Мастер У – По ту сторону яви (страница 1)
Мастер У
По ту сторону яви
Дисклеймер
Пролог
Сгущались холодные осенние сумерки. Это был один из тех вечеров, которые обычно завершают долгие серые дни, когда только неотложные дела или страшная тоска может заставить человека набросить своё старенькое пальто и, зябко втягивая шею в плечи, покинуть теплый дом.
Узкая тёмная аллея почти опустела. В тусклом свете едва заметно мерцающих фонарей сновали запоздавшие гуляки, за которыми внимательно наблюдал красивый чёрный кот, одиноко восседавший на мокрой скамейке. Казалось, он кого-то ждал, нервно покачивая пушистым хвостом.
Наконец из-за угла появился человек в поношенном пальто и широкой шляпе. Выглядел он довольно необычно, однако кот, едва завидев мужчину, уже не спускал с него больших изумрудных глаз. Человек молча опустился на лавку и уставился под ноги. Зверёк оглядел его, слегка повёл ухом и отвернулся. Прохожие могли бы подумать, что здесь произошла встреча закадычных друзей: никто не произнёс ни слова, хотя диалог всё же состоялся. Но аллея была пуста.
Спустя несколько минут мужчина нарушил тишину:
‒ Давно не виделись, приятель. Я даже успел соскучиться.
Кот снова подёрнул ушами, стряхивая крупные капли разгулявшегося дождя.
‒ Честно, не знаю, зачем все эти годы прихожу сюда. Наверное, как и ты, чувствую надвигающуюся бурю. Новая жертва, да? Проведя бок о бок с тобой столько времени, я научился распознавать легчайшие колебания тонких материй, ‒ в голосе мужчины чувствовалась тревога. ‒ Сегодня у меня весь день болит спина. Отвратительное чувство.
Он пристально посмотрел на кота. Тот не реагировал. Человек сидел молча, терпеливо ожидая ответа. Надеялся, что старый друг развеет его сомнения, хотя в глубине души понимал, что ошибки быть не могло. Всё повторится. Как и двадцать лет назад. Он нервно облизнул губы и поёжился.
‒ Так и знал. Очередная певчая птичка летит в отравленную клетку, и нет пути назад, ведь обман так сладок и притягателен. Неужели и этот ребенок…
‒ Это она. Девочка, ‒ перебил его вкрадчивый, тягучий голос.
‒ Девочка… ‒ машинально повторил мужчина.
‒ Нам пора, Ганс. Важно оказаться на месте в нужное время, ‒ кот, сверкнув глазами, повернулся к своему приятелю. ‒ Они очень коварны и наверняка уже разнюхали всю необходимую информацию.
Зверёк поднялся на лапы, отряхнулся и, бесшумно спрыгнув на землю, исчез в ближайших кустах. Мужчина остался сидеть на скамейке. На вид ему было лет тридцать, однако лицо, заросшее светлой щетиной, померкший взгляд разноцветных глаз ‒ иссиня-голубого и тёмно-карего, тяжелые мешки над впалыми щеками ‒ всё говорило о пережитой трагедии. Её отпечаток неподъёмным грузом давил на плечи, замедлял движения, путал мысли.
Ганс упрямо пытался выудить воспоминания, затаившиеся в самых отдалённый уголках памяти. Детские впечатления очень быстро покидают взрослого человека, если он обременён повзрослевшими вместе с ним проблемами.
Спустя несколько минут напряжённого труда в голове вспыли яркие образы. Такого не увидишь даже в самых необычных снах. А уж в них Ганс знал толк. Пейзажи неземной красоты, караван настоящих пиратских кораблей на безупречно лазурном небе, горы-великаны, окрашенные в цвет нежнейшего бананового пломбира ‒ всё будто оживало в памяти молодого старика.
Вот грациозная антилопа бьёт о землю золотым копытом, и монеты сверкающей россыпью разлетаются в разные стороны. Вот утонченные молодые красавицы в расписных кимоно читают вслух старинные хокку. А вот смелый Икар бросает дерзкий вызов законам скучной физики. И каждое из этих чудес видит он, Ганс. Не просто наблюдает, нет. Весело хохоча, мальчик становится участником незабываемых приключений и радуется каждому сну.
Вдруг что-то бьёт его в самое сердце. Будто разряд молнии ударяет Ганса, и единственное, что он может видеть ‒ страшные жёлтые глаза. Они пугают его, заставляют бежать. Весь небосклон в мановение ока теряет свои краски, звёзды меркнут и скрываются из виду. Из-под копыт антилопы летят раздробленные кости, а кожа милых гейш превратилась в покрытую кровавыми язвами и струпьями чешую.
Ганс вздрогнул и распахнул глаза. Вокруг по-прежнему был промозглый осенний вечер. Запахнув покрепче пальто и переведя дыхание, мужчина вслух повторил слова, которые давно крутились в голове:
‒ Дальше нельзя. Даже спустя двадцать лет он всё ещё не оставляет меня. Стоит хоть раз оказаться в его лапах, и прежней жизни конец. Всему, всему конец.
