Майк Германов – Черный свет (страница 55)

– Кто? – быстро спросил Самсонов.

– Да вот этот… лектор. Представьте, что он без очков и с другой прической. С волосами.

– Вообще-то, похож, – вынужден был признать, хорошенько приглядевшись, Самсонов.

Он вытащил снимок.

– Точно – он! – уверенно кивнул Морозов, бросив взгляд на фото.

– Отлично! Мы его нашли, – Самсонов удовлетворенно вздохнул. – Подождем, пока он закончит.

– Это все, конечно, жуть как интересно, – проговорила Марго, – но мне уже надоело тут стоять. Давайте где-нибудь упадем.

– Вон там есть кафешка, – сказал Морозов. – И я бы, честно говоря, подкрепился, – на его костистом лице появилось плотоядное выражение, сразу сделавшее опера похожим на тираннозавра.

Все трое отправились перекусить. Самсонов чувствовал возбуждение охотника и голода не испытывал, но понимал, что организму нужны калории, и заказал гамбургер и чашку черного чая без сахара. Марго заказала кофе, а Морозов – наггетсы, картофель фри и какой-то ролл, из которого во все стороны торчали листья салата.

– Сколько же людей хотят сделать татуировки, – проговорила Марго, глядя по сторонам.

Повсюду сидели мужчины и женщины, парни и девушки разной степени разноцветности. У некоторых наколки покрывали лица – частично или целиком. Как правило, картинки дополнялись пирсингом и причудливыми прическами. Все оживленно болтали и смеялись, попивая пиво.

– Просто здесь собрались любители со всего города, – отозвался Морозов. – А может, и не только. Наверняка и из других приехали.

– Я никогда не хотела сделать татушку, – сказала Марго. – А вы, парни?

– Не думал об этом, – пожал плечами Самсонов.

– А у меня есть парочка, – проговорил Морозов. – Одну сделал еще в молодости, сразу после школы. А другую – в армии.

Спустя полчаса лектор закончил и, поклонившись слушателям, со скромной улыбкой сошел с подиума. Отдав микрофон звукорежиссеру и переговорив с несколькими посетителями, он направился прямиком к вывеске «Печати Соломона».

Самсонов и Марго подняли глаза (они сели в кафе лицом к мастерской). Мужчина заглянул через стекло, потоптался у входа, явно нервничая. На плече у него теперь висела сумка-почтальон.

– Каков наш план? – поинтересовался Морозов, отправляя в рот последний наггетс.

– Действуем культурно и интеллигентно, – ответил Самсонов. – Подходим и представляемся. Предлагаем проехать с нами. Если попытается сбежать, задерживаем.

– Это я возьму на себя, – вставил Морозов, бросив взгляд на живот Самсонова, где под одеждой, как было известно оперу, скрывались бинты.

– Хорошо, – не стал спорить Самсонов. – Пусть он зайдет внутрь, оттуда труднее смыться.

Парень неуверенно вошел в комнату и направился к мужчине лет сорока, делавшему татуировку девушке с волосами цвета марганцовки. Они о чем-то заговорили.

Самсонов, Марго и Морозов покинули кафе, неторопливо пересекли зал и зашли в «Печати Соломона».

– Роман Шварц? – проговорил Самсонов, доставая удостоверение.

Парень резко обернулся. Теперь было видно, что ему не меньше тридцати. Глаза у него забегали, он сразу заметил Морозова, блокировавшего единственный выход.

– Да, – проблеял он, делая шаг назад.

– Нам нужно задать вам несколько вопросов, – Самсонов сунул ему под нос удостоверение. – Пройдемте.

– Я должен быть здесь, – вяло запротестовал Шварц. – У нас фестиваль.

– Уверен, что ваши коллеги справятся без вас, – проговорил Самсонов тоном, не терпящим возражений.

Шварц снова бросил взгляд на Морозова, словно прикидывая, не удастся ли прорваться.

– Хорошо, – пробормотал он, затравленно озираясь. – Это надолго?

– Как получится, – ответил Самсонов. – Позвольте вашу сумку? – он протянул руку.

– Зачем?

– Мы должны убедиться, что у вас нет оружия.

– Там только принадлежности для татуажа. – Шварц отдал ему сумку.

Самсонов расстегнул молнию и проверил три отделения и внутренний карман.

– Все в порядке, – кивнул он, возвращая сумку. – Идемте.

Шварц вышел, шагая между Морозовым и Самсоновым. Марго замыкала процессию.

– Куда мы едем? – спросил, оборачиваясь, Шварц.

– К нам в управление. Если будете отвечать прямо и не станете юлить, скоро освободитесь.

– О чем вы хотите знать?

