Матвей Курилкин – Будни имперских диверсантов (страница 12)

Нам, в отличие от стражников, угрожала реальная опасность, потому соображать приходилось быстро. Пока противник отвлекся и готовится к перегруппировке, я выхватил у орка ключи, принялся снимать цепи с решетки, затем метнулся к блоку с душевнобольными.

- Дело придумал, - одобрил начальник. – Может, отвлекут их хоть ненадолго.

Выгнать психов из их камеры оказалось непростой задачей. Я потратил минуты три на то, чтобы объяснить (в основном пинками и толчками), что они свободны и могут бежать на волю. К тому времени как последний заключенный «особой» камеры скрылся на лестнице, я вдруг услышал радостный вопль Свенсона. Мы с шефом как-то отвлеклись от магически одаренных членов команды, а они, оказывается, не сидели сложа руки. Ничего хитрого с кандалами им придумать так и не удалось – Игульфрид тянула изо всех сил, тролль тянул в свою сторону, и вот теперь он с победным видом потрясал свободной рукой. Рука была окровавлена, большой палец неестественно торчал в сторону, но эти мелочи некроманта сейчас не волновали.

- И чему ты радуешься? – мрачно осведомился шеф. – Насколько я помню, ты некромант, правильно?

Свенсон озадаченно кивнул, и шеф продолжил:

- И много трупов ты видишь вокруг? Кого поднимать будешь?

Энтузиазм тролля слегка поутих. Он, похоже, действительно не обращал внимания на окружающее, и отсутствию покойников был ужасно удивлен.

- А почему вы еще никого не убили?

- Уж прости, что не обеспечили тебя материалом, - начал было ерничать шеф, но тут ему пришлось прерваться. Стража, наконец, организовалась. Сначала с лестницы, ведущей к свободе, выкатились несколько освобожденных нами заключенных, а потом появилась охрана. Откуда-то сверху доносились распоряжения капитана, а в коридоре перед решеткой стало тесно от его подчиненных.

Убивать стражников не хотелось до жути. Хотелось избить до полусмерти, чтобы неповадно было издеваться над заключенными. Честное слово, будь мы сейчас на третьем этаже, прикончил бы людоедов, что там сидят, и пусть бы Свенсон делал с ними, что хочет. У меня рука бы не дрогнула. Нет у меня жалости к тварям, потерявшим человеческий облик. Но вот стражников убивать не хотелось. Служивые же подобных моральных терзаний не испытывали. Повинуясь указаниям сверху, сразу четверо охранников изготовились к стрельбе. Мы, почему-то, заранее догадались, что в нас будут стрелять, и потому в коридоре маячить не остались – освобожденный от заключенных блок был к нашим услугам. К тому же шеф успел выделить время на то, чтобы погасить масляные лампы, так что попасть под выстрел можно было только случайно. Я осторожно выглянул из-за открытой наружу двери, и как раз в этот момент кто-то из капралов отдал команду на стрельбу. Залп вышел нестройный, и только один болт попал в дверь, за которой я укрывался. Должно быть, случайно. После этого стражники бросились к решетке – освобождать ее от наших импровизированных запоров. Для острастки я пальнул кому-то в ногу. Наручники очень мешали, но на таком расстоянии промахнуться сложно. Бедолага издал истошный вопль и упал, остальные откатились от двери. Появилась небольшая передышка, как раз хватило времени, чтобы посмотреть, чем там так громыхают остальные мои коллеги. Оказалось, они заняты очень важным делом. Пока шеф выламывал прибитые к полу металлические койки, Свенсон на пару с леди Игульфрид пытались тащить одну, уже выдранную из креплений, к двери. Похоже, мы собирались делать баррикады.

Помочь коллегам я мог только советом, потому что опасался пропустить тот момент, когда ярость капитана пересилит страх рядовых, и они снова ринутся к решетке в попытках ее открыть. Наблюдать за подготовкой было одновременно смешно и страшно. Смешно это выглядело, потому что никто из стражников, включая капитана, явно не имел представления, как подавляются бунты. Каждое новое «тактическое решение» выдумывалось на ходу, и своим идиотизмом конкурировало с предыдущими. А страшно, потому что как бы тупо все это не выглядело, рано или поздно они нащупают верную стратегию, и, наше выступление будет подавлено.

Капитану кое-как удалось привести подчиненных в порядок. Раненого мной стражника оттащили внутрь, и снова сунулись к решетке. Я снова выстрелил. Стражники снова отскочили. В нашу сторону сквозь решетку опять полетели болты. Залпом. Более того, на их место встала следующая тройка, и тоже одновременно нажали на спусковые скобы. Видимо, решили, что два залпа подряд напугают нас сильнее. Отстрелявшиеся принялись перезаряжать арбалеты. Я со своим справился гораздо быстрее, так что у меня осталось время для того, чтобы выдернуть уже два застрявших в двери болта. Наконечники знатно погнуло, но я не переживал – с расстояния десять метров, которое разделяло нас со стражниками, это было несущественно. Ругань капитана все усиливалась, заглушая даже стоны второго раненого. Мой выстрел в этот раз получился особенно неудачным, несчастный выл от боли и противился любым попыткам вытащить болт.

