Майкл Коннелли – Время тьмы (страница 11)
— Звуковой камуфляж. Умно. Кто жертва?
— Гарри, не ты здесь задаешь вопросы. Сначала расскажи мне о Ли, а потом мы сможем поговорить о моем деле. Возможно.
— Понял. Не хочешь присесть?
Он указал на стол, а не на более уютную гостиную. Он прошел за него, где его спина была бы прижата к стене с неухоженными стопками книг, папок, компакт-дисков и пластинок, и сел. Бэллард села напротив него.
С этими словами Босх сложил папки, разложенные Бэллард, обратно в ровную стопку:
— Альберт Ли, чернокожий мужчина, я думаю, ему было тридцать четыре, когда он умер. Может быть, тридцать три. У него была хорошая идея. Рэперы становились звездами в одночасье, записывали свои собственные треки, выходили прямо из гетто и все такое. Он занял денег и открыл студию звукозаписи в Северном Голливуде. Это было здорово, это было за пределами бандитских территорий Южного Централа, и люди могли приходить, арендовать время в студии и записывать свой рэп. Это была отличная идея.
— Пока этого не случилось.
— Верно, пока этого не произошло. Я упоминал, что он занял деньги. У него был ежемесячный взнос, который он должен был выплачивать, плюс арендная плата и другие расходы. Плюс некоторые из этих людей, которые приходили к нему домой записываться…
— Были гангстерами.
— Нет. То есть, да, они были, но я хотел сказать, что у них не было денег на студийное время, и Альберт — у него был мягкий характер — разрешил им записываться, если они подписали контракт на часть того, что они заработают на битах, понимаешь?
— Поняла. Просто постарайся собрать на это деньги в дальнейшем.
— Точно, и несколько из этих людей добились больших успехов, но даже тогда сбор средств шел медленно. Он подал в суд на пару из этих парней, и все запуталось в судах.
— Он собирался выйти из бизнеса?
— Так бы и было, но он нанял инвестора. Ты знаешь, что такое факторинг?
— Нет.
— Это бизнес-кредит под высокие проценты, который является своего рода промежуточным займом. Он обеспечен твоей дебиторской задолженностью. Понятно?
— На самом деле, нет.
— Допустим, твоей компании задолжали сто долларов, но они не поступят в течение пары месяцев. Факторный кредитор даст тебе сто долларов, чтобы ты мог продолжать бизнес, но он не обеспечен имуществом или оборудованием, потому что ничто из этого не принадлежит компании. Все это сдано в аренду. Единственная ценность, которую компания имеет для обеспечения кредита, это то, что ей должны — дебиторская задолженность.
— Хорошо, я поняла.
— Так вот что сделал Альберт Ли. Только это займы под высокие проценты, это граничит с ростовщичеством, но не переходит грань дозволенного. Это законно, и Альберт пошел по этому пути. Он взял три разных кредита на общую сумму в сто тысяч, все перевернулось с ног на голову, и он не смог их выплатить, потому что его судебные иски все откладывались и откладывались. Итак, вскоре его специалист по займам берет бизнес в свои руки. Он оставляет Альберта за главного и управляет заведением, он платит ему зарплату и, и вот в чем дело, он заставляет его оформить страховой полис для ключевых персон на случай, если с ним что-то случится.
— О, черт. Сколько?
— Миллион.
— Итак, Альберта замочили, а кредитору заплатили.
— Точно.
— Но вы не смогли возбудить дело.
— Не смогли добиться этого.
Босх указал на стопку документов на столе.
— Например, вот это. Я догадываюсь, кто это сделал, но не могу довести дело до конца. Но в отличие от этой семьи, Альберт пошел по пути своего убийцы. Для некоторых людей волк врывается в дом. А такие, как Альберт, сами приглашают волка в дом.
— Так что никакой симпатии к парню, который приглашает волка войти. Как это согласуется с "все имеют значение или никто не имеет значения"?
— Парень, который открывает дверь, по-прежнему имеет значение. Но невинные на первом месте. Когда я раскрою все эти дела, мы сможем поговорить о следующей волне. Все по-прежнему имеют значение. В сутках не так много часов, а дней в году не так много.
— И вот почему парень, убивший целую семью, находится на вершине твоей кучи.
— Ты поняла.
Бэллард кивнула, когда переварила мнение Босха о том, что нужно, чтобы либо увлечься делом, либо поставить его в конец очереди.
— Итак, — наконец сказала она. — В деле Альберта Ли кто был решающим фактором?
— Это был врач, — сказал Босх. — Вообще-то, дантист. Его звали Джон Уильям Джеймс. Его офис находился в Марине, и я думаю, он заработал столько денег на установке зубных пломб, что начал заниматься факторингом.
— Ты сказал "был" и что "его звали Джон Уильям Джеймс".
— Да, с твоим делом это будет проблемой. Джон Уильям Джеймс мертв. Через пару лет после убийства Альберта Ли Джеймса тоже замочили. Он сидел в своем Мерседесе на стоянке возле своего офиса, когда кто-то всадил и ему в голову пулю 22-го калибра.
— Черт.
— Вот и твоя зацепка, да?
— Возможно. Но я все равно хотела бы посмотреть, сможешь ли ты найти хронологию по делу и все остальное, что у тебя есть.
— Конечно. Оно либо в кладовке под навесом для машины, либо под домом.
— Под?
— Да, я построил там кладовку после того, как вышел на пенсию. Там довольно мило. У меня даже есть скамейка, когда я спускаюсь и просматриваю дела.
— Что, я уверена, ты часто делаешь.
Босх не ответил, что она восприняла как подтверждение.
— Кстати, — сказала Бэллард. — Как у тебя дела со всем... что связано с радиацией?
Она заколебалась, не произнося слово
— Очевидно, я все еще на ногах, — сказал Босх. —Я принимаю таблетки, и, похоже, они помогают мне держать себя в руках. Это может вернуться, но пока у меня нет никаких претензий.
— Приятно слышать, — сказала Бэллард. — Так ты не против поискать этот хронометр сейчас?
— Конечно, я сейчас вернусь. Это может занять некоторое время.
Хочешь, я снова включу музыку?
— Все в порядке, но я собиралась спросить, что это у тебя играло, когда я подъехала? В ней был ритм.
— "Compared to What". Некоторые говорят, что это была первая джазовая песня протеста: "Никто не дает нам ни рифмы, ни причины. Если есть сомнения, они называют это изменой".
— Хорошо, включи это снова. Кто это?
Босх встал и подошел к стереосистеме, чтобы нажать кнопку воспроизведения. Затем он уменьшил громкость.
— Изначально Эдди Харрис и Лес МакКанн, но в этой версии Джон Ледженд и The Roots.
Бэллард расхохоталась. Босх снова нажал на кнопку.
— Что? — спросил он.
— Ты меня удивляешь, Гарри, вот и все, — сказала Бэллард. — Я не думала, что ты слушаешь что-либо, записанное в этом столетии.
— Это больно, Бэллард.
— Прости.
— Я сейчас вернусь.
9
Бэллард была в гараже своего кондоминиума, доставала из багажника сумку с инструментами, держа под мышкой распечатки от Босха, когда к ней подошел мужчина. Она напряглась, осматривая гараж, но больше никого вокруг не увидела. В сумке с инструментами был ее пистолет.
— Привет, соседка, — сказал мужчина. — Я просто хотел представиться.