Матильда Старр – Школа чернокнижников. Абсолютный артефакт (страница 7)

Точно нет.

Туфельки, ботиночки, сапожки стояли ровными рядами на полках следующего шкафа. На низких каблучках, на высоких каблучках, вообще без каблучков, бальные, выходные, повседневные, домашние и уличные, гладкие и расшитые сверкающими камушками… Красивые, всех цветов радуги, на все случаи жизни.

Я выбрала самые простые – темные, на небольшом каблуке, и примерила. Великоваты, но совсем чуть-чуть. Если приноровиться – ходить можно.

К шкафу со шляпками, перчатками, сумочками даже подходить не стала. Мне казалось, что промедли я еще четверть часа – и щедрый хозяин пожалеет, что не выгнал меня из дома в одной простыне. Тем более что у меня была идея, как потратить эти же четверть часа с большей пользой.

Маг ведь сказал – «бери что хочешь»? Значит, это вовсе не воровство, а подарок. Я решительно расстелила на пол простыню, почти не глядя, схватила два платья поскромнее, аккуратно сложила стопочкой, сунула в середину конструкции еще одни туфельки и теплые сапожки. До зимы далеко, но пригодятся.

И остановилась, не в силах отвести взгляд от одного из платьев. Роскошное. Черное с проблесками серебра. В таких не ходят по улицам, а кружатся в танце на балу…

«Бери что хочешь?»

Вот его я точно хочу, хоть и не представляю, что когда-нибудь надену. Недолго думая, я сняла прекрасное платье с плечиков и бросила туда же – к другим.

Связала все в аккуратный узел, вышла из гардеробной и вернулась в зал.

– Готова?

– Готова.

– А теперь – серьезный разговор.

Ух ты! Даже целый разговор.

– Тогда, может, и позавтракаем? – осмелев, спросила я.

А что, неизвестно, когда еще поесть удастся. Оставшиеся монетки явно пропали вместе с одеждой. И не спросишь ведь про них – наглость получится. Он мне жизнь спас, а я требую какие-то там медяки.

– Позавтракаем, – согласился маг.

Подошел к столу и резко дернул скатерть за угол.

Я уронила узел и прижала руки к ушам, ожидая, что сейчас послышится звон, посыплется посуда – но ничего такого не случилось. Все, что только что стояло на скатерти, просто растворилось в воздухе, а маг взмахнул ею и снова постелил на стол. И, словно по волшебству, появились аппетитно дымящиеся блюда. Только накрыто теперь было на двоих.

– Как тебя зовут? – спросил маг, когда мы принялись за еду.

– Аллиона… Аллиона Брентор.

Насчет имени я решила не врать. Ничего в нем такого особенного нет, имя как имя. Не королевская же особа!

– Что делала ночью на дороге? По древнему ремеслу? Так место неподходящее.

– По какому такому древнему? – озадаченно спросила я, пытаясь припомнить, кому из ремесленников могло бы понадобиться разгуливать по улицам ночью. Ничего в голову не приходило. – Ремеслам не обучена. Прибраться могу, приготовить, одежду починить… А в учение ремеслу тетка не отпустила.

Это было почти правдой. Я хотела устроиться в помощницы к вышивальщице, но Гресильда решила, что в доме от меня будет больше пользы.

Маг смерил меня долгим испытующим взглядом, словно бы в чем-то подозревал, а потом рассмеялся.

– А по улицам, значит, бродить отпустила?

– Не отпускала, – я вздохнула. – Сбежала я. Она меня замуж за старика отдать хотела. А я… Вот и подалась в столицу. Работу какую-нибудь найти.

– И давно подалась? – спросил маг.

– Что? – не поняла я.

– В столицу когда приехала?

– Так вчера и приехала. Постоялый двор искала и заблудилась. А тут вы…

И снова он сверлил меня глазами так, будто дырку хотел проделать. Не верит, что ли? Ну и зря. Я чистую правду сказала. И зачем-то добавила:

– А вообще у меня магия есть. Так что я еще и в Академию попробую поступить.

Ну и зачем было это говорить? Не так уж мы близки, чтоб я делилась с ним сокровенным желаниями.

– Магия? – он заинтересовался. – Ну-ка покажи, что умеешь.

Я протянула руки вперед и вызвала огонек. Ночью, в комнате теткиного дома, мне казалось, что он так ярко сияет, но тут, при этом странном, непонятно откуда льющемся свете, огонек был слабеньким, еле-еле заметным. Маг покачал головой.

– Плохо.

– Что плохо? – не поняла я, гася огонек.

– Магия слабая. Сколько тебе лет?

– Восемнадцать, – соврала я.

– К этому возрасту дар уже раскрывается в полную силу. Так что многого не жди.

– Но в Академию-то возьмут?

Это был первый маг, которого я увидела живьем, и с которым мне посчастливилось поговорить. Так что надо было пользоваться ситуацией. Раньше-то про Академию и спросить было не у кого.

– Взяли бы. Но только за плату. На стипендию с таким даром можно и не рассчитывать.

Я закусила губу. Вот так, двумя словами он разрушил мою мечту. Сколько стоит обучение в Академии, я даже примерно не знала. Впрочем, и так понятно, что уборкой да готовкой столько точно не заработаешь.

Я представила, как до конца жизни хлопочу на кухне да натираю чужое столовое серебро по воскресеньям, и едва не заплакала. А потом вспомнила, что даже эту работу в чужом городе еще найти надо, и совсем сникла.

Темный маг достал откуда-то мешочек. По характерному позвякиванию я поняла, что тот полон монет, и замерла.

– Вот, – сказал он. – Этого хватит на то, чтобы устроиться.

– В Академию?

Он усмехнулся:

– И в Академию тоже. Но не советую. При твоих талантах – пустая трата денег.

Денег…

Я смотрела на мешочек и пыталась представить, сколько их там. В голове метались самые разные мысли, начиная от «О боже, я смогу учиться в академии!» до «Я не могу взять деньги от чужого мужчины». Были и еще какие-то промежуточные, но они только добавляли сумятицы.

– Не спеши благодарить, – остановил меня темный маг. – Я их дам тебе не просто так. Ты кое-что сделаешь.

Сердце упало. Рано обрадовалась. Все-таки кое-кто совершенно напрасно верит в сказки, хотя жизнь уже столько раз показывала, что сказкам тут не место.

– И… что же я должна сделать? – осторожно спросила я.

– Ты дашь мне смертельную клятву.

– Смертельную?

Я похолодела. Что такое смертельная клятва, я знала очень хорошо. Клятва, которая дается на крови, и, если нарушишь – умрешь в ту же секунду.

– И в чем же я должна поклясться?

– Ты никогда и никому не расскажешь, при каких обстоятельствах мы встретились. Забудешь эту историю.

– Всего-то? – с облегчением улыбнулась я. – Так я бы и без денег никому не сказала. Да и некому говорить. Я тут ни единой души не знаю. К тому же вы и не виноваты ни в чем. Я сама на дорогу выскочила, а вы меня наоборот спасли…

– Хватит болтать, – оборвал он. – О случившемся никто не должен узнать, потому что меня тут и быть-то не должно.

Я пожала плечами.

– Да я даже не знаю, кто вы и где мы. Имени-то вы не назвали. Давайте свою иголку!