За всей этой какофонией я не услышал приближения леди Игульфрид и Свенсона. Тролль тянул койку, двигаясь спиной вперед, и во время очередного рывка так пихнул меня в спину, что я выпал из-за двери прямо в коридор. Удар вышел такой неожиданный, что я заорал не хуже того капитана. Некромант, для которого происшедшее тоже оказалось неприятным сюрпризом, с маху отпустил нары. Ножки угодили точно в стык гранитных плит, которыми был вымощен коридор, отчего плиты раскололись.

- Свенсон, чтоб тебя прохватило, ты что творишь?! – общая нервозность обстановки подействовала и на меня, так что я не удержался от ругани.

- Смотреть надо! – одновременно со мной начал тролль, но вдруг замолчал и принюхался. После этого он вдруг упал на колени, и принялся ковырять образовавшуюся между плитами щель. Не знаю уж, откуда строителям подземелья пришла в голову такая странная идея – мостить гранитом каменный пол пробитой в скале пещеры. Как по мне – достаточно было немного подровнять саму скалу. Однако понять логику этих подземных жителей всегда было сложно, особенно если дело касается той области, где они считают себя профессионалами. И если честно, мне было совершенно наплевать на их заскоки, особенно в нынешней ситуации. А вот тролль страшно заинтересовался. Он уже по локоть засунул руку куда-то под плиту, и шарил ей там с видом кота, который вот-вот поймает особо зловредную мышь. Действия патологоанатома заставили меня резко успокоиться. Мне почему-то показалось, что я вижу симптомы нервного срыва.

- Дружище, ну ты не расстраивайся так, - начал я успокаивать напарника. – Извини, что накричал. Давай помогу тащить нары.

- Да плевать на эти нары! – отмахнулся некромант. – Там кто-то есть… Мертвый!

И точно, под плитой, которой был вымощен пол, оказалась небольшая полость, откуда он вскоре достал давно иссохший труп крысы. Тролль воздел едва не рассыпающуюся от старости тушку к небесам с таким торжествующим видом, будто нашел как минимум клад. Если бы так поступил, например, я, или кто другой из обычных, нормальных разумных, окружающие непременно обеспечили бы такому разумному путевку в дурдом «Ручеек», известное столичное заведение. А Свенсон ничего, даже не удивил никого. Только леди Игульфрид – она его бормотания не слышала, и как раз подошла поближе к стоящему на коленях троллю. В результате трупик оказался у нее прямо под носом. Моя ведьма – девушка неробкого десятка. Ее трудно напугать какими-то несчастными косточками. Но только не в том случае, когда они оказываются у тебя в непосредственной близости от лица совершенно неожиданно. Визг, который издала ведьма стал достойным финалом творящейся вокруг какофонии. Даже стража вместе с капитаном по ту сторону решетки умолкла.

Впрочем, уже через несколько секунд, все снова завертелось. Стражники, ободренные нашими страданиями (а что еще можно предположить, если из темноты тюремного коридора доносятся столь устрашающие звуки?) с удвоенным энтузиазмом бросились трясти решетку. Пришлось отвлечься, чтобы подстрелить еще парочку, но за это время они успели снять одну из цепей – осталось еще две, после чего стражникам останется только открыть замок самой двери, и путь к нашему убежищу окажется открыт. Леди Игульфрид, подавляя икоту, напавшую на нее от неожиданного испуга, пыталась задавать какие-то вопросы Свенсону, сзади напирал шеф, бросив очередную шконку, и только тролль был спокоен и собран. Он занимался любимым делом - колдовал.

Глава 6

Процедура заняла минуты две – и это при том, что обычно наш некромант даже людей поднимал несколькими словами или в крайнем случае одним прикосновением. Сейчас, конечно, ему пришлось труднее – одна рука все еще была закована в блокирующий магию металл, а это, насколько мне известно, оказывает угнетающее влияние на работу магов. Но все равно – две минуты – это очень долго для такого профессионала. Кроме того, с израненной наручником руки тролля на трупик обильно стекала кровь – и впитывалась в иссохшее тельце с такой скоростью, будто в нем насос. Под конец трупик начал светиться бледной белизной, и жутью от него повеяло такой, что даже полностью нечувствительный к магии шеф стал поглядывать на крысу с опаской и недовольством. Наконец, Свенсон опустил свое творение на пол. Судя по удовлетворенному вздоху, он был доволен результатом.