Матвей Курилкин – Адский вояж (страница 26)
— Давай-давай, — подбодрил Лопатин. Не так уж долго они находятся на таком морозе, но ему и самому уже было паршиво. Воздух обжигал лёгкие даже несмотря на то, что был не слишком влажный. Зато ресницы то и дело пытались склеиться — на них оседал иней из выдыхаемого воздуха.
Сбегал проверить, как Дружок — тот, заваленный тряпьём и одеялами чувствовал себя вполне нормально. В отличие от дяди Саши, который матерился и пытался дыханием отогреть управление в рубке.
— Да ладно, дядь Саш, сейчас само оттает. Поднимаемся же… — махнул рукой Лопатин.
— То есть у нас получилось? — выдохнул сосед. — Тьфу, я уж думал — всё, Кондратий пришёл. Мог бы и из машинного связаться!
— Нет, обошлось. Если, конечно, мы не угробим Борна. А про связь я просто не подумал, извини.
— Переживёт, тут медицина хорошая, — отмахнулся сосед. — Зараза, холодно как! Вот уж не думал, что узнаю, как оно, на Северном полюсе!
— На Северном так холодно не бывает. Только на Оймяконе, вроде, — пробормотал Лопатин, и заставил себя заткнуться. Не время сейчас для занудства.
Вернулся на палубу, глянул на вольтметр с амперметром. Стрелки показывали ноль, но Влад даже не расстроился и не удивился. Ясно, значит, обрыв проводов. Не выдержали холода. Взглянул на Борна — тот продолжал накручивать педали, часто моргая. То ли расстроился до слёз, то ли просто воздух холодит белки глаз.
Влад подошёл к тросу и обнаружил, что он болтается свободно, в то время как раньше был натянут под весом магнита.
«Ожидаемо. Похоже, и трос холода не выдержал», — парню тоже очень захотелось зарыдать. Даже в глазах горячо стало. Было бесконечно обидно, что столько усилий канули в Бездну.
«А может, и хорошо, — пытался успокоить себя Лопатин. — Ещё один магнит сделать у нас теперь просто провода не хватит. Значит, не будет бессмысленных надежд и траты денег. Теперь только когда на свой остров вернёмся можно будет попробовать. Если его ещё будут буксировать в империю».
Лопатин уже повернулся, чтобы уходить, когда заметил, как трос дрогнул и стал подниматься в горизонтальное положение.
Руки сработали раньше мозгов. Влад начал накручивать катушку раньше, чем понял, что это означает. А может, боялся поверить. Уже через пару минут платформа с магнитом вынырнула из тумана. И она вся светилась от гелиотропов.
— Получилось! — не своим голосом заорал Лопатин. — Ребята, у нас получилось!
И расхохотался, не в силах сдержать эмоций.
Впрочем, долго смеяться не получилось, потому что его кто-то схватил сзади и попытался выкинуть с корабля. Ну, так показалось в первый момент. На самом деле это Борн от избытка чувств начал подбрасывать его в воздух, и дядя Саша орку в этом активно помогал. По мере сил.
— Да поставьте меня! — быть подброшенным вверх в непосредственной близости от борта корабля оказалось страшно. — Поставьте, говорю, нам его ещё притянуть надо, сейчас оборвётся и улетит, потеряем!
Хотя на самом деле обрываться там было нечему — платформа с электромагнитом поднималась лишь чуть быстрее, чем сам «Ослик», так что трос быстро накрутили на катушку, и подтянули светящуюся гелиотропом «наживку». Схватили, обжигаясь от прикосновений к заледенелому металлу, подтянули, быстро поснимали гелиотроп, который сразу перестал толкать платформу вверх.
— Как много! — поражённо прошептал Борн. — Ребята! Мы богаты. Здесь… здесь дофига вообще! Все наши затраты окупаются. Ещё раз сходим, и уже в плюсе!
— Это ещё если сходим. Там больше ток не шёл, а на новый магнит у нас меди нет, — озабоченно пробормотал Влад.
Лопатин здорово опасался, что магнит полностью испорчен гелиотропом, но всё оказалось гораздо проще — обрыв проводов. Просто не выдержали холода и сломались, когда платформа начала подниматься, а до этого вертикально висевшие провода начали сгибаться. При условии, что температура в тот момент была почти на пятьдесят градусов ниже нуля — ничего удивительного.
— Целая куча гелиотропов! Вот это богатство! — продолжал восхищаться Борн. — Осталось только понять, как мы их будем продавать.
— А в чём сложность⁈ — не понял дядя Саша.
— В том, что гелиотропы добывает империя, — объяснил орк. — Либо с помощью Имперской короны, либо военные и охотники снимают с малых островов, но для этого нужно сначала доказать, что иного выхода нет. Там этих согласований просто ужас. А вот так вот, если левые камни, то их в государственную контору точно не сдать.
— Так может, просто объясним, как получили? Я не знаю, патент какой-нибудь оформим на способ добычи.
— Я не знаю, что такое «патент», — сказал Борн, — Точнее, знаю — это документ, который позволяет заниматься свободной охотой. Нам он не поможет, и ты, Влад, явно что-то другое имеешь ввиду. А доказать, что мы его не украли и не контрабандой провезли… короче, долго это и трудно. Я бы не взялся.
