском управлении и еще несколько со связями с ФБР. Так вот, их обязанностью было приглядывать за русскими. Все они хорошо помнят это дело. Как раз в это время трое из этой шайки неожиданно пропали, причем как раз те, кто в последнее время присоединился к банде Белова, — Тарджент щелкнул пальцами. — Паф и нет! Еще вчера были в городе, наводили ужас на улицах, а на следующий день как сквозь землю провалились, представляете? И тут еще вы вдобавок, человек, который, по самым скромным прикидкам, был у этих русских самой большой занозой в заднице, и тем не менее вы живы, а их точно корова языком слизнула. Знаете, что думают обо всем этом копы, что в свое время разыскивали тех типов? Им это до сих пор кажется совершенно невероятным.

— Если вам удалось найти в машине «пальчики» Тора и если у него действительно такой «послужной список», как вы говорите, тогда почему вы разговариваете не с ним, а со мной?

— Так с ним мы уже разговаривали, — вздохнул Тарджент. — Вернее, сказать, пытались. Он тут же вызвал своего адвоката и предоставил говорить ему. Я уж было подумал, что мы неправильные вопросы задавали.

— Лично меня это не удивило бы. Во всяком случае, те, которые вы задавали мне, глубиной мысли меня не поразили, — ухмыльнулся я.

— У вас есть мотив. У Тора мотива нет, во всяком случае, мы его не нашли, зато у вас он налицо. А если мы докажем, что вы как-то связаны с ним, Перри? Чертовски интересно получится, я бы сказал. Вы не находите?

Я запрокинул голову и одарил его улыбкой.

— Тарджент!

— Да?

— Убирайтесь к черту из моего офиса. Немедленно. Вы все время наезжаете на меня, но сегодня вы не просто переступили черту — вы нарушили границу, которую нарушать не следует. С меня хватит. Ваша тупость начинает меня раздражать.

Я встал, подошел к двери, демонстративно распахнул ее и выжидательно глянул на него.

— Похоже, вы уверены, что нам не удастся связать вас с ним? — спросил Тарджент.

— Довольно. Убирайтесь.

— А вот мне почему-то кажется, что удастся, — проговорил он и двинулся к двери. — Готов пари держать, что и у вас, и у этого типа есть что скрывать.

Они протиснулись мимо меня и выбрались из офиса. Я с грохотом захлопнул за ними дверь. Услышав наконец, как они завелись и отъехали, я бросил взгляд на часы, гадая, куда запропастился Джо. Интересно, когда у него закончится его физиотерапия? Я очень надеялся, что Джо сможет посоветовать мне, что делать с призраком, если у этого призрака прозрачно-голубые, как осколки арктического льда, глаза и заметный русский акцент.

Глава 14

Обычно выражение лица Джо — это нечто среднее между мрачным и хмурым. Прочесть на его лице беспокойство практически невозможно — просто в соответствующей ситуации лицо у него становится, как у солдата в окопе, когда тот видит, как вокруг него смыкается кольцо врагов, а у него самого вот-вот закончатся боеприпасы. Однако странное дело — заметив выражение его лица, вы вместо того чтобы удариться в панику, ощущаете прилив уверенности в себе.

— Тор, значит, — буркнул он, ссутулился за своим столом, взял в руки металлическую линейку и придирчиво взвесил ее в руке, как будто прикидывая про себя, сгодится ли она в качестве оружия.

— Угу.

— Дерьмо!

— Угу.

— Надеюсь, это не ты нанял его убить Джефферсона?

— Хм, нет конечно.

— Дерьмо, — в сердцах повторил он, согнул линейку, словно проверяя ее на прочность, а потом уставился на меня с видом человека, который знает, что ему вот-вот будет вынесен смертный приговор.

— Мне казалось, мы уже пришли к соглашению на этот счет, — проговорил я.

Линейка со звоном упала на стол.

— Похоже, события развиваются с угрожающей быстротой, и это меня тревожит. Мы ведь не в каком-то там маленьком городишке живем. И то, что на горизонте вдруг всплыл Тор, мне не слишком нравится. Такое совпадение не сулит ничего хорошего.

— Может, это обычный блеф?

— Ты думаешь, Тарджент просто хочет, чтобы тебя от страха прошиб пот, поэтому и решил пойти с козыря?

— Вполне возможно. Почему нет?

— Что ж, тогда это чертовски умный ход, надо признать. А если ему хватит ума копнуть поглубже, он вскоре обнаружит, что, высказав предположение насчет связи между тобой и Тором, был недалек от истины, потому как она есть, и мы оба это знаем. И тогда у нас возникнут проблемы.

— Ну, хорошо… Однако если это не блеф, тогда какого черта Тору понадобилось в машине Джефферсона?

Вопрос явно поставил Джо в тупик. Насупившись, он снова потянулся за линейкой, согнул ее и довольно долго молчал.

— Возможно ли, чтобы тот тип, который напал на тебя возле Четфилда вчера вечером, тоже был русским? — наконец спросил он.

Я покачал головой.

— Готов поспорить на что угодно, он откуда-то со Среднего Запада.

— А может, все намного проще, чем мы думаем? Джефферсон, к примеру, защищал Тора в суде, и все?

— Тарджент сказал, что им, мол, так и не удалось нащупать что-то, что связывало бы Тора с Джефферсоном, ну, до тех пор, пока они не вспомнили обо мне, естественно. Если бы эта связь лежала на поверхности, то есть если бы Джефферсон в свое время был адвокатом Тора или кого-то из его банды, они бы мгновенно об этом узнали бы.

Джо ничего не ответил. Я сидел, закинув ноги на стол, и глазел в окно. Кто-то, припарковав машину прямо под нашими окнами, включил магнитолу на полную мощность. И, видимо, окно осталось открытым, потому что от мощных звуков рэпа, вырывавшихся из динамиков, у нас жалобно позвякивали стекла и чуть заметно дрожали рамы.