Матильда Аваланж – Жена в лотерею (СИ) (страница 28)
— А что у меня? — я прижала к себе только что сделанную игрушку, как будто желая защитить ее от косых взглядов.
Многие девушки даже побросали своих кукол, чтобы подойти ко мне ближе. А во главе, само собой, Марв.
— Это самая прелестная игрушка, которую я когда-либо видела в жизни! — всплеснула руками пожилая леди. — Вы позволите рассмотреть его поближе, леди Рутланд.
Ну, я конечно, милостиво позволила и мишка пошел по рукам.
Он и правда, получился просто очаровательным — с милой живой мордахой и блестящими глазами. Золотистый мохер, который совершенно не смотрелся, когда из него был скроен Цицинателлин уродец, заиграл теплыми красками, словно по игрушечному меху животного переливались искры.
Ну, а пышный темно-синий бант на шее игрушечного медвежонка придал ему нарядности.
— Какая прелесть! — чуть ли не визжала рыженькая Элен Гросс. — Он такой чудесный, такой лапочка! И ни одного шва не видно! Это специальные, потайные швы? Леди Рутланд, а научите меня такому?
И остальные участницы клуба, похоже, были к ней очень близки. Топтыгина рассматривали, вертели в руках, обнимали… А та самая ехидная девушка с восточными чертами лица, что спросила у меня про брачную ночь, Анита Пайк, вообще не хотела выпускать его из рук.
На лице леди Марв тоже читалось уважение пополам с восхищением. Но больше — безграничное удивление:
— Милая Цицинателла, как вам так быстро удалось превратить тот нелепый кусочек ткани в это прелестное создание? Выполнено настолько мастерски, что я не знаю, что и думать! Почему вы раньше прятали от нас свои таланты?
Я скромненько молчала, принимая всеобщие восторги.
Из пестрой толпы девушек не восторгались только двое — леди Талула Пайк, которая заканчивала свою очередную паучьего вида куклу и леди Лидия Гарднер, которая дошивала для нее платье.
— Очень интересно, кто будет играть с плюшевым медведем? — вполголоса сказала она, словно ни к кому не обращаясь. — Дети простолюдинов, не иначе…
— Я! Я его хочу! — воскликнула Элен Гросс, чуть ли не подпрыгивая на месте от нетерпения и вострога. — Леди Рутланд, можно, я заберу этого мишку? Хочу подарить его Энелю, это мой младший братик. Он будет счастлив, особенно после всех этих ужасных кошмаров!
— Леди Гросс, это не совсем справедливо, — сделала замечание Марв. — Мы собрались здесь, чтобы помочь леди Талуле Пайк, которая с некоторых пор испытывает трудности с продажами в своем игрушечном магазинчике. Каждая из нас вызвалась сделать своими руками какую-либо игрушку, чтобы поддержать леди Пайк. Чтобы она потом смогла выставить эту игрушку на продажу. Милая Талула, наверное, захочет попытаться продать этого милого медвежонка…
— И не подумаю! — резко оборвала владелица игрушечного магазина. — Чтобы вот это вульгарное мохеровое создание выставляла у себя и портила свою репутацию? Нет уж, увольте! У меня продаются благородные куклы. Моя бабушка делала кукол, моя любимая мамуля делала, и вот теперь делаю я. Это наше семейное занятие — радовать милых крошек нашего города своими особенными волшебными куколками. И вообще, мы все здесь договорились делать кукол, по моему примеру. А леди Рутланд эту договоренность нарушила!
— Значит, я могу взять мишку? — захлопала в ладоши Элен. — Большое спасибо, леди Рутланд! Представляю, как обрадуется Эник! Я заплачу вам за эту игрушку, сколько скажете!
Нет, вы посмотрите на эту дылду в клетчатом платье! Это я о Талуле Пайк. Я, значит, от всей души, в рекордно короткие сроки скроила медведя, а она нос воротит?
— Знаете, уважаемая леди Пайк, лично я не удивлена, что выручка вашего магазина упала! — я резко поднялась. — Удивлена, что она вообще была! Какая там мара? От куклы, выставленной в витрине вашего магазина, мне кошмары неделю теперь сниться будут!
Рот дылды округлился в форме буковки «о», после чего она закипела праведным гневом, желая с позором изгнать меня из гостиной.
Но не успела. Я с грохотом закрыла крышку своего беленького рукодельного чемодана и хотела уже его подхватить, как в гостиной появился Джьюд.
А я и как-то забыла, что все это время он ждал меня в коридоре! Под восхищенные взгляды дам красавчик с платиновыми волосами низко мне поклонился и подхватил мой чемоданчик.
— Спасибо за беседу и приятное общество. Буду ждать приглашения на следующее заседание вашего чудесного клуба, леди Марв. Что касается мишки, можете его забрать, Элен. Передайте вашему брату, что это подарок от Цицинателлы Рутланд.
С этими словами я сделала глубокий реверанс и вышла из кукольного магазинчика прочь.
Глава 20
— Леди Рутланд, леди Рутланд, постойте секундочку!
