Матвей Белов – Тлеющая звезда (страница 3)
– Какой она могла быть? Я бы с ней нашёл общий язык? – дядя немного успокоился от прорицательности племянника.
– Мы с ней многим похожи, но её характер более взрывной и властный, но это присуще многим девочкам. – проговорил Таевас. Нда, если дать женщинам полную свободу, они сожрут всех мужчин. Подумал дядя. – А на счёт тебя, она бы часто с тобой спорила и пыталась доказать свою правоту, но правым оказывался ты.
Можно иметь другой стиль жизни и нужно быть другим человеком (собой), но знание чужого полезно.
Таевас
«Записи о дяде»
Глава 2
Дядя
Надеяться нужно, но не всегда надежда становится явью... Живи хладнокровно, но радуйся живому.
Лодд Кайло
«Записи для учеников»
Он родился с сестрой в 81 году ПЗМ у Амб’уласина Кайло и Саринии Алатэмы. Амб долго размышлял над именем сына, а Сариниа тут же назвала его Лоддом (в переводе с древних языков – часть чего-то; коммуна; общительный; сохраняющий добро; хранящий).
Лодда Кайло сразу приписали к умирающему, на тот момент, ордену Джео и как только он начал ходить, его отвезли к спасшемуся гранд-мастеру ордена на обучение, пока Амб находился в тени и его считали мёртвым.
– Отец никогда не должен подвергать детей опасности. – каждый раз повторял себе Амб, как только хотел встретиться с детьми.
Лаэну же стала воспитывать одна из подруг Саринии, обучая политической деятельности и премудростям управления галактикой.
Сколько бы ни отправлял император Птэр Сайдус («Любитель смерти» - в прошлом имя грозного бога ненастья на Дат’зире-VII) на поиски своих чистильщиков-аколитов, как бы ни направлял орден НеоПтэр’ле’ой, как бы ни приказывал Трад-Птер-Кнару, никак не мог найти и следа детей Амба, однако, его душу грело то, что Амб’уласина Кайло нет в живых. Как он думал.
Время шло, Лодд подрастал и его умения становились всё лучше. К двадцати годам он уже рвался в бой, ибо не хотел оставлять в покое то, что ученицу, любимую, Амба убили чёрные зубастые воины НеоПтэр’ле’ой.
102 год ПЗМ стал началом развала новой империи. Многочисленные восстания, партизанские нападения, уничтожение стратегических объектов – всё приближало конец нынешней власти и Сайдус это понимал. Император велел подчинённым увести и спрятать большую часть флота и только что построенные фрегаты в неизведанные части галактики, откуда потом намеревался отомстить своим недругам через своих наследников.
Лодд поучаствовал во многих значимых битвах и помог приблизить победу над империей.
В 104 году ПЗМ, Амб’уласин и Лодд Кайло добрались до императора и убили его. Флот Сайдуса быстро разгромили и начали жить спокойной жизнью.
Ордену Птэр’ле’ой предъявили обвинения во многих согрешениях бывшего императора, однако члены ордена доказали, что не имели никакого отношения к империи и то, что Сайдус вёл собственную игру. Птэр’ле’ой вернули себе статус независимой свободной организации, ведь за время империи у них погибло не мало приверженцев, и теперь вся организация состояла из пяти-семи человек.
За период империи, орден Джео практически разложился и существовал только благодаря семье Кайло. Лодд вызвался восстановить орден и за поддержку в войне с Сайдусом был награждён медалью героя галактики.
Многие подчинённые империи разбежались кто куда и затаились, разрушая новое правительство изнутри.
Выходец из Птэр’ле’ой по имени Заон’ле, предложил бывшим военным и членам империи, противившихся новому правительству, места в новой организации – в своей частной армии. Противники новосозданной республики из правительства, начали снабжать Заона всем необходимым для создания сильной армии и свержения, в будущем, власти.
Орден Джео раздробился на две части, одной владел Лодд, второй – близнецы, родившиеся от ученицы Амба, разозлившиеся на дядю Таеваса за его категоричность.
Учеников становилось всё больше, родился племянник и Лодда это очень радовало, однако было место огорчению. В 109 году ПЗМ, на орбите Тентуа, Амб’уласин Кайло погиб.
Следующие пять лет, сын Амб только и делал, что воспитывал следующее поколение Джео, а за тем пришёл племянник и Лодд перестал спать спокойно. Он начал беспокоиться за сына своей сестры.
–
Не смотря на замечательную обработку и заживление, зуб сильно зудил. Врач сказал, что это может продолжаться около недели, так как идёт ускоренный процесс восстановления.
Ученики легли спать и дядя Таеваса проверил каждого, чтобы удостовериться, что никто не пропал, так как после разговора с племянником, в его голову лезли все возможные мысли.
Лодд давно ничего не ел и решил прогуляться до забегаловки, так как Дэрон ещё должен был работать где-то около часа.
Медленно уходящее солнце сменилось звёздным небом, на фоне которого, тёмно-лазурные облака, светящиеся в последних лучах небесного светила, казались вьющимися барашками на волне космического океана, стремящиеся найти свой берег, который не найдут никогда.
Запах вкусной еды стал очень сильный и как только Лодд вышел из-за холма, то оказался в нескольких шагах от забегаловки.
