Майкл Ко – Разгадка кода майя: как ученые расшифровали письменность древней цивилизации (страница 9)
Семаграммы («значащие знаки») – по крайней мере многие из них – на самом деле являются логограммами, то есть словами, записываемыми при помощи изображения обозначаемого объекта. Например, знак в виде солнечного диска – это
И, наконец, в записи обычно присутствуют маленькие вертикальные полоски, играющие очень важную роль: одна полоска под знаком означает, что это логограмма, две полоски указывают на двойственность, а три – на множественное число.
Как и во всех подобных системах, в египетском языке присутствует определенная поливалентность знака: знак может использоваться в качестве как фонограммы, так и семаграммы (например, знак «гусь» может обозначать биконсонантный
Итак, при рассмотрении структуры египетского письма мы вновь имеем дело со сложным дуэтом, включающим звучание и значение, как это было с дальневосточными письменностями: египетская иероглифика не просто
Шампольон был подлинным Геркулесом интеллекта [32]. Поразителен факт, что бо́льшая часть его великой дешифровки потребовала всего лишь два года. Родившись в Фижаке на юге Франции, к семнадцати годам Шампольон был уже признанным экспертом в восточных языках, особенно в коптском, и отправился в Париж, чтобы совершенствовать свои познания в персидском и арабском. К 1814 году, когда ему было всего двадцать четыре года, он выпустил два тома о коптских топонимах долины Нила, которую он, кстати, не видел до тех пор, пока его великая дешифровка не завершилась.
В середине XVIII века французский аббат Жан-Жак Бартелеми догадался, – и совершенно справедливо, – что овалы на египетских памятниках, так называемые картуши, могут содержать имена царей, но никаких доказательств тому не привел. В 1798 году группа выдающихся ученых, сопровождавшая наполеоновскую армию, вторгшуюся в Египет, обнаружила, должно быть, самый знаменитый кусок камня в мире – Розеттский камень [33]. На лицевой стороне его было три параллельных текста: греческий (в котором среди прочего говорилось, что надпись одна и та же во всех трех версиях), демотический и сильно поврежденный иероглифический. Немедленно были сделаны копии, разосланные заинтересованным ученым, – замечательный пример научного сотрудничества, принимая во внимание те бурные времена.
Началась великая гонка за первенство по дешифровке иероглифов, в чем-то напоминающая высококонкурентные научные исследования 1950-х годов, которые привели к открытию двойной спирали молекулы ДНК, или «лунную гонку». При этом большинство исследователей считали, что демотическая надпись должна быть написана каким-то алфавитом, тогда как иероглифы безусловно являлись чисто символическими знаками – вот оно, мертвящее влияние кирхерианских идей!
К 1802 году два первоклассных востоковеда – граф Сильвестр де Саси во Франции и шведский дипломат Йохан Окерблад[26] сумели прочесть имена «Птолемей» и «Александр» а также остальные неегипетские личные имена и слова в демотическом тексте. Птолемеи были чужеземцы, македонские греки, поставленные во главе Египта Александром Великим, и указ, записанный на Розеттском камне, как это впоследствии выяснилось, был издан в 196 году до н. э. Птолемеем V, вероятно, даже не говорившим по-египетски.
Следующим, кто попробовал свои силы на Розеттском камне, был английский ученый-энциклопедист Томас Юнг. Врач и физик, в 1801 году он открыл причину астигматизма и волновую теорию света, филолог и востоковед – ввел понятие «индоевропейские языки». Его фундаментальный вклад в науку не вызывает сомнений, но работа Юнга над египетской письменностью представляет собой удручающую смесь правильных попаданий и непростительных промахов. Тем не менее именно Юнг осознал, что демотический текст полон знаков, которые не могли быть чисто фонетическими или алфавитными, и понял, что демотика и иероглифика были лишь двумя формами одной и той же системы письма. Он вычленил слово «Птолемей» в демотическом тексте и нашел его эквивалент в картушах, выделенных Бартелеми. Так благодаря госпоже Удаче он верно определил пять из семи моноконсонантных фонограмм (p, t, m, i и s) – и все же не продвинулся дальше. Вплоть до своей смерти в 1829 году Юнг упрямо цеплялся за мысль, что, хотя имена в картушах несомненно записаны фонетически, это, вероятно, объясняется тем, что так египтяне передавали только иностранные имена, а остальные иероглифы были своего рода кирхерианскими символами.
По иронии судьбы именно в это поначалу верил и Шампольон. Но с 1822 года его идеи претерпели настоящую революцию. К тому времени в мельчайших и точных деталях было опубликовано огромное количество нового материала, большая часть которого была собрана в наполеоновскую кампанию. А в январе того же года Шампольон увидел копию надписи на обелиске, который был доставлен в поместье Кингстон-Лейси (графство Дорсет, Англия). Греческая надпись на постаменте свидетельствовала, что монумент был посвящен Птолемею и Клеопатре. Шампольон обнаружил имя «Клеопатра», написанное моноконсонантными знаками в одном из картушей обелиска, и это же имя, написанное такими же знаками, – на Розеттском камне. Вооруженный этими новыми чтениями, Шампольон позднее смог прочитать большое количество поздних названий и имен, включая имена римских императоров, и на других монументах, в частности, на некоторых обелисках, установленных на площадях ренессансного Рима.
Рис. 9. Царские картуши с именами Птолемея (
Но как быть с письменами Египта до его покорения армиями Греции и Рима?
К 14 сентября 1822 года Шампольон опознал имена ранних египетских правителей – Рамсеса Великого и Тутмоса, которые были записаны фонетически. В том же году аббат Ремюза[27] предпринял первое исследование китайской письменности, не стесненное менталистскими фантазиями, и показал молодому египтологу, что даже китайская письменность была в значительной степени фонетической, а не просто цепочкой идеограмм. Принимая это во внимание, Шампольон опубликовал свое бессмертное «Письмо господину Дасье», в котором объяснил, почему изменил свое мнение об иероглифах вне картушей – в них тоже должен присутствовать фонетизм.
Рис. 10. Царские картуши с именами Тутмоса и Рамсеса.
Интеллектуальная плотина, возведенная его предшественниками, начиная с греко-римских времен, была прорвана. В течение следующих двух лет Шампольон разгадал египетское иероглифическое письмо. Результатом работы его выдающегося интеллекта стал вышедший в 1824 году «Очерк иероглифической системы древних египтян». На 400 страницах и 46 листах Шампольон доказал следующее:
1) египетская письменность была в значительной степени, но не полностью фонетической;
2) альтернативные варианты написания могут использоваться для одного и того же звука (поливалентность);
3) на основе коптской грамматики могут быть прочитаны иероглифические формы мужского, женского и множественного числа, а также местоимения и указательные прилагательные (такие как «мой», «его» и т. д.);
4) в египетском письме используются детерминативы, в том числе для передачи имен богов.
Кроме того, Шампольон
5) прочитал имена всех важных божеств Египта и
6) показал, как писцы могли играть с письменностью, приводя альтернативные варианты написания имени одного и того же бога – иногда написанные чисто морфемно, а иногда фонетически.
И, как будто этого было мало, Шампольон продемонстрировал, что царские картуши должны были создаваться по строгим правилам: у каждого фараона их было два – тронное имя и собственное имя (имя при рождении). Взгляните на любой обелиск, и вы увидите, что это так.