Лида Гарднер догнала меня уже на улице, чем немало удивила. В руках она держала большую коробку, перевязанную розовым бантом.
Джьюд уже загрузился с моим скарбом в карету, то же самое собиралась сделать я.
— Леди Рутланд, не обращайте внимание на Талулу, она иногда бывает груба…
Поразительная незамутненность! Как будто сама она не отпустила ехидную реплику про то, что плюшевые медведи — удел плебеев.
— Как там поживает Теодор? Надеюсь, эсквайр находится в добром здравии?
При упоминании имени моего мужа она даже слегка зарозовела.
Я не знала, как реагировать на такую наглость.
— В абсолютном.
— Что ж, я так рада! Передайте ему от меня самые искренние и наилучшие пожелания. И еще вот… Это для крошки Брианны. Я знаю, что она любит куколок, так хочется сделать ей приятное!
Возможно, было не совсем вежливо совать нос в коробку, которую Лидия мне протягивала, но именно так я и поступила.
Там оказалась кукла, которую Гарднер с Талулой так упорно делали на сегодняшнем собрании. В том же самом стиле — худая, с большой головой и огромными, неотрывно смотрящими на тебя в упор глазами.
Ну уж нет, спасибо! Ночью проснешься и такое увидишь в темноте — инфаркт обеспечен.
— Благодарю, но у Брианны достаточно игрушек, — достаточно прохладно сказала я и вернула Гарднер коробку.
Наверное, муж меня потом убьет за то, что была нелюбезной и посмела отказаться от подарка, который предназначался его дочери. Но я теперь для Брианны, если не мама, то все-таки не самый чужой человек.
И я считаю, такие зловещие куклы не для маленьких детей. Не считая нападений мары.
Последняя угнездилась в моих мыслях, и я никак не могла избавиться от воспоминаний о том вечере, когда мы услышали крик Брианны и зловещий темный туман, что клубился рядом с ее кроваткой.
Смеркалось. Карета пересекла открытую местность и въехала под сень Алтанского леса. Стразу стало темно, будто сумерки сгустились разом и упали на карету, как черный платок. Впрочем, бояться было нечего — по бокам кареты раскачивались фонарики, внутри которых горели сочные магические огни. Один такой светильник был и внутри кареты — сейчас здесь было уютно и тепло.
Не то, что снаружи.
Хотя, может, и наоборот — мелькнула мысль. Лучше было б не привлекать внимания своими яркими огнями в сгущающейся тьме этого леса.
— Вы абсолютно уверены, что здесь не водится ничего… такого, Джьюд?
Дворецкий был настолько погружен в свои мысли, что даже ответил не сразу.
— Алтанский лес абсолютно безопасен, миледи. Вербэров здесь давно не водится, разбойников не имелось отродясь. Возможно, он и выглядит несколько зловещим, но это, очевидно, из-за того, что мы едем через него в сумерках. Как известно, ночью даже маленькая кошка отбрасывает большую тень.
— Почему тогда Теодор велел вам сопровождать меня? Мне кажется, у главного дворецкого полно других, далеких от этого обязанностей…
— Всего лишь небольшая предосторо…
Джьюд не договорил, потому что карета резко встала. Я хотела приоткрыть шторку, но дворецкий и мой охранник в одном лице остановил меня резким жестом.
— Никуда не выходите! Что бы там не происходило снаружи — не покидайте карету! — отрывисто приказал он, достал откуда-то внушительных размеров кинжал и был таков.
Смутное беспокойство, которое я испытала, когда мы въехали в лес, уже давным-давно переросло в самую настоящую тревогу. Очень хотелось выглянуть в окно, но раз Джьюд предостерегал меня от этого — лучше не лезть на рожон.
От нечего делать я принялась вспоминать заклинания, которые вычитала в Нутеллиной книжечке. Парочка вспомнилась прямо с ходу. Например, мне удалось легким движением руки погасить магический огонь в светильнике и пространство внутри кареты погрузилось во тьму.
Снаружи доносились какие-то звуки, и, вероятно, что-то происходило, но понять, что конкретно, было нереально. Эх, глянуть бы в окошко, хоть одним глазком!
Чуть отвела вбок шторку и тут же опустила. Снаружи метались какие-то силуэты — и дураку было ясно, что на нас напали. Судить не берусь, но вроде бы это были люди, а не полк злобных голодных мар…
Впрочем, час от часу не легче!
Только я собралась поэкспериментировать с чарами невидимости (чтобы хотя бы на пару минут сделаться невидимой и бежать отсюда подальше!), как дверь кареты распахнулась, явив малоприятного мужика с щетиной недельной давности.
А Джьюд еще говорил, тут разбойники не водятся. Именно на разбойника с большой дороги данный товарищ и смахивал.
К тому же заорал дурным голосом:
— Она здесь!
Все это мне совершенно не понравилось. Причем до такой степени, что прямо мужику в лицо полетело оглушающее заклятье, так же присмотренное мной в гримуаре Нутеллы.