Матвей Курилкин – Адский вояж (страница 17)

— Привет, молодёжь! — улыбнулся шахтёр. В отличие от новичков он усталым совсем не выглядел. — Устали с непривычки?

— Да уж, работа та ещё, — ответил Борн. — Руки отваливаются.

Остальные за столом промолчали. И физиономии у них стали очень напряжёнными.

— Ничего, привыкнете! — пообещал старожил. — Первую неделю тяжело, на вторую и третью втянетесь, а последнюю уже на морально-волевых дотянете. Это у всех так. Ну, кроме тех, кто полугодовой контракт заключил, как я. Только я перед этим шесть месячных оттрубил от звонка до звонка прежде, чем решился. Тут, сами понимаете, привычка нужна. Зато сейчас делаю две нормы в день, три оклада, соответственно. Сами понимаете, после такого можно года два спокойно отдыхать — денег хватит. Вы вот что, ребята. Кто уже работал, должно быть, знаете. Говорю для тех, кто в первый раз. У нас принято выработкой делиться со старшими. Не просто так, понятно — старожилы, если что, и помогут, от неприятностей оградят в шахте, да мало ли чего. Так что проходчики каждая одиннадцатая тележка на общество идёт. Носильщик телегу в первой от приёмки выработанной ветке выгружает — дальше уж мы сами. Всем всё ясно?

Четверо опытных кивнули. Борн покраснел от злости.

— Нет!

Против ожидания, собеседник не разозлился:

— Ну, нет, так нет, — пожал плечами мужчина. — Дело добровольное. Но ты знаешь, что делать, если передумаешь! Ты, человек, тоже не ошибись. Счастливо, ребята!

— Зря вы артачитесь, — мрачно сказал один из ячейки. — Они ведь не драться станут, а пакостить. И если ты, Борн, думаешь, что сможешь с ними справиться, то очень ошибаешься. Вот он, — орк ткнул пальцем во Влада, — слабое звено. Даже если мы все соберёмся, ему работать не дадут. За ним не походишь, ещё больше потеряешь. Ты, парень, не думай, что я это из-за того, что ты человек. Тут это не имеет значения — ты один ходишь, а их много. В прошлый раз у нас орк был носильщик. Мы собрались, договорились ничего никому не давать, так носильщику вообще жизни не дали. В результате вся ячейка два дня норму не вырабатывала. Чуть не попёрли нас. Пришлось соглашаться.

— Но как же! — возмутился Борн. — Это не справедливо. Бригадиру рассказать…

— Молодой ты ещё, — ответил проходчик. — У бригадира как будто дел других нет, в наших тёрках разбираться. Бригада, так или иначе, будет норму приносить, а то, что внутри неладно, ему наплевать. На выработку это «общество вспоможения» только положительно влияет, а то, что внутри между собой что-то «перераспределяют», Грогару наплевать. В результате такие вот «опытные», — он кивнул куда-то в сторону, — по две-три нормы в день сдают, а остальные едва до одной дотягивают. И ничего с этим не сделаешь. И вот что, Влад. Я вижу, ты человек опытный. Не испугался, да? Небось и ручной метатель где-то припрятан на всякий случай… так вот — забудь. Смерть или травма на производстве — это ЧП, и так просто этого не спустят. Проблем не оберёшься. Причём и нам не поздоровится за то, что вовремя мозги не вправили. Так что лучше так себя не вести.

— Им можно, а нам нельзя⁈ — Борн всё никак не мог успокоиться.

— А они никого убивать не будут, — пожал плечами опытный. — Просто не будут давать работать.

— Ну посмотрим, — сказал Влад. — Я, конечно, ничего не обещаю, но… посмотрим, короче. Я только опасаюсь, как бы они за Дружка не взялись. Он-то целый день один в бараке.

С псом всё решилось довольно просто. Влад переборол усталость, и после ужина, пока выгуливал пса, заставил-таки себя сходить в администрацию. Запомнил, с каким восторгом на собаку смотрела орчанка — кадровик, когда принимала человека на работу. Едва успел — орчанка уже выходила из кабинета.

— Сразу говорю, контракт уже передан по инстанции! — едва увидев Влада, строго сказала женщина. — Теперь только официальное расторжение со штрафными санкциями. Лучше потерпи два дня, самого выгонят.

— Что⁈ — не понял Влад, — А, нет. Уважаемая Гринда, я совсем по другому вопросу.

— Да ладно! — удивилась орчанка. — А обычно в первый день люди именно по поводу расторжения договора подходят. Некоторые даже конца смены не дожидаются.

— Нет, я насчёт Дружка, — Влад погладил пса, который как раз подбежал убедиться, что хозяин его не потерял. — Понимаете, ему одиноко днём. Я хотел попросить — не могли бы вы за ним присмотреть во время смен? И кормить, и выгуливать я его сам буду. Он не шебутной, если человек чем-то занят, мешать не станет. Ему только компания нужна, а одному в бараке тоскливо будет. Уж простите за беспокойство.

