Майк Омер – Долина снов (страница 66)

Его черная дыра пожирает красные нити моей магии.

Это привлекает внимание фейри. Они более восприимчивы к магии, чем люди. Почувствовав, как моя сила устремляется вниз по склону, многие поворачивают головы в мою сторону. Кто-то отдает приказ.

Десятки фейри с леденящим кровь боевым кличем устремляются ко мне. Я обмираю и содрогаюсь всем телом от первобытного ужаса.

Фейри поднимают металлические щиты, защищаясь от пуль, и бросаются в атаку. Они карабкаются на холм под прикрытием лучников. Многие падают под нашим огнем, но вокруг нас летят стрелы, и некоторые попадают в цель.

Мучительные вопли эхом разносятся по долине, кровь бурлит. Стиснув пальцы, я выпускаю еще один магический поток. Ярко-красные полосы проносятся по воздуху к порталу.

Кое-что изменилось: теперь, когда фейри проходят через портал, в нем появляется трещина.

И тут я понимаю, что магия портала становится уязвимой, ослабевает по мере появления новых фейри.

Не успеваю я воспользоваться этим открытием, как в нескольких ярдах от меня вырастают трое воинов-фейри. Они надвигаются, оскалив зубы. Пуля настигает одного, он падает навзничь и катится вниз по склону, но двое продолжают наступать; они уже в десяти футах от меня. Я смотрю на них в оцепенении, потом тянусь за стрелой, но понимаю: слишком поздно…

Взмах клинка – и голова одного фейри отлетает в сторону, а тело падает на склон холма. Над ним стоит Вивиан, с ее меча капает кровь. Она поворачивается к оставшемуся противнику, ломает ему нос рукоятью меча и наносит сокрушительный удар в грудь. Фейри летит вниз по склону.

– Ния, закрой эту чертову штуковину! – кричит Вивиан.

Стараясь не обращать внимания на вопли и свист пуль вокруг, я снова сосредотачиваюсь на портале и осторожно запускаю в него магический завиток.

Портал мерцает, и я вижу два мира – как будто Броселианд и Шотландия внезапно оказались в одном месте в одно время. Передо мной по-прежнему шотландская долина, текущий по ней ручей, наши солдаты, сражающиеся с более многочисленным войском фейри. Но при этом я могу разглядеть зимний пейзаж Броселианда и белые палатки военного лагеря среди высоких заснеженных гор. Фейри выстроились большими отрядами – их целые легионы. Огромная армия, готовая к наступлению.

Мое сердце замирает. Одно дело – знать, что вражеское войско насчитывает две тысячи солдат, и совсем другое – видеть его своими глазами… Ряды закованных в броню кавалеристов, лучников, магов и рыцарей. А позади них поднимает голову и разевает пасть, готовясь зарычать, темно-синий дракон. От его рева я содрогаюсь, мне хочется бежать, по спине пробегают мурашки ужаса.

Теперь в портал врывается кавалерия, и я вижу, как всадники переходят из одной реальности в другую, материализуясь здесь, на поле боя.

Видение двойного мира исчезает. Я моргаю, в голове пульсирует. Лошади фейри напуганы и разбегаются в разные стороны. Одна падает, придавив всадника. Но остальным кавалеристам удается повернуть лошадей к холму. Они скачут прямо на нас.

Раздается залп, одни падают, другие остаются в седле. Преодолевая страх, я заставляю себя сосредоточиться.

Когда портал открылся, я увидела соприкосновение двух миров. Вот тогда и следовало нанести удар. Но легче сказать, чем сделать. Мой разум не рассчитан на то, чтобы видеть сразу две взаимосвязанные реальности. Меня тошнит, голова кружится. Почти вся моя магия растрачена на предыдущие попытки. Я собираю остатки силы и направляю красные вспышки в портал. Звуки битвы стихают. Стрела вонзается в землю в нескольких дюймах от меня, но я не отвлекаюсь.

Портал снова меняется. Миры сливаются. Еще больше фейри готовятся прорваться к нам: отряд лучников и отряд воинов в тяжелых доспехах. Им отдает команды самый высокий фейри в развевающемся темном плаще. Он поворачивается ко мне.

И мое сердце замирает, когда я вижу потрясающе красивое лицо принца фейри. Его черные волосы летят по ветру, пока он выкрикивает приказы, приводя солдат в движение. Страх пронизывает меня до мозга костей. Талан собирается пройти через портал. И тогда он обнаружит здесь меня – злейшую предательницу в истории Броселианда. Любовницу, которая выступила против своего принца.

Зарываюсь пальцами поглубже в холодную землю и сосредотачиваюсь на портале. Теперь я чувствую сложную энергетику, которая вплетает его в остальной мир. Это мастерское произведение магии – своего рода искусство, похожее на гобелен. Но я вижу и слабые стороны портала – и смогу распутать его нить за нитью, если хватит времени. Концентрируюсь на одном слабом узле и направляю туда свою силу. Магия портала вибрирует под ее натиском, истончается, готовясь вот-вот разрушиться…

Лучники врываются в портал, и его сотрясает вспышка чистой энергии. Она пронизывает меня до костей, я стону от боли и чувствую себя разбитой.

Портал снова мерцает. Броселианд исчез, Талана больше не видно.

