Матильда Старр – Школа чернокнижников. Абсолютный артефакт (страница 6)

Красота же!

Боюсь, когда маг проснется и укажет мне на дверь, я буду цепляться за все порожки и сопротивляться.

Теперь, когда я была сыта и почти одета, проснулось любопытство. Он ведь не велел мне выходить из дома? А вот по дому бродить не запрещал. А что не запрещено – то разрешено. И я смело открыла дверь ритуального зала и шагнула…

Нет, не в коридор. В коридорище! Тот же сводчатый потолок, те же стены из темного камня, тот же таинственный свет, чуть более тусклый, чем в зале… Почти минуту я не двигалась с места, а крутила головой, разглядывая черный паркет, высокие колонны, напоминавшие стволы деревьев, резные карнизы…

Ну ничего себе! Похоже, темный маг живет не просто в богатом доме, а в целом замке! Коридор устремлялся в такую даль, что было не видно, есть ли там вообще стена, в которую он упирается.

Я двинулась по коридору, заглядывая в приоткрытые двери. До сегодняшнего дня даже представить себе не могла, что в одном месте может находиться столько великолепных комнат и залов.

Некоторые двери были заперты, но и в открытые я предпочитала не входить, раз уж тут на каждом шагу опасные артефакты. Любовалась из коридора. Я не знала, какие на меня планы у темного мага. Но в одном была с ним согласна: я бы тоже предпочла остаться в живых к тому времени, как он проснется.

Я заглянула в очередную комнату и замерла на пороге. «А это, похоже, спальня темного», – подумала я и едва сдержала невольный смешок. Да уж, нетрудно было догадаться. Огромная кровать, а на ней спящий мужчина. Что бы это еще могло быть?

Я понимала, что лучше уйти. Еще не хватало разбудить могущественного темного мага. Но любопытство взяло верх, и я тихонечко, на цыпочках, вошла.

Приблизилась к кровати, заглянула в лицо мужчине – и удивилась.

Когда я впервые его увидела, он показался мне почти стариком. Но несколько часов сна буквально совершили чудо. Черты лица разгладились, морщины куда-то исчезли. Передо мной сейчас лежал очень привлекательный мужчина.

Высокий лоб, тонкий с горбинкой нос над крупным ртом, даже во сне упрямо изогнутым. Жесткий квадратный подбородок, крепкие скулы с чуть отросшей щетиной. Темные брови, темные, густые короткие ресницы. А если вспомнить яркие синие глаза, глубокие и холодные…

Я запоздало ужаснулась. Это как же его потрепало мое исцеление! Впрочем, он ведь сам меня сбил. Кто же носится с такой скоростью по городским улицам?

Нужно было уходить. Но я почему-то застыла как вкопанная, не сводя глаз с раскинувшегося в постели мага, до пояса прикрытого такой же черной простыней, как у меня. Никогда не видела полуголого мужчины, но этот – смуглый, крепкий, обманчиво расслабленный – казался совершенным, хотелось смотреть на него и смотреть…

Взгляд еще раз скользнул по суровому лицу, сильной шее, широким плечам, спустился по мускулистой груди вниз, к твердому животу и наткнулся на глубокие складки черного шелка.

Так, хватит! Это уже совсем неприлично.

Мужчина зашевелился во сне, простыня скользнула вниз…

И меня словно ветром сдуло в коридор. За считанные секунды долетела до зала, захлопнула дверь и привалилась к ней спиной, пытаясь отдышаться. Щеки и уши горели, сердце колотилось как сумасшедшее.

Демоны бы его побрали! Едва не попалась. А если бы он проснулся?!

Все, больше никаких прогулок по замку! Вон скатерть с деликатесами, вон кровать, которую с некоторой натяжкой я могу назвать своей. И этого вполне достаточно.

Маг сказал, что спать будет долго.

Интересно, насколько долго? День, два, а может, неделю?

Я поправила чуть съехавшую во время бега шелковую простыню, села за стол и плеснула в кубок немного вина. Ужасно хотелось его попробовать. В доме Гресильды мне вина не полагалось даже по праздникам. Сама же она, выпив рюмку, становилась веселее.

Вино оказалось вкусным и сладким. Правда, после нескольких глотков снова разыгрался аппетит. Но, к счастью, оставалось еще много еды. Я с удовольствием сметала все с тарелок, запивая вином, и с каждой минутой жизнь казалась все более и более радостной.

В какой-то момент я убедила себя, что этот маг не такой уж и плохой человек, хоть и темный. Плохие люди не спасают девушек от смерти, а бросают их на дороге и уезжают.

Замок у него огромный, а вот прислугу я не встретила. Да и пылища кругом такая, что становится ясно: никто за порядком не следит. Кухарка, допустим, ему не нужна – с такой-то скатертью. Но уборкой-то должен кто-то заниматься! Может, наймет меня в горничные? Жалованье какое-никакое положит, а то и на хорошее расщедрится.

Да, пожалуй, сама ему предложу.

