18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Матильда Старр – Ты – моя собственность (страница 29)

18

– Но есть вещи, против которых люди бессильны, – продолжала говорить ведьма, – правда, если речь идет о самых обыкновенных людях.

Саймор вмиг переменился, будто очнулся от сна. Он выглядел растерянным, смотрел по сторонам так, словно не понимал, что происходит.

– Риаса, что это за место? Что ты здесь делаешь? Что мы здесь делаем?

Аманда расхохоталась:

– Слишком много вопросов, мальчик, ты меня утомил…

В ее руках откуда ни возьмись появилась куколка, точно такая же, как в трактире.

– Нет! – в ужасе воскликнула я и потянулась к Аманде.

– Кто это, Риаса? – одновременно со мной спросил Саймор.

А потом острая игла булавки вонзилась в холщовую ткань. Саймор хрипло вскрикнул и рухнул на пол. Глаза его закрылись, тело было неподвижно.

– Вот и все, дорогуша, боюсь, жениха достойнее ты уже не найдешь, так что свадьба отменяется.

Я не слушала ее, я упала на колени рядом с юношей:

– Саймор, пожалуйста, нет!

Слезы катились по моим щекам, когда я смотрела на бездыханное тело Саймора. Почему-то о своей собственной судьбе я сейчас не думала, хотя место, в котором я оказалась, наверняка было опасным, и ждать от Аманды чего-то хорошего не приходилось.

– Долго ты будешь с ним возиться?

Я бросила на нее гневный взгляд. Но мой гнев ее ничуть не впечатлил. Она лишь добавила лениво:

– Послушай, это всего лишь человек, самый обычный, он не стоит твоего внимания.

– И кто же стоит моего внимания?

Я пропустила мимо ушей это ее «самый обычный человек». Странно, а ведь нечто похожее говорили темные. Но Аманда… она ведь тоже самый обычный человек. Или нет?

– Пожалуйста, не разочаровывай меня, не хотелось бы думать, что за это время ты поглупела. Тот, кто стоит твоего внимания, – это король.

Я отвернулась от Аманды. Вот как! Ну что ж, теперь понятно. Она каким-то образом прознала о том, что король принял во мне участие, и теперь хочет это использовать.

Чего-то похожего от нее следовало ожидать. Единственное, чего она не учла, составляя свой мерзкий план, так это того, что король с легкостью от меня отказался, и теперь я ему безразлична. Ах да, а еще того, что я ни за что не сделаю ничего такого, что причинило бы ему вред.

– Ладно, хватит рассиживаться. Задницу отморозишь. Пойдем, у нас с тобой еще много дел.

– Никуда я с тобой не пойду.

– Пойдешь-пойдешь, – сказала Аманда, – куда я скажу, и не задавая вопросов.

Я покосилась на синюю булавку. Ну да, кажется, у нее есть способ любого сделать послушным.

Но Аманда не стала втыкать мне в одежду отнимающих волю артефактов. Вместо этого она сказала, указывая на Саймора:

– Он еще дышит. Рано оплакивать. Будешь послушной девочкой, и я разрешу тебе его вылечить.

Я уставилась на нее непонимающим взглядом. Вроде бы слова, которые она произносила, каждое в отдельности было мне понятным, но все вместе складывалось в нелепую абракадабру.

– Мне? Вылечить?

Я почти забыла, что Аманда – враг, и задавать ей вопросов не стоит. Слишком уж странным было то, что она сказала.

– Почему нет? – женщина, улыбаясь, сделала приглашающий жест в одну из комнат дома.

– Вы хотите оставить его здесь?

– О боги, – она всплеснула руками, – ты слишком много переживаешь по мелочам. Оттащи его на кровать, – она указала мне на другую дверь.

Я подхватила Саймора под мышки и потащила за собой. Было тяжело, все-таки он крупный парень. В голову лезла всякая чушь. Знала бы, что придется самой его носить, попросила бы Лаорра выбрать жениха помельче. Это было действительно тяжело и заняло много времени, но Саймор оказался уложен на узкую кровать. Кому на самом деле она предназначалась, да и чей вообще это дом, я не знала. Единственное, что я поняла: убивать меня Аманда не собиралась.

46

Я вошла в комнату, на которую указывала Аманда, и застыла у порога. Это уж точно не было похоже на человеческое жилище. Что-то похожее я видела в лаборатории королевского мага, и то лишь отдаленное похожее. Занавешенные темными шторами окна, черные стены, тут и там непонятные знаки, предметы, толстые книги… Несколько свечей плавились черным воском, в воздухе витали странные удушливые ароматы, от которых мутилось в голове.