Внутри был о всё как всегда. Свето-шары висели на цепочках, деревянные полы слегка поскрипывали, и повсюду витал запах горящего дерева в смеси с готовящимся мясом.
Дядя Таеваса отодвинул стул за барной стойкой и сел. К нему подошёл Шаллот.
– Здравствуйте мастер Лодд, чего-нибудь хотите? – спросил Шаллот. – Может Дагровскую утку.
– Нет. Мне бы какую-нибудь еду попроще, чтобы было меньше жевать и какой-нибудь обезболивающий чай. – сказал Лодд, потирая щёку с зудящим зубом.
– Могу сделать пшеничную кашу и чай с местной мелиссой. Кстати на счёт пшеницы… Моя бабушка рассказывала, что, когда древние люди жили только на Земле, он знали, что пшеница была завезена извне… И в самом деле, оказалось, что её людям завезли Тэрдеы. – поглядывая на потирающего щёку Лодда, рассказывал Шаллот. Как же он вас отделал. Подумал Онроо. Дядя Таеваса прочёл его мысли.
– Многие обсуждают выбитый мне зуб племянником? – спросил Лодд.
– Простите мастер, я забыл, что вы умеете читать мысли. Но, да, практически все. – сказал Шаллот, а дядя Таеваса заулыбался, немного смущаясь. – Они просили меня не говорить вам. Они боятся, что вы обидитесь.
– Я сделаю вид, что ничего не слышал. – продолжал улыбаться голодный Лодд. – Каша скоро будет готова?
– Ещё пару минут, мастер Лодд.
– Таевас всегда приходит сюда утром к пяти часам? – дядя Таеваса решил сменить тему.
– Обычно да, но сегодня он почему-то пришёл позже, после подъёма. – Шаллот почесал голому. – Он схватил у меня какую-то булочку и убежал, мы даже поговорить не успели.
– И на уроке истории он не спал, даже что-то выписал на старый пергамент. – размышления Лодда стремительно развивались.
– Может, конечно, ничего особенного не произошло, но я бы за ним последил. Эти его видения могут до добра не довести. – озабоченно молвил Шаллот.
– Только мысли об этом разговоре надо держать подальше. – продолжил Лодд.
– Ха-ха… – рассмеялся Онроо и зазвенела газовая плита – каша готова. – Вот ваша еда, прошу, наслаждайтесь.
Почему-то, на глазах доброго дядюшки Шаллота, Лодд увидел слёзы, которые владелец заведения сдерживал. Дядя Таеваса решил заглянуть в разум стареющего повара.
Лодд всматривался во все моменты жизни бывшего пирата и нашёл то, который бы закрыт и замурован, полностью подавлен.
Давным-давно у Дэрона Онроо была жена и дочь. Маленькая девочка никогда не отставала от своего папы и ходили за ним хвостиком. Она очень обожала есть пшеничную кашу. Дочка была смышлёной о доброй, но это доброта не спасла её.
Как-то к ним в дом пришёл слепой моряк и вручил Онроо «чёрную метку». Пираты придут за ним и вернут должок. Дэрон сразу же помчался в город за помощью, но, когда вернулся назад, обнаружил сваренных заживо и позже расчленённых, для готовки супов, жену и дочь с подписью его старого капитана: «Это твой должок. Теперь, можешь жить спокойно.»
Лодд покинул голову Шаллота и начал за обе щёки уплетать кашу, запивая её чаем с мелиссой.
Заведение закрылось, дядя Таеваса пошёл к ручью, около которого утром сидел племянник. Водный поток вернулся в родное русло, прибитая трава поднялась вновь. Практически никак нельзя было определить, что рака как-то изменялась, но Лодд наступил около текущей воды и его обувь увязла в грязи. Странно. Подумал дядя Таеваса.
– Мы с тобой очень редко общались, я был не очень хорошим отцом. – донёсся шёпот Амба со стороны гор. Очень странно. Подумал Лодд и отправился к истоку ручейка.
Круглые, блестящие под лунным светом, валуны сопровождали дядю Таеваса на всём пути и он даже задался вопросом: «За мной кто-то следит?»
Он подошёл к пещере и по ступенькам спустился к подземному озеру, где стоял тридцатилетний Амб’уласин Кайло в свете трёх жёлтых летающих шаров и кормил маленьких золотистых рыбок, плавающих в водоёме, свежим хлебом.
– Сынок, как же ты постарел. – молвил Амб и Лодд потёр свою небритую щетину.
– Так заметно? – решив разузнать, чего хочет это видение, спросил Лодд.
– Ты хочешь узнать за чем я здесь. Так спрашивай, не томи душу. – прорицательное видение проговорило.
– Ты тоже самое, что привело сюда Таеваса? – продолжил Лодд.
– Ты прав. – Амб развернулся к сыну лицом. – Да, тоже самое. И скажу тоже самое, что и ему.
– Покажи мне своё истинное лицо! – потребовал Лодд и облик Амба исчез, теперь дядей Таеваса стояла неприкрытая, практически обнажённая девушка с редкими металлическими, бронзово-золотыми латами намертво прикреплёнными к телу. Она, не скрывая свои прелести, сделала пару шагов в сторону Лодда, аккуратно и медленно передвигая свои босые ножки по мокрому, холодному, ровному камню, служившему этому месту полом, элегантно качнула руками и погадила сына Амба по плечу.