Матильда Старр – Я – твоя собственность (страница 18)

Мужчина снова почтительно склонил голову, но леди Зуана прекрасно видела, что смирения, которое подобает человеку проявлять в разговоре с темным, тут не было и в помине. В другое время она нашла бы, как разделаться с наглецом, но сейчас слишком нуждается в его помощи. Что ни говори, а со своей задачей он справился неплохо.

– Ступайте, скажите слугам, чтобы закладывали карету. Мне нужно собраться.

Глава 28. Мирая

Когда я проснулась, Лаорра не было рядом… Кольнуло ощущение странной потери и какой-то незавершенности. Проснуться, чувствуя рядом родное тепло, в полудреме уткнуться носом в плечо, закинуть руку, обнять и удовлетворенно затихнуть… А утренние ласки  между сном и явью… Ласки, в которых больше нежности и восторга, чем вожделения… Все это ведь так приятно, так правильно… Я не понимала, откуда взялись такие мысли, я ведь никогда ни с кем не просыпалась в одной постели. Разве что Риаса иногда, когда было холодно в доме, забиралась ко мне под одеяло, мы обнимались и грелись. Но это было совсем не то… Я разочарованно всхлипнула и, развернувшись, крепко обняла подушку, все еще хранившую запах волос Лаорра, прижалась к ней лицом, вдыхая еле уловимый аромат корицы и миндаля.

Я уже не пыталась понять, что это – навеянное магией наваждение или совершенно некстати вспыхнувшее чувство. На самом деле какая разница, если все это скоро закончится… Рано или поздно Лаорр перейдет ту черту, что отделяет его от меня, а меня – от гибели. Но если раньше я хотела ускорить этот момент, то теперь – как можно дальше его оттянуть.

А там – будь что будет.

Через какое-то время скрипнула дверь. Раздались осторожные шаги, звяканье склянок и остальные, знакомые уже утренние звуки. Сандра явилась.

Сегодня она вела себя странно, очень странно и тихо. Обычно она влетает в комнату, топает как медведь, еще и ворчит при этом, нимало не заботясь, сплю я или проснулась. Заметив, что я лежу с открытыми глазами, Сандра застыла, а потом поклонилась с таким лицом, будто у нее только что умерли все родственники.

Поклонилась!

– Вставать изволите? Или поспите еще?

Изволите? Я?! Это вместо того, чтоб безжалостно согнать меня с постели и отправить в ванную, приговаривая о том, какая я тощая да некрасивая?

Я ошеломленно молчала, и Сандра почтительно продолжила:

– Господин Лаорр будет отсутствовать в замке весь день. Он велел проследить, чтобы вы позавтракали… Где вам будет угодно, здесь или в обеденном зале?

– Здесь…

«Вам»? Она что, с ума сошла? Еще бы реверанс сделала…

– Сандра, что случилось?

– Вы уж простите меня, что я была груба… – буркнула Сандра, не отвечая на мой вопрос.

Да что тут происходит?!

– Господин Лаорр велел, чтобы вы не скучали. Можете выбрать любое развлечение…

Любое? Ну что ж.

– Тогда позови белошвейку, пусть учит меня вышивать – вот так, красиво.

– А это-то вам зачем? – удивилась Сандра. – Уж руками-то чай работать не придется! – Потом спохватилась и добавила: – Слушаюсь…

Уж не знаю, что она этим хотела сказать, но я вмиг покраснела. Раньше – грубоватой, но прямой и понятной Сандра нравилась мне куда больше.

Весь день я отсидела над вышивкой. Это оказалось довольно трудно. Я постоянно колола пальцы, роняла иглу, а стежки все равно получались не такими ровными, как у девушки, что меня учила. Зато было весело. Мы болтали обо всем на свете, съели вместе принесенный Сандрой обед, вышивали и смеялись.

Уже стало темнеть, когда на пороге появилась Сандра. Одним взглядом выставила враз присмиревшую белошвейку за дверь и с каменным лицом объявила:

– Господин Лаорр велел проводить вас к себе.

Сердце застучало громко и быстро. Я хотела его видеть. Хотела его касаться. Весь сегодняшний бесконечно долгий день я хотела только этого…

Опочивальня Лаорра оказалась уютной, несмотря на то, что была в разы больше моей комнаты. Высокие окна плотно занавешены золотистого цвета портьерами. Белые стены венчала покрытая золотом лепнина. Она опоясывала потолок, в центре которого, окруженная такими же золотыми бортиками, располагалась картина.

У меня дух захватило от такой красоты: рука неизвестного художника искусно запечатлела ночное небо. Оно темнело, словно бездонный колодец, увлекая взгляд в свои чарующие глубины. Мириады звезд складывались в созвездия, и чем дольше я на них смотрела, тем отчетливее казалось, что они мерцают.

Лаорр остановился за моей спиной, обнял и нежно коснулся губами волос.

– Нравится? – прошептал он едва слышно.

Я с трудом оторвала взгляд от картины и молча кивнула. Разве такое может не понравиться?

Он увлек меня вглубь комнаты.

