Матильда Старр – Невольная ведьма. Инструкция для чайников (страница 10)

Я бросила быстрый взгляд на Демьена. Это ведь он, мой куратор, приложил руку к тому, чтобы сын Ангелины, нынешний хозяин дома, загремел в медицинское учреждение. Ну точнее, не руку, а колдовство, но кто тут будет разбираться. И ничуть не удивилась, увидев совершенно невозмутимую физиономию. Но разглядывать куратора сейчас было не время.

– У нас тут страшная проблема в городе. Кто-то похищает домовых. Подозреваем, что хочет в жертву принести и какую-то демоническую пакость вызвать, – коротко изложила я суть нашей проблемы. – А мы вот пытаемся вашим сородичам помочь в меру имеющимся возможностям. Только понятия не имеем, как этого нехорошего человека отыскать. Сами понимаете, он в газетах о своих намерениях не пишет.

– Ого, домовых покрасть? Это сильный колдун нужен… – уважительно протянул наш собеседник.

– Ну да уж, неслабый, – проговорила я, с ужасом представляя себе грядущую схватку с этим монстром.

Я и с обычной ведьмой-то еле справилась, прямо скажем, просто повезло.

– Да нет же, вы не поняли. Найти его не так трудно будет. Вам просто надо самых сильных ведьмаков обнаружить. Ангелина в свое время всех отыскала и из города повыгнала, а те, что остались, сидели тихонько и не рыпались. Супротив моей Ангелины никто бы не рискнул пойти! – в голосе домового слышалась гордость.

А потом он как-то сник и тяжело вздохнул. Надо же, скучает по хозяйке. А ведь та при жизни той еще ведьмой была.

– А как она их находила, сильных-то? – встрепенулся Демьен.

Похоже, он решил взять беседу в свои руки.

– Как-как, знамо как. Заклинание на то имеется, специательное, сильно мудреное. Но работает безотказно.

Я выдохнула с облегчением. Надо же, ответ все это время все это время был у меня буквально под рукой. Только и нужно было, что задать книге правильный вопрос.

– Ну и отлично, – я хлопнула руками себя по коленям, словно уже собиралась встать и уйти.

А ведь и правда собиралась. Мне не терпелось выудить из книги нужное заклинание и поскорее с ним разделаться. А что сложное, не беда, ведьма я или нет, в конце концов, я справлюсь!

– Все Ангелинины заклинания у меня в книге, так что надо бежать домой.

Только вот Демьен почему-то моей радости не разделял. Он все так же сосредоточенно смотрел на домового, словно чего-то ждал. И дождался.

– Все да не все, – буркнул домовой. – Самые заковыристые заклинания Англина в книгу не включала. Говорила, если преемница до них дорастет, сама отыщет.

Он бросил на меня надменный взгляд, который явно означал, что я еще не доросла.

– И это заклинание тут хранится. В свитке, – заговорил он.

– Так отдай нам его. Сам видишь, ситуация серьезная. Некогда ждать, пока я дорасту сама собой. Буду доращивать себя целенаправленно.

Домовой только покачал головой. Рано я его в порядочные записала, тоже вредничает.

– Ладно. Говори, что хочешь взамен, – хмуро велел ему Демьен. – На уговоры у нас времени нет.

Демьен так строго посмотрел на вредное мохнатое существо, что тот сразу сжался. Передумал, значит, характер показывать, а вместо этого торопливо заговорил.

– Дом мне нужен хороший, благоустроенный. Чтоб люди жили и краны чинились. Чтоб не текло. И без домашних животных. Мне бабкиного кота хватило, неприятный зверь. Всю дорогу меня гонял и подлавливал.

– Дом такой имеется. – степенно сказал Демьен. – Все как тебе и надо: и чистый, и просторный. Хоромы, а не дом.

– Что, и люди есть? – домовой явно заинтересовался.

– Еще какие! Отличные, отборные люди! Я там живу, – ответствовал Демьен.

Ну да, излишней скромностью он никогда не отличался… Стоп! Это что же, домового он в гостиницу к себе зовет?

– А соседи есть? – продолжал допрашивать домовой. – Потому что без соседей, оно, знаете, скучно. Сначала радуешься: спокойно и не мешает никто, с вопросами пустыми не лезет, а потом становится тоскливо. Хочется иногда с каким-нибудь домовым о своем пошептаться.

– И домовые есть, и коридорные, и даже парочку ресторанных видел, – доложил Демьен.

Ох, как же загорелись глаза у домового! Он даже притоптывать на месте стал. Видно, так хотелось в Демьеновские хоромы.

– Давай тащи нам свиток свиток и сразу поедем.

– Прямо сейчас? – казалось, тот не может поверить в свое счастье.

– В ту же минуточку, – серьезно подтвердил Демьен.

Домовой исчез и тут же появился. В мохнатых то ли лапах, то ли руках, он держал деревянную трубочку. Демьен осторожно принял артефакт, что-то покрутил и на руки ему вывалился скрученный трубочкой листок пожелтевшей бумаги, а может, и пергамента какого-нибудь. Кто знает, сколько этому свитку лет, может, тогда и бумаги еще не было.

