Матильда Старр – Замуж за Морозко. Без шапки не выходить (страница 2)

Терять время было нельзя. Нужно собираться в дорогу.

Я достала из-под кровати старый кожаный рюкзак, который когда-то принадлежал папе. Он водил меня в походы, когда я была маленькой… Но сейчас не время для ностальгии. Сейчас нужно сосредоточиться.

Что взять в зимний лес на целый день?

Я принялась методично укладывать вещи, перебирая в уме список необходимого. Во-первых, теплый плед – в лесу будет холодно, а если задержусь, понадобится укрыться. Свернула его плотным рулоном и затолкала на дно рюкзака. Во-вторых, запас еды: завернула в ткань кусок хлеба, твердый сыр, вяленое мясо и три яблока. Для Искорки отложила сушеных червячков – его любимое лакомство. Фляга с чаем на травах – обязательно. Веревка – вдруг придется куда-нибудь взбираться. Нож. Огниво и фонарик на случай, если стемнеет раньше, чем я вернусь.

Я задумалась. В академической библиотеке видела гербарий с засушенными зимнецветами. Они росли на открытых полянах, там, где снег лежит особенно толстым слоем. Значит, лопатка не помешает.

Еще я положила запасные перчатки – одни точно промокнут – и шерстяной шарф. Компас, чтобы не заблудиться. И карту окрестностей, которую стащила из читального зала еще на первом курсе. Флакон с целебным бальзамом от ушибов и порезов.

И главное – согревающее зелье. Все мои надежды только на него. Несколько капель – и ледяной чай во фляге станет горячим. Несколько глотков такого чая – и кровь побежит по жилам быстрее. С таким зельем ни в какой холод в лесу не замерзнешь. Я сварила его, когда зима только начиналась, и вовсе не потому, что собиралась в какой-то там лес, даже мысли не было.

Лейнале к зиме справили новую шубу – меховую, пушистую, очень теплую. А мне пришлось довольствоваться пальтишком, когда оно было очень даже ничего, но за последние годы прохудилось. Я не стала спорить и требовать – не хотела огорчать отца. Подшила-подлатала, где смогла, как сумела заговорила на теплоту. Ну и стала изучать согревающее зелье. Рецепт оказался непростым, но я справилась.

Знала бы злая мачеха, что из-за ее жадности мне сейчас куда проще выполнить ее поручение, пришла бы в бешенство.

Несколько капель драгоценного настоя я капнула в чайник – на утро, а остальное аккуратно упаковала в мягкую тряпицу – чтоб не разбилась и уложила в рюкзак.

– Ну вот, вроде все, – пробормотала я, проверяя содержимое рюкзака.

Искорка тихонько пискнул, и я обернулась. Он сидел, сгорбившись, обхватив хвостом лапки, и смотрел на меня огромными золотистыми глазами, полными тревоги.

– Эй, малыш, – я подошла к нему и ласково погладила, – не волнуйся так. Мы просто сбегаем туда, найдем этот цветочек, сорвем и вернемся. Плевое дело!

Он жалобно заскулил и ткнулся мордочкой мне в ладонь.

– Послушай… Любые трудности лучше, чем… чем то, что предлагает Вивиан. Ты же понимаешь? Ты такой маленький. Вообще, сколько у тебя той крови-то? Я не могу причинить тебе боль. Никогда. Лучше уж сама в этот лес схожу хоть сто раз.

Искорка лизнул мой палец шершавым язычком и тихонько заурчал. Кажется, он понял.

– Вот и славно! – Я почесала его за рогом. – К тому же завтра у меня на сессии нет ни экзаменов, ни зачетов. Считай, свободный день.

Если бы это был настоящий выходной, я бы поехала к отцу. Всегда возвращалась домой при первой возможности. Я закрыла глаза, и перед внутренним взором всплыли теплые воспоминания. Как папа учил меня ловить рыбу в ручье за нашим домом. Как рассказывал сказки на ночь, и его голос был таким мягким, обволакивающим. Как папа смеялся, подхватывал меня на руки и кружил по саду…

Мы так замечательно проводили время, когда я была маленькой. До того, как он женился на Вивиан. До того, как заболел.

Я сжала кулаки. Именно поэтому я здесь корплю над книгами и котлами. Чтобы найти лекарство. Чтобы вернуть его прежнего.

– Я обязательно его вылечу, – прошептала я в пустоту комнаты. – Обещаю.

Искорка сонно зевнул, выпуская крошечное облачко дыма. Пора было ложиться спать. Завтра предстоял длинный и тяжелый день.

***

Я ворочалась всю ночь. Сон был тревожным, наполненным странными отрывочными образами. Снег. Много снега. Он падал и падал, погребая под собой деревья, дорогу, меня саму. Я пыталась выбраться, но проваливалась все глубже. Холод сковывал конечности. Где-то вдали выла вьюга, и в этом вое слышался чей-то голос – гортанный, нечеловеческий, зовущий меня…

Я проснулась с колотящимся сердцем и мокрым от пота лбом. За окном едва брезжил рассвет – бледный и холодный, как лезвие ножа.

Что ж, в путь!

