Мастер У – По ту сторону яви (страница 5)

Дейзи уже привыкла к гастрономическим метафорам своего друга, поэтому улыбнулась и поспешила следом. Она знала, куда они направятся дальше, и с нетерпением предвкушала долгожданную встречу.

Аккуратный деревянный домик всё так же стоял на поляне, которую сверху обрамляла бессменная лёгкая радуга. В ручье, как и всегда, с весёлым плеском сновали рыбки, демонстрируя невообразимые вариации форм, цветов и размеров. Резная калитка с шелестом отворилась, предлагая уставшим путникам отдохнуть в тихом, уютном местечке.

Пушистый барс одним махом перепрыгнул через забор и, мягко приземлившись, во весь опор помчался навстречу Дейзи. Она улыбнулась и раскрыла руки для объятий ‒ большой кот громким мурчанием повалил девочку на траву и принялся вылизывать ей лицо, всем видом показывая, как сильно он ждал этой встречи. Наблюдавший за ними Роджер прыснул от смеха.

Питомцев у хозяйки дома было много. Как-то Дейзи видела целое семейство енотов, полоскавших в озере свои пожитки. Иногда во время прогулок по саду она наблюдала за мерно вышагивавшими среди высокой травы гигантскими страусами. Однако главным её любимчиком был величественный барс. Каждый раз он неизменно появлялся рядом с девочкой и везде следовал за ней по пятам.

Впервые увидев этого огромного кота, Дейзи слегка испугалась. Внушительных размеров морда, длинный, подергивающийся хвост, массивные лапы, горящие глаза ‒ всё это должно было принадлежать дикому, свирепому существу. Но, как только они познакомились поближе, юная художница поняла, что перед ней был просто-напросто большой ласковый котёнок.

Закончив с приветствиями, все трое направились к дому. Хозяйка уже ожидала гостей у накрытого на заднем дворе стола. Разнообразие блюд поражало воображение. У Дейзи сложилось впечатление, что старушка пытается её откормить. Каждый раз девочка наедалась до отвала и, когда она уже не могла впихнуть в себя ни крошки, Рагана сокрушалась:

‒ Душенька, в твоём возрасте очень важно хорошо питаться! Ты такая худенькая, того и гляди старик Борей ненароком собьёт тебя с ног!

Дейзи понятия не имела, о каком старике идёт речь, и полагала, что это очередной ухажёр хозяйки, коих, судя по её рассказам, было не менее трёх сотен.

Рагана сжала девочку в крепких объятиях и бросила на Роджера строгий взгляд.

‒ Почему так долго не навещали бедную старушку? ‒ сухо поинтересовалась она и, неожиданно смягчившись, добавила:

‒ Я соскучилась по нашей сладкой девчушке!

‒ Многие хотят познакомиться с Дейзи, ‒ замявшись, ответил кролик. ‒ Сегодня вот заезжали к Шурале.

Лицо старухи перекосило от изумления.

‒ Куда?! Ты повёз моё сокровище в такое место? Совсем с ума сошёл, Роджер?

‒ Не переживайте, госпожа. Всё прошло хорошо.

Кролик повернулся к Дейзи. Вид у него был испуганный.

‒ Ну, что ты молчишь, дорогуша! Сама подтверди, ‒ взмолился он.

Девочка активно закивала головой:

‒ Вам не о чем беспокоиться, бабушка. Шурале оказался очень милым. А его лес… это просто невероятно! Высший класс!

Рагана насупилась и принялась накладывать в тарелку пюре с тёртым сыром.

‒ Неужели глухая чаща этого затворника лучше моего прекрасного садика? ‒ вполголоса проворчала она.

‒ Что вы, совсем нет! ‒ заверила Дейзи.

Немного помедлив, старушка всё-таки оттаяла. Приступили к ужину.

Окружавшее их пространство наполнилось переливчатым многоголосьем птиц. Их пение напомнило Дейзи музыку из балета «Щелкунчик» ‒ единственного светского мероприятия, которое ей удалось посетить. Она с теплотой в сердце хранила воспоминание о том дне. Молли тогда поздно вернулась домой. Проходя в свою комнату, она ненадолго остановилась в коридоре, и устало произнесла:

‒ Вот, одолжила из штанов очередного скряги. Если хочешь ‒ сходи. Спектакль сегодня, ‒ и протянула дочери мятый после стирки билет.

Храбрая игрушка бросает вызов отвратительному крысиному королю, и добро одерживает сокрушительную победу под самую красивую на свете музыку. Девочка улыбнулась.

Сгущались сумерки, и шерсть барса постепенно окрашивалась в тёмно-синие тона. Эта особенность привлекала Дейзи больше всего. Большой кот менял цвет своей шёрстки несколько раз в день. Утром он был огненно-красным, к полудню становился коричневато-жёлтым, в обед приобретал голубоватый оттенок, темневший ближе к закату, а ночью оказывался серебристым, как свет далёких звёзд. По мере изменения окраса шерсть барса приобретала разные качества. В первой половине дня кот излучал тепло, а порой ‒ даже удушливый жар. Вечером же он становился прохладным, словно освежающие хлопья первого снега.

