Майкл Коннелли – Время тьмы (страница 6)

— Не знаю, может быть. Мой отец вырос с этими людьми. Он не просто выбросил их на помойку. Но он был легальным, его бизнес был легальным, у него даже был белый человек в качестве партнера. Так что не надо нести всякую чушь про "связь с бандой". Это чушь собачья.

Бэллард кивнула.

— Приятно слышать, Габриэль. Можешь сказать, был ли там его партнер?

— Я его не видел. Мы закончили?

— Еще нет, Габриэль. Как зовут партнера?

— Я не знаю. Он врач в Малибу или что-то в этом роде. Я видел его только один раз, когда он приехал с погнутой рамой.

— Погнутой рамой?

— Его Мерседеса. Он врезался во что-то и погнул раму.

— Понятно. Ладно, мне нужно от тебя еще две вещи,Габриэль.

— Что?

— Мне нужен номер телефона твоей девушки, и мне нужно, чтобы ты вышел на минутку к моей машине.

— Почему я должен идти с вами? Я хочу увидеть своего отца.

— Они не позволят тебе увидеться с отцом, Габриэль. Только позже. Я хочу помочь тебе. Я хочу, чтобы это был последний раз, когда тебе придется говорить об этом с полицией. Но для этого мне нужно вытереть твои руки, чтобы убедиться, что ты говоришь правду.

— Что?

— Ты сказал, что не стрелял из пистолета сегодня ночью. Я протру твои руки чем-то, что есть у меня в машине, и мы будем в этом уверены. После этого ты услышишь обо мне только тогда, когда я приду сказать тебе, что мы поймали человека, который сделал это с твоим отцом.

Бэллард подождала, пока Габриэль обдумывал варианты.

— Если ты этого не сделаешь, я буду вынуждена предположить, что ты мне солгал. Ты ведь этого не хочешь, правда?

— Ладно, как скажете, давай сделаем это.

Бэллард первой подошла к группе, чтобы попросить у Мур ключи от машины. Мур сказала, что они в машине. Затем она повела Габриэля к отсекам для машин скорой помощи. Там она достала из заднего кармана блокнот. Записав номер мобильного телефона девушки Габриэля, она записала его описание человека в худи. Затем она открыла багажник своей машины.

Рене достала упаковку салфеток для анализа следов выстрела, отдельными салфетками протерла обе руки Габриэля, а затем запечатала их в пластиковые пакеты, чтобы отдать в лабораторию.

— Видите, пороха нет, верно? — сказал Габриэль.

— Это подтвердит лаборатория, — сказал Бэллард. — Но я уже верю тебе, Габриэль.

— Так что же мне теперь делать?

— Иди и будь с мамой и сестрами. Они будут нуждаться в том, чтобы ты был сильным для них.

Габриэль кивнул, и его лицо исказилось. Как будто слова о том, что он должен быть сильным, выбили у него все силы.

— Ты в порядке? — спросила Бэллард. Она коснулась его плеча.

— Вы ведь поймаете этого парня, верно? — спросил он.

— Да, — ответила Бэллард. — Мы его поймаем.

6

Бэллард вернулась в участок только почти в три часа ночи.

Она поднялась по лестнице из заднего коридора и вошла в зал, который делили между собой отделы по борьбе с бандами и нравов. Он был длинным и прямоугольным и обычно пустовал, потому что оба подразделения в основном работали на улицах. Но сейчас было многолюдно. Офицеры обоих подразделений, одетые в форму, как и Бэллард, сидели за столами и за рабочими столами, расположенными по всей длине зала. На большинстве из них не было масок. Большое скопление людей можно объяснить по-разному. Во-первых, было трудно работать с преступниками и бандами в полной форме, как того требовала тактическая тревога департамента. Это означает, что тревога, которая должна была вывести на улицы как можно больше полицейских во время празднования Нового года, имела обратный эффект. Это также могло означать, что, поскольку время было уже за полночь, больше двух часов ночи, все вернулись на перерыв. Но Бэллард понимала, что это могло быть и так: это была новая полиция Лос-Анджелеса — офицеры, лишенные мандата проактивного правоприменения и ожидающие реактивного, чтобы выходить на улицы только тогда, когда об этом просят и требуют, и даже тогда делать минимум, чтобы не вызывать жалоб и споров.

По мнению Бэллард, большая часть сотрудников департамента заняла позицию гражданина, попавшего в центр ограбления банка.

Голова опущена, глаза отведены в сторону, соблюдается предупреждение: никто не двигается, и никто не пострадает.

Она заметила сержанта Рика Девенпорта, сидящего за одним из рабочих столов, и направилась к нему. Он поднял глаза от мобильного телефона и увидел, что она идет, и на его лице без маски появилась узнающая улыбка. Ему было около сорока, и он работал с бандами в отделе уже более десяти лет.

— Бэллард, — сказал он. — Я слышал, Эль Чопо получил своё сегодня вечером.

Бэллард остановилась у стола.

— Эль Чопо? — спросила она.

— Так мы называли Хавьера в те времена, — сказал Дэвенпорт. — Когда он был гангстером и использовал дом своего отца как мастерскую.

— Но больше нет?

— Предположительно, он ушел из банды сразу после того, как его жена начала рожать детей.

— Я удивилась, что не видела тебя сегодня на месте преступления.

Поэтому?

— Поэтому и по многому другому. Просто делаю то, что хотят люди.

— Что означает "не выходить на улицу"?

— Совершенно ясно, что если они не могут отменить финансирование, то они хотят убрать нас, верно, Кордо?

Дэвенпорт обратился за подтверждением к полицейскому из ОББ[8] по имени Кордеро.

— Верно, сержант, — сказал Кордеро.

Бэллард пододвинула пустой стул справа от Девенпорта и села. Она решила перейти к делу.

— Итак, что ты можешь рассказать мне о Хавьере? — спросила она. — Ты веришь, что он перешел на легальную сторону? А у Лас-Пальмас это вообще возможно?

— Говорят, что двенадцать или пятнадцать лет назад он купил себе выход, — сказал Дэвенпорт. — И насколько нам известно, с тех пор он чист и легален.

— Или слишком умен для тебя? Девенпорт рассмеялся.

— Всегда есть такая возможность.

— Ну, у вас все еще есть досье на этого парня? Карточки, что-нибудь?

— О, у нас есть досье. Наверное, оно немного запылилось. Кордо, достань досье на Хавьера Раффу и принеси его детективу Бэллард.

Кордеро встал и подошел к ряду картотечных шкафов с четырьмя ящиками, которые стояли по всей длине одной стороны комнаты.

— Вот как далеко этот парень уходит в прошлое, — сказал Дэвенпорт. — Он в бумажных файлах.

— Значит, точно не активный? — уточнила Бэллард.

— Да. И мы бы знали, если бы он был. Мы следим за некоторыми из ОГ[9]. Если бы они встречались, мы бы это заметили.

— Как далеко Раффа забрался, прежде чем бросить?

— Не очень. Он был солдатом. Мы так и не завели на него дело, но знали, что он разбирал краденые машины для банды.

— Как вы узнали, что он купил себе выход?

Дэвенпорт покачал головой, словно не мог вспомнить.

— По слухам, — сказал он. — Я не могу назвать тебе стукача — это было очень давно. Но так говорили, и, насколько мы могли судить, это было точно.

— Сколько стоит что-то подобное? — спросила Бэллард.

— Не могу вспомнить. Возможно, это есть в деле.