Аккуратно, словно величайшую ценность, Демьен раскрутил листок и строго посмотрел на домового.

– Да тут каракули какие-то непонятные. Это на каком языке?

Тот сложил маленькие руки на груди.

– На то уговору не было, заклинания вам читать. Ты сказал «отдай», я отдал. Теперь своя очередь обещанное выполнять. Сам знаешь, кто домового обманет, семь лет счастья не увидит. Да-да! Ты говорил, «в ту же минуточку», я помню.

Демьен не мешкая подскочил из кресла – словно пружиной вытолкнуло – и подхватил домового на руки.

– А я и не отказывался. Поехали!

– Э, а как же… – начала я, но Демьен только махнул рукой.

– Потом разберемся. Сейчас главное этого деятеля на место новой службы устроить. Иначе и правда семь лет счастья не видать, это тебе не зеркало разбить. Дела посерьезнее.

Ну надо же, как его проняло. Такой гордец, а тоже без счастья остаться не хочет.

Даже домой меня не завез, выбросил на перекрестке и рванул в гостиницу. Выполнять, значит, обещанное. И совсем его не смутило, что я с древним свитком буду брести по городу одна-одинешенька. А ведь эта старинная вещица явно ценна не только с колдовской точки зрения, но и просто как антиквариат.

Однако я давно уж поняла: злиться и обижаться на моего куратора – последнее дело. Совершенно бесперспективное занятие: ты на него злишься, а ему хоть бы хны.

Так что я отправилась домой без всяких скандалов. Тем более, что у меня был план. Пусть Демьен устраивает новоселье для старухиного домового, а я возьму, да и решу нашу общую проблему. Посмотрим тогда, чья очередь будет задирать нос!

Глава 9

По пути домой мне пришлось преодолеть свой страх и все-таки зайти в ночной магазин, чтобы разменять мелочь. Требовалось побеседовать с одним крайне несговорчивым типом.

И пусть Демьен утверждает, что способов выманить домового вагон и маленькая тележка, а монетки – путь в никуда, я пока хорошо освоила только один. Платный, но прямо скажем, не слишком дорогой. Не за веником же мне идти по такому случаю. Встреча с Лизаветой – вовсе не то, что мне требуется для душевного равновесия. Да и не работает магазин «Все для дома» в такое позднее время. Хотя не сомневаюсь, приди такая идея хозяйке в голову, с удовольствием заставила бы нас работать круглосуточно.

Дома я быстро переоделась, разложила горсть монет да прочла заклинание.

– Чего надобно, баламошка? – недовольно проворчал мой домовой, сонно потирая глаза.

Неужто и правда спал? Даже жалко его стало, сама не люблю, когда меня дергают и будят, стоит только прилечь. Однако я взяла себя в руки и отбросила жалость в сторону. Особые времена требуют особых решений, а выслушивать всю эту абракадабру мне сейчас было не с руки.

– Перестань придуриваться, – строго сказала я домовому. – Уж я-то знаю, ты можешь и нормально разговаривать, без всяких архаизмов и анахронизмов. Вот и разговаривай.

– Чой? – домовой сделал вид, что не понимает.

Ах ты ж засранец мелкий! Я картинно вздохнула.

– А может, и правда ты у меня бесталанный? Наверное, такое тоже бывает.

Он недобро на меня зыркнул. Понимаю…Кому будет приятно, когда его бесталанным назовут. Но останавливаться я не собиралась.

– Вот Ангелинин домовой – совсем другое дело. Даже латынь выучил. Вот это домовой так домовой, светлая голова. Жаль, что ты у меня такой дремучий и в современных тенденциях не разбираешься.

– Чойта это дремучий, – обиженно буркнул домовой. – Ничего я не дремучий, и уж что-что, а болтать по-вашему научился. Или как это теперь называется, базарить. Перетирать. Обкашлять вопросики, как говорится.

Я едва сдержала улыбку. Похоже, основные речевые успехи домового пришлись на дремучие девяностые. И все равно это лучше, чем все его «пыни». «Обкашлять» вопросик я уж как-нибудь смогу.

– Вот и славно, что мы договорились, – я с удовлетворением подвела итог своей воспитательной работы. – А теперь, друг сердечный, не мог бы ты взглянуть на одну вещицу? Древнюю. Я как увидела, сразу поняла: если кто и разберется, то только ты.

Немного лести не помешает. У бедняги и так столько стрессов среди ночи: и разбудили, и обозвали.

– Ну давай, показывай свою вещь, – милостиво позволил мне домовой, хотя по глазам было видно: сгорает от любопытства и просто ужасно, нечеловечески желает выяснить, что там у меня такое.

– Вот, – я аккуратно извлекла из деревянного футляра свиток. Осторожно, как величайшую ценность развернула. – Редчайшее заклинание. Жаль только, что прочитать никто не может. Вон даже бабкин домовой, на что разумный и обученный, и то скис. Говорит, незнакомы мне эти каракули, уж больно сложные.

Я покосилась на домового. Прокатит моя хитрость или нет? Очень уж не хотелось тратить много времени на разговоры, для того чтобы в конце концов выяснить, что ерепенился он исключительно потому, что ни черта не знал.