В долине под нами все лучники встают на одно колено, воины в доспехах загораживают их щитами. В воздух летит град стрел, более метких, чем раньше. Талан отправил против нас лучших лучников. Он хочет покончить с человеческой угрозой как можно быстрее.

Пирсон что-то кричит, но стрела вонзается ему в горло. Я чувствую, как смерть приближается и ко мне. Воздух наполняется запахом пороха и крови.

Земля сотрясается от грохота копыт: всадники галопом поднимаются на холм. Страх раскалывает череп.

По лицу Вивиан течет кровь, заливая глаза.

– Времени нет. Сейчас или никогда. Сможешь?

На этот раз я уверена:

– Смогу.

– Я верю в тебя, Ния. Останови этих ублюдков. Спаси нас всех.

Она поворачивается лицом к приближающимся всадникам и с ревом: «За Камелот!» – обрушивается на них.

Я никогда не видела, чтобы воин двигался так быстро. Вивиан прыгает на ближайшего всадника и отрубает ему руку с мечом. Разворачивается, уже метнув нож в другого. Блокирует удар меча, металлические лезвия скрежещут друг о друга. Вивиан удается стащить всадника с лошади. На нее набрасываются еще несколько фейри, стрела вонзается ей в бок, но она не останавливается – настоящий вихрь выпадов и ударов.

Однажды Вивиан сказала мне, что для победы над врагом нужно использовать все, что у тебя есть. Именно так она и поступает.

Мое сердце бешено стучит, словно в груди грохочет боевой барабан.

Несколько наших уцелевших солдат присоединяются к Вивиан, стреляя в приближающихся фейри. Один за другим враги падают, их кровь впитывается в снег. Мир становится холоднее и темнее. Я чувствую привкус крови в воздухе, смахиваю слезы с глаз и снова сосредотачиваюсь на портале. Он мерцает, сдвигается – и в проеме снова виден Броселианд.

Ужас вонзается в мое сердце когтями.

Всего в пятидесяти футах от портала разевает пасть дракон, готовясь выпустить струю огня. У него на спине восседает Талан, его темный плащ развевается позади.

На секунду его темные глаза останавливаются на мне. Я уверена, что он меня не видит, но мурашки ужаса все равно пробегают по телу. Он знает.

Взмахнув крыльями, дракон поднимается в воздух.

Я сосредотачиваюсь на портале, лихорадочно ища слабое место. Вот оно! Я направляю туда весь свой страх, все отчаяние, все страдания; обрушиваю всю алую магию. Под воздействием моей силы портал начинает вибрировать, и в этом месте появляется трещина.

Дракон несется к порталу, расправив крылья, и устремляется в проход. Талан, раскрыв рот в боевом кличе, крепко сжимает монстра ногами.

Дракон ревет и изрыгает огонь.

Под действием моей магии портал покрывается красными трещинами, как паутина из битого стекла. Пока дракон летит к проему, трещины расширяются, портал разбивается вдребезги и исчезает. Рев дракона стихает.

Почувствовав, что портал закрывается и мир вокруг меняется, фейри растерянно топчутся на месте. Несколько солдат-людей по-прежнему выпускают в них пули, убивая одного за другим. Сглотнув ком в горле, я натягиваю тетиву. Первый выстрел поражает фейри-лучника, второй – атакующего нас рыцаря.

Фейри не знают, что мы в меньшинстве. Они знают только, что оказались во враждебном мире, что отрезаны от своей армии и что в них стреляют железными пулями. Кто-то приказывает отступать. Они разворачиваются и бегут.

Ноги подкашиваются, но мне удается устоять. Склоны внизу усеяны окровавленными трупами. Мертвые лежат вперемешку с ранеными, воздух наполнен стонами. Я перевожу дыхание и поворачиваюсь, чтобы посмотреть, сколько осталось наших солдат. Горло сжимается. Осталось четверо.

Слезы застилают глаза, когда я, спотыкаясь и содрогаясь от горя, подхожу к Вивиан. На ее истерзанном теле множество ран, светло-голубые глаза безразлично уставились в небо, лицо залито кровью. Я закрываю ей рот и глаза и подавляю рыдание.

Мы с Вивиан возненавидели друг друга с первого взгляда. Но потом каким-то образом она стала одной из тех, кому я больше всего доверяла и кем восхищалась.

А теперь, отдав Камелоту все, что имела, она ушла навсегда…

Глава 44

Я стою в большой палатке в главном лагере союзников-людей и изучаю подробную карту Великобритании – новенькую, чистенькую, еще хрустящую. Маленькие крестики – это военные позиции. Они кажутся безобидными, но каждый обозначает место, где тысячи людей были убиты и десятки тысяч ранены.

Глядя на карту, вы не чувствуете запах крови. Не слышите крики. Не видите уставившихся в небо пустых глаз мертвецов с отвисшими челюстями. Карта не показывает искалеченные конечности, сломанные кости, опустевший стул во время обеда, развеянный в саду пепел. На ней никак не обозначен человек, которого я встретила по дороге сюда: он рыдал на обочине, сотрясаясь всем телом. На карте нет крестика для мам, разглядывающих старые снимки сыновей и дочерей, которых они больше никогда не увидят живыми.