– Поговорим не здесь.

Вся компания спустилась на парковку и направилась к автомобилю. Здесь по-прежнему толпились люди всех возрастов и цветов, одетые по большей части в кожу и деним. Иногда приходилось протискиваться сквозь компании, громко обсуждавшие татуировки друг друга и попивавшие пиво из бутылок.

Пока полицейские были в Экспоцентре, начал накрапывать дождь, и многие девушки раскрыли зонты. Мужчины предпочли натянуть капюшоны или стояли просто так, не обращая внимания на погоду.

Кроме того, поднялся ветер. Дул он со стороны Финского залива и тащил туман на юг, разрывая седые космы на длинные тонкие клочки, тающие буквально на глазах. Он почти очистил стоянку, прояснив очертания деревьев, машин и людей. Только асфальт был покрыт струящимся на ветру маревом, быстро обтекающим ноги.

Справа донесся рев мотоцикла, и все головы повернулись туда.

Самсонова кольнуло нехорошее предчувствие. Он резко обернулся и увидел гоночный байк, на полной скорости несущийся прямо на толпу. Вначале люди не отреагировали, видимо, решив, что водитель остановится, но очень быстро стало ясно, что он либо потерял управление, либо отказали тормоза.

Морозов нашелся раньше других: он толкнул Шварца на Самсонова, отчего они оба упали на асфальт. Марго отскочила назад, упершись в борт синей «Хонды». Люди вокруг разбегались, некоторые запрыгивали на капоты и багажники стоявших поблизости машин.

Мотоциклист пронесся мимо Морозова и резко затормозил, оставив на асфальте след от протекторов. Водитель был в черном комбинезоне и шлеме с тонированным забралом.

Обернувшись, он выхватил из-за пазухи пистолет и дважды выстрелил. Рыжий опер бросился вниз, скрывшись за белой «Волгой». Со всех сторон раздались крики, народ кинулся врассыпную.

Мотоциклист слез с байка и быстрым шагом направился в сторону Самсонова, держа пистолет в вытянутой руке. Едва Морозов выглянул, раздался выстрел, и пуля чиркнула по крышке капота.

Самсонов выхватил «макаров», Марго тоже вытащила свое оружие – аккуратную черную «беретту 70». Она купила ее полгода назад и по субботам проводила время на стрельбище – это здорово помогало избавиться от накопившегося за неделю негатива.

Шварц сидел, обхватив голову руками, и тихо выл. Марго резко толкнула его кулаком в плечо, отчего татуировщик едва не упал на бок.

– Заткнись! – гаркнула девушка, снимая пистолет с предохранителя. Он стоял на боевом взводе с патроном в стволе – как научил ее когда-то Самсонов.

Раздался еще один выстрел, и на Самсонова посыпался дождь осколков из выбитого окна «Хонды». Мотоциклист буквально на мгновение появился между рядами машин и выпустил оставшиеся две пули, целясь в Шварца, но промахнулся. Марго и Морозов дружно открыли огонь, но нападавший уже скрылся за высоким капотом «Гелендвагена».

– Кто это еще такой?! – крикнул Морозов, меняя диспозицию и перебираясь к следующей машине, чтобы обойти мотоциклиста справа.

– Понятия не имею! – отозвался Самсонов, заталкивавший тем временем Шварца под машину.

– Лежи, не высовывайся! – приказал он.

– Давай с двух сторон, – предложил Морозов. – Возьмем его в клещи!

Но сделать они ничего не успели, потому что мотоциклист вскочил на капот «Гелендвагена», затем на крышу и перепрыгнул на «Хонду», в полете успев выстрелить в Самсонова. Тот инстинктивно отшатнулся, и пуля ударила в асфальт, выбив фонтанчик серой крошки. Морозов дважды пальнул вдогонку нападавшему и попал ему в спину. Мотоциклист грохнулся на землю, но тут же поднялся и побежал к своему байку.

Самсонов, Марго и Морозов выпустили по нему еще шесть пуль, три из которых достигли цели: видно было, как лопнула кожа на куртке. Один выстрел поразил удиравшего в руку чуть повыше локтя, другие угодили в спину.

Мотоциклист упал, но тут же поднялся и в ответ разрядил всю обойму. Воспользовавшись тем, что противники укрылись за машинами, он вскочил на свой байк и рванул с места, петляя по парковке, – то ли от полученных ран, то ли чтобы затруднить стрельбу.

– Черт! – не выдержал Морозов. – Этот гад в бронежилете!

– Думаешь, это тот же, кто пырнул тебя в доме Юкина? – спросила Марго у Самсонова, убирая в сумочку «беретту».

– Понятия не имею. Может, кто-нибудь из китайцев.