А вот Аманда в полумраке этой комнаты, кажется, чувствовала себя прекрасно. Она стояла возле стула напротив маленького столика и старинного зеркала в потемневшей серебряной оправе.

– Заходи, садись, – ее голос не звучал враждебно, напротив, она говорила со мной так, будто я представляю какую-то особую ценность.

Впрочем, видимо, для нее это так и есть, если уж в нашей беседе прозвучало слово «король». Она ведь не знает последних новостей и думает, что я по-прежнему любимая игрушка монарха. Что ж, пусть пока так и думает. А мне стоит ее выслушать, чтобы решить, что делать дальше. Поэтому я сделала то, что она велела: подошла, уселась на стул перед зеркалом, на который она указала. Но моей покладистости хватило лишь на это. Сразу же после верх взяло любопытство.

– Вы темная? – спросила я. – То, что вы делаете… Это ведь магия?

Аманда засмеялась. Оттого, что она стояла за моей спиной и видеть ее я могла только в мутноватом зеркале, смех показался мне жутковатым.

– Бедное наивное дитя. Мир изменился. Чтобы владеть магией, вовсе не нужно быть темным. Странно, что ты не в курсе, ведь твой любовник прекрасно об этом осведомлен, как и о том, кто ты такая. Думаю, потому и поторопился отослать тебя подальше, а сейчас изнывает от любовной хандры.

Что за бред она тут несет? Немыслимо.

– Он отослал меня подальше, чтобы не причинить мне вреда, – воскликнула я с обидой.

– Деточка… – устало сказала Аманда. – Он отослал тебя подальше, чтобы ты не причинила вреда ему. Но мы это исправим, верно?

Я ничего не ответила, я перестала понимать хоть что-нибудь.

То, что говорила эта женщина, выглядело дико, ненормально. Но почему-то у меня ни на секунду не возникло мысли, что она лжет.

Мысли путались и перескакивали с одной на другую, пока, наконец, я не смогла вычленить одну, самую главную.

– Нужно помочь Саймору.

– Поможешь, если успеешь, – безразлично пожала плечами она.

– Что вы от меня хотите?

Наконец-то я задала правильный вопрос. Надеюсь, получу на него внятный ответ.

– Ты должна сделать то, для чего я отправила тебя в королевский дворец – стать наложницей короля. Больше, чем наложницей.

Несмотря на то, что ситуация к этому никак не располагала, я рассмеялась.

– То есть вы выбрали для меня такую смерть? Наложницей короля я пробуду недолго… Одну ночь – пока смерть не разлучит нас.

Впрочем, кто сказал, что этого недостаточно? Может, этой женщине нужно, чтобы я убила короля? Опоила? Оглушила какой-нибудь штукой вроде той булавки, что была у Саймора?

Аманда задумчиво смотрела на меня из зеркала. На губах ее застыла полуулыбка. Такая же, с какой она играла со своими куклами в смертельную игру.

– Странно, что он тебе ничего не сказал… Впрочем, с чего бы ему самому давать тебе в руки такое оружие.

Что еще за оружие? И что за манера говорить загадками? Сейчас, когда я заперта в неизвестном доме, а за стеной, возможно, умирает Саймор, не было ни времени, ни желания играть в ребусы.

– Много-много лет назад… – неторопливо заговорила Аманда, которой не было никакого дела до жизни чужих женихов. – … когда темные пришли в этот мир, они хватали без разбора все, что нам принадлежит: нашу землю, нашу воду, наши города и наших женщин. И последнее сыграло против них, потому что уже давно они не владеют магией единолично. У людей появилась своя, другая магия. Человеческая магия – женская. Она идет от земли, которая нас взрастила. Ведь твоя сестра – полукровка?

Я пожала плечами, это уж точно не новость.

– Но ее магический дар так силен, что в свое время напугал самого короля. И так напугал, что король не собирался оставлять ее в живых. Лаорру пришлось совершить невозможное, чтобы спасти ее.

Я застыла на своем стуле, завороженная ее голосом, и впитывала каждое слово из того, что она говорила. Аманда взяла с маленького столика у зеркала гребень и начала расчесывать мои волосы. А я ее не останавливала, жадно ловя каждое слово этого рассказа, который был странным, чудовищным, невероятном.

Но все же, я чувствовала это кожей, в ее речи не было ни слова лжи.

– Ее отец был темным, – сказала я.