Я быстро умылась ледяной водой из кувшина, оделась потеплее: шерстяное платье, толстые чулки, высокие сапоги. Выпила две чашки чая из чайника – чтоб с запасом. Разбудила Искорку – он недовольно пискнул, но послушно перебрался мне на плечо. Закинула рюкзак за спину – тяжелый, но не критично – и вышла из комнаты.

Коридор общежития встретил меня гулкой тишиной. Слишком рано для большинства студентов. Я спустилась по лестнице, прошла через холл к выходу.

– Стой! – раздался скрипучий голос.

Я замерла. На пропускном пункте сегодня дежурил старый вахтер – сморщенный, с редкими седыми волосами и вечно недовольным выражением лица.

– Куда собралась?

– В лес… мне по делу.

– Выходишь за пределы Академии? – Он подозрительно прищурился. – Нужна печать на выход в журнал.

Печать? Какая еще печать? Раньше никто никаких печатей не требовал!

– Новые правила, – буркнул вахтер, словно прочитав мои мысли. – С начала сессии. Иди в канцелярию, на второй этаж, там дежурный администратор поставит отметку.

Я мысленно выругалась. Терять время на бюрократию – последнее, что мне сейчас нужно! Но спорить бесполезно…

– Хорошо, – я сбросила тяжелый рюкзак, оставив его в углу коридора возле пропускного пункта, – сейчас вернусь.

Поднялась на второй этаж, нашла канцелярию. Дежурный администратор – сонная женщина с растрепанными волосами – нехотя выслушала мою просьбу, покопалась в ящиках стола, нашла печать, шлепнула ее в журнал и вручила мне бумажку с отметкой.

– Вернуться должна до заката, – буркнула она. – Иначе запрут ворота, в Академию не попадешь.

Я кивнула и поспешила вниз.

На первом этаже едва не столкнулась с Лейналой.

Она стояла возле моего рюкзака, рассматривая его с видом, будто наткнулась на дохлую крысу. Одета безупречно, как всегда: элегантное темно-синее платье, аккуратно уложенные черные волосы, ни единой складки на ткани. И чего это ей не спится?

– О, – протянула она, медленно поднимая на меня взгляд. – Тебя что, уже отчислили, и ты уезжаешь?

В ее голосе звучала притворная озабоченность, но глаза смеялись. Стервозная усмешка играла в уголках губ.

– Не дождешься, – отрезала я, подходя и забирая рюкзак.

– Ну-ну. – Она отступила на шаг, сложив руки на груди. – Не нужно грубить. Я просто проявляю сестринскую заботу. Говорят, ты провалила зачет по зельям.

– Я еще ничего не провалила, – процедила я сквозь зубы, – магистр Торнхилл поставила мне условие. И я его выполню.

– Какое условие? – Лейнала изобразила удивление, хотя наверняка уже все знала. Не сомневаюсь, что Вивиан первым делом рассказала ей обо всем. – Что же, бедняжка Айса, тебе нужно сделать?

Я не собиралась ей отвечать. Закинула рюкзак за спину и попыталась пройти мимо, но она шагнула в сторону, преграждая путь.

– Неужели ты собралась в лес? Но ты же знаешь, что тебя там сожрет ледяной монстр? Будет очень обидно… Хотя… Нет, не очень!

– Отойди!

Искорка напрягся у меня на плече, готовый плюнуть огнем.

– Тащиться в лес, лишь бы не поранить это животное? Глупо!

– Искорка не животное! И если ты еще раз так о нем скажешь, я забуду, что мы родня.

– Родня? Мы с тобой не родня. Просто две девушки, которым не повезло делить одну семью. Временно.

– Вот в этом я с тобой согласна.

Я толкнула ее плечом и прошла к вахтеру. Ну прекрасно! Пока я ходила за печатью, он уснул! И почему он не сделал этого несколько минут назад, когда я собиралась выходить?..

Оставив на столе бумажку, я вышла из общежития в серое холодное утро. Ветер тут же ударил в лицо ледяными иглами. Я поежилась, плотнее запахнула тяжелое шерстяное пальто и накинула капюшон до носа.

Искорка прижался ко мне, забравшись под воротник. Я почувствовала приятное тепло, исходящее от его маленького тельца.

– Ну что, малыш, – прошептала я, глядя на темную полосу леса на горизонте. – Идем!

И зашагала по заснеженной дороге в сторону зимнего леса.

Глава 3

Первые два часа пути я шла бодро. Снег под ногами похрустывал, воздух был морозным, но терпимым. Согревающее зелье, выпитое утром, работало отлично – по телу разливалось тепло, словно по венам тек волшебный огонь. Искорка дремал у меня под воротником, изредка попискивая во сне.

Лес вокруг был тихим и почти безжизненным. Деревья покрывал иней, их голые ветви тянулись к серому небу, как костлявые пальцы. Снег лежал толстым слоем, нетронутый, девственно белый. Иногда вдалеке слышалось карканье ворон, но ни одной живой души я не встретила.

К полудню я уже прошла больше половины пути. По моим расчетам, поляна с зимнецветами должна была находиться совсем рядом – за небольшой возвышенностью, которая виднелась впереди. Я ускорила шаг, предвкушая, как найду эти проклятые цветы и смогу вернуться в теплую Академию.