Вопросы продажи добычи решили отложить на потом — дядя Саша справедливо заметил, что сначала нужно ещё благополучно вернуться. Однако «Ослик» испытание выдержал с честью. Больше никаких поломок не случилось — кораблик скоро вынырнул из туманного слоя.
— Ерунда! Вообще не чувствуется! А сюда спускались — так холодно казалось! — радовался Борн, глядя на термометр, показывающий минус десять. — Понятно теперь, как вы привыкли!
— Ты бы нос и уши растёр, дружище, — посоветовал дядя Саша. — А то, не дай бог, отвалятся. Вон, смотри белые какие!
Борн скосил глаза на нос и принялся отчаянно его тереть, так что Влад даже забеспокоился, как бы и правда хуже не сделал.
Работники пристани на приземляющегося «Ослика» косились с недоумением. Влад не сразу понял, почему — потом сообразил. Корабль остывал гораздо мелдленнее, чем воздух вокруг него, поэтому, когда они поднялись в нормальные условия пояса жизни, судно ещё оставалось намного холоднее, чем окружающий воздух. При этом влажность вокруг оставалась вполне нормальной — вот на «Ослика» роса и выпала. Корабль просто блестел — со стороны казалось, что он украшен множеством брилиантов. Влад в который раз подивился: странно это. Отдельного источника света нет, а блестит так, будто солнце светит! Очень хотелось выяснить, как так получается.
«Ничего, немного поправим финансовое положение — займусь учёбой. Буду местную школьную программу изучать, самые базовые вещи. Наверняка ведь этот вопрос тут как-то освещается!»
Неожиданно оказалось, что короткий рейд вымотал всю троицу так, что на ногах еле стоят. Один только Дружок, спрыгнув на землю, принялся с восторгом скакать и радоваться. Явно был уверен, что люди, как и в прошлый раз, будут лететь на тесной лоханке бесконечно долго, а тут всего одним днём обошлось!
Влад ещё смог заставить себя выгулять четвероногого, но вот думать о результатах авантюры — уже нет. И остальные добытчики его дружно поддержали — только добредя до мастерской, все дружно повалились кто где нашёл место, даже не раздеваясь. Тут уж было не до обсуждений дальнейшей судьбы добычи, а вот утром вопрос встал ребром. Влад подсчитал, сколько у них осталось денег и огласил обескураживающий результат: на метро, пожалуй, ещё можно было куда-нибудь ездить пару дней, а вот купить поесть троица компаньонов себе позволить уже не могла. А есть хотелось очень, очень сильно.
— Так, ладно, — вздохнул Борн. — У меня есть одна идея, но я не уверен, что получится. И вам туда точно нельзя.
— Это куда? — не понял дядя Саша.
— Ну, я, вроде бы, слышал про одно место, в котором контрабандой занимаются. В том числе и купить могут всё, что угодно. Ну и продать — тоже. Только это в таком месте нехорошем…
— Орочья свобода, что ли? — догадался Влад.
— Ага, — кивнул орк. — А ты откуда о них знаешь?
— Поехали вдвоём, — вздохнул Лопатин. — Был я там один раз, по случайности. Сдаётся мне, то, что ты орк, тебя не спасёт. Они вообще всех не любят, скопом. Ограбят — и все дела. Короче, я тебя прикрою.
— Вообще, у меня там знакомый есть, — Борн отвёл глаза. — Он меня того, проводит, не обидит. А вот с тобой, Влад, не получится. Он это, человеков не любит.
— Да уж догадываюсь, — хмыкнул Лопатин. — Ничего, я сам как-нибудь. Мне всё ж спокойнее будет, а то вдруг тебя прибьют.
Борн долго сопротивлялся. Причём не потому, что не доверял Владу — скорее, наоборот — опасался, что тот из Орочьей свободы сам не выберется. Пришлось объяснять, и даже показывать — только тогда Борн согласился.
— Вот ты как этих на шахте обманывал! — расхохотался Борн. — А я-то всё гадал! Каких только не придумал объяснений! Но ты в самом деле крут!
Влад, вообще-то, сам не знал, получится ли у него то, что задумал. Изображать незаметного ниндзю было страшновато, однако, помня собственный опыт посещения орочьего района, парень решил всё-таки перестраховаться. Не хотелось потерять товарища. Да и камни, таким трудом доставшиеся, тоже жалко. Отправляясь вместе с Борном, парень был преисполнен самых дурных предчувствий.
До границы Орочьей свободы добрались на метро, как приличные люди. Борн, правда, с таким видом обнимал здоровенный рюкзак, заполненный драгоценным грузом, что любому желающему было ясно — что-то ценное везёт. Или незаконное. Или то и другое вместе, и ужасно боится это потерять.
— Борн, дружище, сделай лицо попроще! — попросил Лопатин шёпотом. — На нас сейчас внимание обращать начнут! Представь, что у тебя в рюкзаке, скажем, туалетная бумага. Или нет, слишком тяжело. Ну, пусть будут гайки и болтики.