В центре стояла широкая кровать с мраморным изголовьем. «Скольких женщин знала эта кровать?» – закралась ревнивая мысль, но я ее отогнала. А скольких еще узнает! Все это ненадолго, вот и не стоит рвать себе душу. Лучше уж брать то, что есть, пока оно есть.

Лаорр обнял меня за талию и привлек к себе. Сердце учащенно забилось.

Теплая ладонь прошлась по моей спине, и губы темного оказались в опасной близости от моих. Горячие, дерзкие. Я невольно подалась вперед. Но нет, Лаорр не собирался меня целовать. Вместо этого он скользнул носом по моей щеке и, уткнувшись в волосы, втянул ноздрями воздух.

И этот его жест – такой мимолетный, и такой трогательный – вмиг развеял тоску сомнений. Я небезразлична этому мужчине. Я чувствовала, как учащалось биение его сердца каждый раз, когда он оказывался рядом. Каким тяжелым становилось его дыхание. Великие боги, я готова была поклясться, что между нами возникла какая-то связь, природы которой я не понимала.

Лаорр медленно отстранил меня, развернул к себе спиной и расшнуровал корсет. Дыхание мое сбилось. Было приятно и вместе с тем волнительно вновь ощутить касание горячих рук к своей коже.

Он оголил мои плечи, провел ладонью по изгибу шеи, и в следующее мгновение я ощутила в том месте горячий влажный поцелуй.

Губы приоткрылись, выпустив наружу приглушенный стон. Если и было в моей жизни что-то прекраснее, чем эти ощущения, то я благополучно об этом забыла. Сейчас мной владела всепоглощающая нежность и… желание.

Лаорр провел по моим плечам руками, и тяжелое платье с шелестом опустилось к ногам. Я услышала за спиной порывистый вздох. Ладонь, горячая, нежная скользнула по бедру, и я оказалась прижатой к сильному телу.

Ягодицы уперлись в напряженный мужской орган. Я выдохнула. Значит, ему так же, как и мне, достаточно одних касаний, чтобы прийти в состояние крайнего… волнения.

Я невольно шевельнула бедрами и услышала сдержанный стон. Хотелось заглянуть в глаза Лаорра, прочитать в них его потаенные мысли и желания.

Я медленно развернулась. О, боги… В этих глубоких темных озерах плескалась такая невыразимая нежность, что сердце невольно сжалось.

Лаорр словно почувствовал мое волнение. Он провел ладонью по щеке, склонил голову и накрыл мой рот поцелуем. Все тревоги немедленно растворились в жарком пламени. Их становилось все меньше, а возбуждения все больше. Я застонала темному прямо в рот, обвила руками его шею и отдалась нахлынувшим ощущениям.

Спустя вечность, которую длился поцелуй, Лаорр отстранился, мягко уложил меня на кровать и стал целовать мои груди. Жадные губы исследовали каждый миллиметр моего тела, прижимались то нежно, то яростно, спускаясь все ниже и ниже, пока, наконец, язык не нырнул в ложбинку на животе.

Я выгнулась. Скользнула руками по широким плечам. Налитые, упругие, рельефные мышцы. Мне захотелось прикоснуться к ним губами. Ощутить солоноватый вкус покрытой испариной кожи, пройтись по ней языком.

Я надавила ладошками на широкую грудь, заставив Лаорра лечь на спину. Хоть он и был удивлен, но сопротивляться не стал. Мощные плечи в узлах скрученных мышц, налитая будто бы дремлющей силой широкая грудь, темные горошины сосков. Я целовала его медленно, изучая, смакуя, наслаждаясь. И спускаясь ниже… и ниже, пока, наконец, не коснулась губами чуть пониже пупка.

Лаорр вздрогнул и глухо зарычал. Я ощутила, как напряглось его тело и, не отрывая губ, пощекотала языком кожу. Несмотря на то, что это я – его собственность, сейчас он был полностью в моей власти.

Я чувствовала, с какой готовностью отзывается его тело на мои ласки, как от каждого поцелуя учащается его дыхание, как темная кровь начинает быстрее струиться по венам, устремляясь к мужскому естеству.

Я оторвалась от живота Лаорра, смакуя на губах сладковато-пряный вкус его тела. Скользнула взглядом вниз и уставилась на внушительную выпуклость под штанами. По коже прокатилась жаркая волна.

– Ты не должна ничего делать, если не хочешь, – хрипло прошептал Лаорр, и от этого хриплого шепота по моему телу прокатилась волна покалывающего жара.

– Но я хочу… – выдохнула я и поразилась, как сладострастно и порочно прозвучал мой голос.

Договаривать я не стала. Вместо этого опустила руку на твердую плоть и слегка сдавила ее. Темный издал негромкое, но наполненное болезненной страстью, рычание. О, мой господин, вы и правда в моих руках.

Я опустила голову к напряженному телу и провела языком по коже вдоль линии штанов. Неловко распустила  завязки, дергая их так, что едва не запутала, и, продолжая осыпать мелкими частыми поцелуями живот, скользнула пальчиками в запретную зону.

К щекам прилил жар, а в животе томительно екнуло, наливаясь жаром между ног. Я слушала тяжелое порывистое дыхание Лаорра и ощущала, как становится бесстыдно мокрой собственная плоть.