Мысли как-то сами собой перетекли от замка к его хозяину. Перед глазами, словно наяву, нарисовались широкие мускулистые плечи, сильные руки, ровно вздымающаяся грудь.

Фантазии несли меня все дальше и дальше.

Вот я навожу везде порядок и превращаю мрачное, похожее на склеп жилище в очень милое местечко, куда хочется возвращаться.

А вот он уже говорит мне: «Аллиона, душа моя, жить без тебя не могу, стань моей женой…»

И, конечно же, свадьба. Я в пышном платье – белоснежном, с кружевами, это обязательно! – и он рядом. Весь такой высокий и красивый. Ведь красивый же, хоть и не слишком молод.

Да что это со мной?

Я с подозрением покосилась на кубок. Вот же коварный напиток! Пьешь его – вроде сладко. А потом в голову всякая чушь лезет.

Замуж собралась! За темного мага, которого видела-то пять минут. Правильно Гресильда делала, что запрещала вино. Ничего в нем хорошего.

Я резко поднялась из-за стола и… упала бы, если бы не ухватилась за высокую спинку стула. Ноги не держали, голова кружилась. Гадкое вино, все из-за него!

Я с трудом добралась до кровати и, едва голова коснулась подушки, уснула.

Глава 5

– Просыпайся! – холодный голос ввинтился в уши, отозвался болью в висках.

Я открыла глаза. У кровати стоял темный маг в парадном костюме. Смотрел на меня хмуро, словно мое присутствие его раздражало.

– Тебе пора. Да и мне тоже.

Пора? Я горько усмехнулась про себя. Вот же дурочка, думала, в сказку попала. И работу маг даст, и вообще… Я вспомнила, как, поддавшись винному дурману, мечтала о свадьбе, и быстро села, отводя взгляд.

Надеюсь, темные маги не умеют читать мысли?

Впрочем, сейчас я точно знала: замуж за него не хочу. Да и работать тут тоже.

– А… где моя одежда? – робко спросила я. – Не могу же я уйти в этом.

«Будь ты хоть трижды темный маг, но должен понимать, что обмотанная вокруг тела простыня – не самый подходящий костюм для порядочной девушки», – подумала я.

– Она пришла в негодность… – прилетело в ответ. – У меня не было времени возиться со шнурками и пуговицами, пришлось разрезать.

Я живо представила, как маг режет в лоскуты мое платье, и щеки загорелись.

Несколько секунд он мрачно смотрел на меня, а потом словно бы что-то вспомнил и повелел:

– Иди за мной.

Развернулся и вышел. Я вскочила с кровати и метнулась следом. Далеко идти не пришлось. Маг свернул вправо, толкнул одну из двух дверей, я шагнула внутрь и оказалась в большой гардеробной. Одна стена была полностью зеркальной, вдоль трех других тянулись открытые шкафы. Я подошла к первому, в котором висели женские платья – в основном шикарные и вечерние. В таких только на балу танцевать, а не по улицам бегать. Да и принадлежали они не какой-нибудь сельской девчонке, а явно благородной сирре.

– Выбери себе тут что-нибудь, – донеслось из коридора.

– И что, могу так просто взять? – недоверчиво спросила я.

Он хоть понимает, сколько эти наряды стоят? Впрочем, что это я. Конечно понимает!

– Да хоть все забирай.

Интересно, откуда у него столько женских платьев? Явно у них есть хозяйка. Кто она? Его жена? И почему он так легко ими разбрасывается? Наверняка она ему закатит скандал, когда обнаружит, что часть нарядов пропала. Впрочем, это ведь не мое дело.

– Все не унесу, – вздохнула я.

Маг усмехнулся.

– Ну, развлекайся. Только недолго, я действительно тороплюсь.

И дверь захлопнулась.

Торопится он… Ну и шел бы, куда ему там надо. А меня бы тут оставил. Мечты о том, чтобы еще хоть раз встать под теплые струи домашнего водопада, кажется, рассыпались вдребезги.

Я стала перебирать наряды, обнаружила один вполне скромный. Уж не знаю, насколько он соответствовал городской моде, но состоятельная сирра вполне могла выйти в таком на улицу.

Я сбросила с себя простыню, облачилась в прелестные белые панталоны, мягчайшую батистовую сорочку и обернула вокруг талии широкий пояс льняной нижней юбки с кружевами по подолу. А затем с удовольствием нырнула в мягкий темно-синий бархат, застегнула целый ряд крошечных пуговичек от талии до воротничка, одернула манжеты рукавов, поправила мягкие складки на юбке и покрутилась перед зеркалом. Село, как влитое, даже без корсета. И длина приличная, по щиколотку.

Взгляд случайно упал на алое платье с пышной юбкой и расшитым лифом. Ткань была дорогая, и над рюшами явно потрудились мастерицы-магессы. И все равно мне оно напоминала ту жуткую тряпку, в которую меня нарядила Гресильда, чтобы продать барону.

Но стоило ли сейчас вспоминать о Гресильде?