Он вытер выступившую на лбу испарину, поднялся и медленно побрел по едва освещённой аллее в сторону ближайшей автобусной остановки, бормоча себе под нос:
‒ Спасите девочку. Пусть её спасёт кто-нибудь, кроме меня. Я не смогу, не смогу пережить это ещё раз. Помогите ей. Прошу.
Глава 1. Дейзи
Утреннее небо озарило слабеющее осеннее солнце. Хорошая погода, всё ещё хранившая в памяти тёплые летние деньки, не хотела уступать место пронизывающему северному ветру. Однако подступавшие холода метр за метром завоёвывали маленький городишко, срывая расписные красно-жёлтые листы с деревьев и пуская их в последнее путешествие по опустевшим улочкам. В воздухе царило одиночество, так свойственное поздней осени в отдалённых провинциях.
Первые лучи проникли в самую маленькую комнату старого общежития, построенного в незапамятные время, когда люди впервые открыли для себя неотвратимую прелесть сладкой газировки, разъедающей желудок и придающей бодрости на целый день. Коморка была обклеена дешёвыми голубыми обоями, однако в глазах ребёнка они приобретали тот самый лазурный цвет, который видит капитан, когда его корабль мчится по волнам к далёкому горизонту.
Как и всегда, будильник прозвенел ровно в 6:30 утра. Дейзи вскочила и потопала на кухню, чтобы приготовить на завтрак омлет из двух залежавшихся яиц и давно не подающего признаков жизни помидора. Девочка уже привыкла к подобному распорядку дня: она понимала, что матери приходится тяжело. Вот уже тринадцать лет Дейзи воочию наблюдала, какой жестокой может оказаться жизнь одинокой женщины без высшего образования, да еще и с маленьким ребенком. Развод с отцом усугубил положение крошечной семьи. Всё чаще девочка замечала, как мать поздним вечером после работы засыпает у телевизора. Она недоумевала: что интересного может быть в этих глупых сериалах, где каждая несчастная женщина обязательно встречает своего спасителя, который на раз-два решает все её проблемы?
Дейзи ни капельки не верила в эти россказни. Однако, когда Молли валилась без сил на диван, малышка брала свой детский плед и забиралась к матери под бок. Это было лучшее время дня. На душе у девочки становилось тепло и приятно. Возможно, потому что в эти моменты они с мамой были вместе. Как раньше.
Молли уже была на кухне. Увидев дочь, она быстро закрыла форточку и слабо улыбнулась. Для своих сорока женщина выглядела неважно. Волосы давно начали седеть, некогда симпатичное лицо за годы тяжелого труда растеряло все свои краски. Кожа на руках потрескалась и покрылась морщинами от бесконечных стирок.
‒ Ты почему опять так рано вскочила? Не боишься переутомиться, ‒ она покачала головой.
‒ Нет, мам, ‒ уверенно ответила Дейзи и чмокнула женщину в щеку. ‒ Просто не хочется, чтобы единственный взрослый, который оплачивает все наши счета, умер от громкого урчания в животе.
Девочка несколько минут крутилась у плиты и наконец плюхнула в тарелку своё творение, украшенное веточкой укропа.
‒ Когда доешь, оставь посуду в раковине. Помою, как вернусь из школы, ‒ строго велела она.
Молли крепко обняла дочь. Дейзи росла не по годам смышлёной, обладала прекрасным чувством юмора и старалась не обременять мать излишними делами. Женщина прикоснулась к её макушке губами и прошептала:
‒ Спасибо, дорогая. Это я должна о тебе заботиться…
‒ Ой, мам, скажешь тоже! ‒ девочка рассмеялась и убежала в комнату.
Натянув на плечи лямки потрепанного рюкзака, Дейзи отправилась в школу, которую посещала довольно редко. Первые месяцы учёбы она провела дома из-за внезапно обострившейся астмы. Когда болезнь отступила, все ребята в классе уже познакомились и разбились на группы, поэтому стеснительной девочке было непросто найти своё место в коллективе. Поначалу одноклассники пытались наладить общение, но, так как новенькая слишком часто оставалась дома из-за плохого самочувствия, не желали больше тратить на неё своё драгоценное время.
Молли помахала дочери из окна, следя за тем, как девочка вприпрыжку пересекает двор. Женщина тяжело вздохнула и снова закурила. Она прекрасно знала о ситуации в классе и желании Дейзи перевестись в художественную школу, которая находилась всего в паре кварталов от их дома, однако ничего не могла поделать ‒ на обучение там денег у них не хватало.
Дейзи быстро шла по немноголюдным улочкам города, лишь иногда останавливаясь, чтобы посмотреть, как особенно красивый кленовый лист, отрываясь от ветки, мчится по ветру и наконец достигает земли. Не удержавшись, девочка поймала один и аккуратно засунула его за пазуху.