— С удовольствием! — немолодая орчанка расцвела. — Мог бы и не извиняться! Я четвероногих люблю! И выгуливать могу с тобой вместе, всё равно люблю после работы проветриться!

— Спасибо! — искренне поблагодарил Влад. Впоследствии парень не раз себя хвалил за решение обезопасить Дружка таким образом. Пёс, конечно, немного растолстел за месяц, — Гринда регулярно угощала его вкусненьким, а Дружок и рад стараться, — зато парень был спокоен. Кроме того, знакомство оказалось полезным и для самого Влада. Орчанка всю жизнь проработала на шахте, и прекрасно знала обо всех деталях добычи руды. Как и о попытках как-то оптимизировать процесс добычи гелиотропа. Жаль только, что никаких гениальных мыслей во время разговоров с Гриндой Владу так и не пришло, сколько бы парень её не расспрашивал. Всё самое главное женщина рассказала ещё в первый день, когда они бродили за ужасно занятым вынюхиванием новой территории Дружком:

— Руда притягивает гелиотроп, — объясняла Гринда, — Причём, мы даже знаем, что именно в этой руде его притягивает, но все попытки выплавить концентрат дают обычное железо. Свои волшебные свойства оно теряет. Как только ни пытались их сохранить — всё без толку.

Влад тогда слишком устал, и соображал с большим трудом. Что-то в словах Гринды его зацепило. Казалось, что услышал что-то очень важное, но мышцы гудели так, что забивали все мысли. Влад решил, что обязательно разберётся, что его так насторожило, позже, но на следующий день появились новые заботы.

Дожидаться, когда его начнут прессовать, парень не стал. Решил — глупо ждать удара. Тем более, средство для того, чтобы этого удара избежать у него было. Надо только потренироваться.

Удивительно, но получилось с первого раза. Влад обошёл все штольни, набрав полную телегу, зажмурился и попытался представить себе центр соцветия. Глаза открыл уже там, где и представлял. Дышать, правда стало тяжело, а под носом закапала кровь, но Лопатин всё равно довольно улыбался.

«Попробуйте теперь, сволочи!»

Это было самое сложное — парень здорово опасался, что просто не сможет перемещаться с таким огромным грузом. И действительно, оказалось тяжело. Отросток от центра соцветия отделяло метров сто — гораздо меньше, чем было доступно Владу. Но то — без груза, а с тяжёлой тележкой, как выяснилось, его предел гораздо меньше.

«Ничего. Главное — хоть как-то получается, а то было бы намного сложнее. Теперь бы ещё не проворонить, когда они начнут!»

Беспокоился Влад напрасно. Первый день работы прошёл спокойно. Члены «общества», очевидно, ждали, что вчерашние возмущения новичков так и останутся пустым недовольством. А вот вечером, когда они не обнаружили в положенном месте «налог», вчерашний опытный работник был уже не так приветлив:

— Ребят, вас предупреждали, — только и сказал он, проходя мимо их стола во время ужина. — Потом не жалуйтесь.

Обещанные неприятности начались с самого утра. Влад с коллегами ещё не успели спуститься к соцветию. Правда, начиналось всё довольно мирно. Просто несколько орков расположились как раз перед поворотом соцветию, в котором работало звено Влада. Расположились вольготно, так что не пройти даже одному, тем более, с тележкой. Отходить в стороны, чтобы пропустить работников они и не подумали. Владовы товарищи — те, что более опытные, затормозили. А вот сам Лопатин и не думал снижать скорость. Наоборот, немного разогнался, благо телегу он толкал, а не тянул за собой.

— Поберегись! — громко сказал носильщик. Борн, который начал было отставать вместе с остальными проходчиками, довольно оскалился и упёрся широкими ладонями Владу в спину.

Разумеется, члены «общества» отошли. Даже отбежали — кому охота калечиться? Тяжёлой тележкой, да с разгона, могло и ноги поломать. Четвёрка проходчиков из ячейки Влада невольно подтянулась следом, так что проскочили все вместе. Первая стычка окончилась победой даже без боя.

— Обратно так же пойдёте, все вместе? — издевательски крикнули в спину.

— Правда, придётся вдвоём идти, — расстроено пробормотал Борн. — Этак никакой работы не получится…

— Да работай спокойно, — отмахнулся Лопатин. — Если это всё, чем они могут помешать, то вообще без проблем.

— Да ты ж не разгонишься с грузом! — напомнил Борн. — И вообще один не разгонишься. А так они встанут, и просто тебя пускать не будут. А начнёшь возмущаться — ещё и побьют.

— Борн, дружище, ты лучше подумай, как сам будешь от них отбиваться, в штольне. Могут ведь и к тебе прийти. А насчёт меня не беспокойся.

— Пусть только попробуют! — мрачно оскалился молодой орк. — Но ты это, точно уверен? Может, мне с тобой пройти, для первого раза? Так, подстраховать просто.

Влад отказался, причём с трудом. Борн явно свои собственные слова о том, чтобы держаться вместе, воспринимал очень серьёзно. Лопатину было очень приятна такая забота, но он всё-таки настоял на своём.