Майкл Бишоп – Ее муж – Homo habilis (страница 16)
– Скажи ему, чтобы он снял одежду, – приказал Тиверс Рут-Клер, стоя на вершине холма.
– Зачем я должна ему это говорить?
– Говори немедленно! И не спорь со мной! – Чтобы подчеркнуть серьёзность своих намерений, он произвёл выстрел из одного из стволов своего ружья. От выстрела содрогнулась земля, как и мы. И даже Паддикомб сжал голову в плечи. Треск картечи раздался в кустах ежевики футах в тридцати от того места, где мы стояли. После этого наступила тишина.
Дёрнув вниз молнию на своих вельветовых штанах, пока она не разломалась, Адам снял их. Рубашку он снял похожим образом, скорее вырывая, чем расстёгивая пуговицы своими пальцами. Поскольку он презирал нижнее бельё, как и обувь, он стоял перед нами такой же голый и бесстыдный, как и его библейский тёзка, – он был точно таким же, каким впервые появился год назад в сентябре на ферме Парадайз. И каким маленьким, гибким подростком он вновь выглядел.
– О’кей, Крэйг, подведи его сюда. – Нам же с Рут-Клер Тиверс сообщил: – Если кто-то из вас дёрнется со своего места, а выстрелю в ваши обожающие хэбиггера лица. Завтра утром вы будете выглядеть как свежевырытая земля.
Паддикомб засмеялся и толкнул Адама вперёд. Адам, казалось, цеплялся за землю пальцами ног, как он это делал, взбираясь на пекановое дерево. Хотя Паддикомб и остановился у основания холма, Адам сам продолжил подниматься наверх и приблизился к Тиверсу на расстояние в два-три фута.
– Нет, – закричала Рут-Клер. – Не делай этого.
Она обращалась к Адаму или Тиверсу? Не было никакой разницы. Молодой человек в фиолетовой робе отбросил ружьё, схватил Адама за запястье и потащил его к отверстию бака. Его намерения были ясны. Он собирался принести Адама в жертву плутоновским хранителям ямы. Но он совсем не предусмотрел потенциал силы человека умелого, полагая, что его веса и роста вполне достаточно, чтобы отправить Адама в небытие.
Однако Адам, зарычав, вырвал свою руку из захвата Тиверса, вонзил свои зубы в бедро молодого человека, прокусив джинсовую ткань, и закружился с ним, словно дервиш с дьяволом. Тиверс понял свою ошибку слишком поздно, чтобы уже можно было что-либо изменить.
– Стреляй, – заорал он Паддикомбу. – Стреляй по ублюдку!
Паддикомб был в некотором замешательстве – ему надо было следить за пленниками и в то же время помочь своему другу. Если бы он выстрелил, то мог попасть и в Адама и в Тиверса, а я бы в это время попробовал бы прыгнуть на него. Он решил-таки, что его друг и сам справится с удивительным сопротивлением Адама, и потому отошёл от холма в нашу сторону и направил свою двустволку на нас с Рут-Клер.
Пыль поднялась от схватки на краю ямы – красновато-чёрный туман в звёздном свете … И тут Адам с Тиверсом оба упали в яму. Вот и всё, что произошло. Один миг, и они ещё боролись на поверхности своей общей планеты, а в следующий – они уже летят в ад, как будто никогда и не существовали. Тиверс ещё успел вскрикнуть при падении – слабый краткий протест жизни перед смертью, – а вот Адам не издал ни звука; и может через тридцать секунд, после того как они начали драку, ночь опять стала принадлежать сверчкам, звёздам и медленно нависающей над Алабамой грозовой туче, подобной небесной яме. Мы с Рут-Клер держались друг за друга. Её руки были очень холодны. Я чувствовал исходящий от них холод через ткань своей рубашки.
– Я убью вас, – сказал Паддикомб. Эта мысль ошеломила его, но он всё равно пытался говорить. – Это вы, чёрт возьми, во всём виноваты! – Его голос дрогнул. Также как и руки. Он отступил от нас к кургану и, подняв ружьё Тиверса, бросил его внутрь резервуара, поглотившего двух дравшихся противников. – Эти люди подобны вам, – сказал он, задыхаясь от этих слов, – эти люди подобны вам, которые …
Полное осознание этой мысли поставило его в тупик. Он бросился к пикапу, запрыгнул в его кабину и умчался, проехав мимо нас и едва не зацепив Рут-Клер. Прочь от печи для обжига кирпича, которую он разжёг, прочь от этого кошмара, который он сотворил.
– Мы должны сообщить Нэнси, – сказала Рут-Клер, её подбородок упирался в моё плечо. – Как-нибудь.
– Нэнси?
– Нэнси Тиверс, Его жена. Девушка, что когда-то работала у тебя.
– Ох, – только и сказал я.
Довольно долго мы не двигались. В конце концов я взобрался на холм и заглянул в люк, стоя на коленях. Я позвал Адама и Тиверса. Я бросал камешки внутрь, пытаясь определить глубину дна. Эта была бесполезная затея, и Рут-Клер сказала, чтобы я перестал.