Наевшись досыта, Дейзи и Роджер попрощались с Раганой и её волшебным питомцем. Старушка и барс понуро наблюдали за тем, как удаляется спортивный автомобиль, пока он наконец совсем не скрылся из виду. Хозяйка последний раз взмахнула расшитым платком, а зверь издал жалобное мяу, больше походившее на рёв трактора. Девочка знала: они оба очень хотят, чтобы она задержалась. Какая-то часть её больше всего на свете хотела бы остаться в этом уютном садике навсегда. Однако в этом мире сгущалась ночь, а значит, пора было просыпаться ‒ таков был непреложный закон.

Глаза Дейзи постепенно слипались. Очертания дороги становились более размытыми, образуя диковинные узоры. Перед глазами мелькнуло весёлое лицо Роджера. Девочка почувствовала, как он легонько погладил её по голове и тихо произнёс:

‒ Засыпай, дорогуша, и ни о чём не волнуйся. Ведь завтра мы увидимся снова.

Глава 4. Альбом сновидений

Старый будильник противно забрюзжал с комода. Дейзи открыла глаза и тут же зажмурилась: яркий свет на мгновение ослепил её. Вздохнула. А так хотелось ещё несколько драгоценных минут понежиться в тёплой постели!

‒ Терпеть не могу утро… ‒ с раздражением простонала девочка.

Собравшись с силами, она оторвала голову от подушки. Босые ноги затопали по холодному полу ‒ Дейзи приступила к утренним хлопотам. Отстояла небольшую очередь в душ, тщательно умылась и быстро собрала рюкзак. На секунду задумалась ‒ и в третий раз полезла проверить, на месте ли все принадлежности для художественной школы. Была среда, а это значит, что сегодня занятие будет вести мистер Альфредо. С блаженной улыбкой на лице девочка опустилась на край стула и моментально вскочила, хлопнув себя по лбу.

‒ Вот дурочка! Как же я могла забыть…

Дейзи полезла под кровать и, пошуршав, осторожно достала лист бумаги. Такими обычно пользуются уличные художники, целыми днями сидящие вдоль Седьмой улицы: дешёвые и пожелтевшие от времени и солнца, но всё же довольно плотные. Что поделать? У девочки не было возможности рассчитывать на лучшее. Поэтому краски, кисти, карандаши и ластики были очень низкого качества. Зато рисунки…

Она взглянула на изображение. С потрёпанного листа на Дейзи смотрело необыкновенное существо, поднимавшееся из глубин таинственного озера. Вода переливалась всеми цветами радуги, играя в лучах малинового заката. Могучие дубы и ветвистые клёны обрамляли свежую картину. Казалось, что все эмоции, которые девочка испытала во сне, непостижимым образом перенеслись на полотно.

Как и всегда. Новый знакомый ‒ новая иллюстрация.

‒ Превосходно, ‒ с восторгом прошептала юная художница.

Она уже привыкла просыпаться и, трепеща от предвкушения, приподнимать уголок старого покрывала. Каждый раз касаясь рисунка, Дейзи чувствовала, что это ‒ её творение. Хотя никогда не помнила, как именно его написала. Это было не важно. Все изображения, чарующие и самобытные, вне всяких сомнений принадлежали ей. Ведь именно такие образы возникали в её снах, а по утрам ожидали свою создательницу под кроватью, которая (если верить производителю) была изготовлена в далёком 1998 году. Девочка аккуратно сложила очередной шедевр рядом с красками и карандашами и отправилась на кухню.

Когда Молли проснулась, на столе её ждала пара тостов с дешёвым абрикосовым джемом и чашка крепкого кофе.

‒ Доброе утро. Продолжаешь меня баловать? ‒ тяжело потирая глаза, поинтересовалась женщина.

Дейзи пожала плечами:

‒ Просто хочу хоть немного облегчить и без того трудный день.

Она уже собиралась выходить в школу, как Молли неожиданно подозвала дочь к себе.

‒ Что такое? ‒ насторожилась Дейзи.

‒ Дорогая, присядь на минутку. Я хочу с тобой поговорить.

Девочка нахмурилась, но послушно подошла к матери.

‒ Что-то случилось?

Та невесело усмехнулась:

‒ Ты же знаешь, у меня каждый день что-нибудь случается. Всё, что я рассказываю тебе, не составляет и сотой доли того, чем бы я действительно хотела бы поделиться.

‒ Я не думаю, что сейчас… ‒ неуверенно начала Дейзи, не желавшая опоздать на занятия.

‒ Подожди, ‒ прервала Молли. ‒ Это касается школы искусств, в которую ты так отчаянно рвёшься.

Девочка настороженно замерла. На несколько секунд все мысли вылетели из головы. Она, не мигая, уставилась на мать, пытаясь угадать, о чём будет разговор.

‒ Две недели назад мне позвонил твой учитель ‒ мистер Альфредо. Очень приятный человек. Он сказал, что в последние месяцы ты делаешь большие успехи, ‒ Молли улыбнулась. ‒ Твои картины… как же он выразился… «не оставят равнодушным даже самого заядлого скептика»!

Дейзи залилась румянцем и прикусила губу: «Мистер Альфредо хвалил её! Именно её!»

‒ Мы долго разговаривали, ‒ продолжила Молли, ‒ и… в общем… учитывая рекомендацию, которую он готов предоставить для экзамена, я решила заняться оформлением кредита.