Измученные, пешком мы отправились обратно на ферму Парадайз.
На эту ходьбу у нас ушло не более двадцати минут. Когда мы пришли, то обнаружили, что на лужайке перед домом пылает крест высотой футов двадцать, сделанный из сосны или другого быстрогорящего дерева и пропитанный бензином.
Одна горизонтальная перекладина уже сгорела, сделав этот противоречивый символ ампутированным, но никаких сомнений в первоначальной форме креста у нас не было. Запах горелого угля и бензина вкупе с ощущением насилия, связанного с водружением креста, привели к тому, что Рут-Клер разрыдалась. Она ругала тех, кто это сделал. Она проклинала неисправимую глупость человеческого рода. Пошёл дождь. Порывы ветра раздували пламя. Разбрасывая кучу искр, треснула и обрушилась вторая горизонтальная перекладина.
Мы с Рут-Клер поспешили по гравийной дорожке к дому, где мы остановились и оглянулись, чтобы посмотреть на начинавшуюся бурю. Молнии сверкали, гром гремел, и, хлынувший, наконец, проливной дождь, погасил непристойное творение рук ку-клукс-клановцев. Ревностная Зигота умерла, подумал я: долгих лет вам, выжившие потомки Адама, проявляющие терпимость. Ха! Я мысленно усмехнулся. Разве я не хотел бы убить Паддикомба? Разве я не хотел мести тем, кто установил и поджёг крест?
Они обрезали наш телефонный провод. Мы никуда не могли позвонить – я собирался связаться с властями, а Рут-Клер с миссис Э. Л. Тиверс. Даже Эдна Твиггс не подозревала о наших проблемах – если только она, конечно, сама не участвовала в том, чтобы они у нас появились. Поднявшись вместе с Рут-Клер в её мастерскую и пытаясь переодеть её, чтобы уложить в постель, я подозревал всех в Бьюла Форк. Я насчитал только восемь человек в балахонах, но представлял каждого своего соседа облачённым в эту ненавистную одежду: передо мной предстал калейдоскоп ку-клукс-клановцев. Рут-Клер в это время мне говорила, чтобы я подождал до утра, а потом что-то стал делать – глупо сейчас противостоять буре, Адаму мы уже ничем не поможем, а те, кто установил и поджёг крест, давно исчезли. Я принёс ей полный бокал бурбона из кухни и сидел возле её кровати, следя за тем, чтобы она выпила всё до последней сверкающей янтарной капли. Через десять минут она уже крепко спала.
Я проверил ставни на всех окнах, закрыл на замок все двери. Затем я отправился по дождю к ферме Рубена Декера, которая располагалась в двух милях по шоссе от фермы Парадайз. Я мгновенно промок, моя одежда с каждой минутой становилась всё тяжелее и тяжелее. Два автомобиля, направлявшиеся на юг, разбрызгивая грязь, пронеслись мимо меня, но ни один не остановился, и я добрался до фермы Декера вымокшим насквозь и очень уставшим. Словно наркотическое видение образ Тиверса и Адама, исчезающих в жерле прожорливой дыры, постоянно стоял у меня перед глазами.
Когда я постучал в засиженную мухами и покрытую сеткой от них дверь дома Декера, я еле стоял на ногах. Вид седого фермера, вышедшего из пустой гостиной и идущего открывать мне дверь с годовалым персидским котом в руках, казался видением не более реальным и заслуживающим доверия, нежели те спутанные образы, что представали передо мной всю дорогу от фермы Парадайз.
– Я воспользуюсь вашим телефоном, – попросил я. – Чтобы сделать несколько звонков.
– Конечно, – разрешил Декер. Серебряно-голубой кот мурлыкал в его руках, словно работал мотор.
Во время нападения на
Зубович с Ноллингером провели ночь на раскладушках в здании мэрии.
Хаттон по собственной инициативе большим куском фанеры заделал дыру в моём окне и меньшим куском фанеры заменил разбитое стекло в моей двери. Утром пришла Ливия Джордж и убрала разбитые стёкла, рассыпанную землю, осколки бокалов, и привела в порядок горшок с геранью.
На ферму Парадайз приехали два электрика из компании Southern Bell починить повреждённые огнём телефонные линии. Сотрудники правоохранительных структур Токвиля и агенты Бюро Расследований Джорджии (БРД) прибыли в Бьюла Форк, чтобы расследовать события, произошедшие в ресторане, а также на поле для софтбола в начальной школе и у кирпичной печи возле дома Клива Снайдера. Они прибыли на вертолётах и автомобилях. Описание Крэйга Паддикомба и его общего с Э. Л. Тиверсом пикапа, который покинул округ Хотлепойя и возможно даже саму Джорджию, были отправлены в каждый департамент и в дорожно-патрульную службу всего Юго-Востока. Зубович с Ноллингером рассказали следователям, что знали, в помещении мэрии. Мы с Рут-Клер отдали себя в руки агентов, прибывших на ферму Парадайз. С утра шёл моросящий нудный дождик, не разгонявший духоту. В два часа дня Рут-Клер позвонил один из агентов БРД и сообщил, что они арестовали четырёх человек.