Маша Шилтова – В постели монстра: Месть невинной (страница 11)
Глава 8. Эксперимент Марата Зверь проснулся
«Она была как свет. Но он померк давно
Стою я перед пропастью и смотрю на дно»
Я бежал по зелёному газону, задыхаясь от переполнявшего меня счастья. Позади осталась детская площадка, но я не жалел об оставленных развлечениях. Я бежал мимо огромных деревьев, под раскинувшимся надо мной чистым небом.
К моей мамочке.
Вон она – тоже бежит навстречу мне. У меня самая красивая мамочка на Земле! Из рыжего пучка на затылке выбились отдельные пряди, достающие до груди. Белое платье волшебным шлейфом вьётся за нею. У меня ещё не получается бежать так же красиво и быстро, не касаясь земли, как у неё. Но я бегу и бегу.
Мы всё ближе друг к другу.
Мамочка подхватывает меня на руки и подбрасывает вверх. Я взлетаю в воздух, сердце замирает, в животе образуется щекотная пустота. Я радостно смеюсь и хочу так ещё разок.
– Ещё!
Мамочка тоже смеётся.
– Ратик, солнышко моё, ты же уже большой, тяжёленький! Тебе четыре годика завтра будет. У мамочки слабые ручки! Скоро ты меня уже на ручках будешь носить!
Мы вместе смеёмся, и я обнимаю свою мамочку за шею. Она такая теплая и уютная! Я так люблю её!
Я проснулся и дёрнулся всем телом. Меня покрывал холодный липкий пот, сердце стучало где-то в горле. Казалось, кто-то накинул мне удавку на шею, потому что я не мог как следует вздохнуть.
Я попытался набрать воздуха в грудь, но что-то там захрипело. Я закашлялся. По лицу стекал пот. Я вытер его пододеяльником.
Опять этот кошмар. Он преследовал меня в детстве. Несколько раз снился и позже. Я думал, что он, наконец, оставил меня в покое. Но вот опять.
Боже, как же мне плохо.
Сердце болело. Невыносимая тоска разрывала душу. Я скатился с кровати на пол и прижался лбом к холодному полу. Не хотелось ничего видеть, слышать, чувствовать вообще.
Не было ненависти. На смену ей пришли совершенно изматывающие боль и… потерянность. Я не знал, как бороться с этим. Я не знал, как мне выйти из этого сна, как мне забыть его.
Почему я живу в каком-то вечном холоде? Мне постоянно холодно, но об этом даже никто не подозревает. Хорошо, я привык к нему, но зачем напоминать мне о том, что когда-то в моём мире было тепло?! Больше его нет, да и то что было – оказалось всего лишь иллюзией! Иллюзией, которая продолжает настолько мучить меня в этом сне, что после него мне хочется умереть.
Я поднялся с пола и поплёлся на кухню. Мне не хотелось оставаться в спальне, где всё ещё остались блики этого чёртового сна. Выпил стакан воды и плюхнулся на стул. Как я уже сказал, не хотелось ничего.
Я пошёл в ванную и встал под холодный душ. Когда вышел, стало чуть легче. Но мучительное состояние сосущей тоски никуда не делось. Почему-то вспомнилась рыжая. Мне надо поехать к ней.
Не знаю, откуда взялась эта мысль, но думать было больно. Как сказать, я не хотел сейчас ничего анализировать, а уж тем более копаться в себе. Иначе можно такого накопать! Сам не рад будешь. Надо меньше думать.
Я оделся, сел в машину, купил пирожные в том кафе. Я почти не видел дороги, ехал чисто автоматически, потому что в голову постоянно лез идиотский сон. Частично вытесняли его только мысли о рыжей. Как она там?
Вроде я вчера немного переборщил. Надо было развязать. Конечно, она сама виновата, несла какую-то хрень про своего долбанного папика-садиста, будь он проклят! Но, в конце концов, все бабы идиотки, их не исправишь, можно только заткнуть и поставить на своё место. И не разрешать дёргаться.
Заботился он о ней! А может… может ей тоже сняться сны? Почему она такая странная? Надо поговорить с ней, а вдруг я смогу всё-таки разгадать её секрет и успокоиться наконец?
Всё было хуже, чем я предполагал. Хорошо, что приехал утром. Как сказать, с руками было совсем плохо.
И со мной всё было хуже, чем я предполагал. Вместо того, чтобы отвлечься и выбросить из головы мой ночной кошмар, я вдруг ощутил себя в нём. С той разницей, что я понимал, что это не сон. От этого было ещё больнее и тоскливее.
Поэтому я отложил разговор и поскорее уехал. Мне очень не хотелось выходить на работу, находиться весь день среди всех этих баб. Было чувство, как будто с меня содрали кожу, и каждая тварь может ткнуть меня куда попало в любой момент.
Кое-как пытаясь сосредоточиться на проверке исполнения бюджета за предыдущий месяц, я почти дотянул до обеда, когда в мой кабинет влезла сучка, которая просто достала меня своими приставаниями.
– Марат Олегович, – протянула она и подошла вплотную к моему столу, виляя бёдрами и кривляясь, – вы не заняты?
Нет, конечно, тупая овца, порнушку сижу смотрю, ожидая, когда ты придёшь и отсосёшь мне.
– Я занят, что хотели?
– У вас всё в порядке, вы такой бледный и не похожи сами на себя? – Обеспокоенно спросила она.
Мне захотелось блевать, и я не скрыл этого от неё.
– Напомните, кем вы работаете у нас? – Спросил я, постукивая карандашом по столу.
– Вы же знаете, Марат Олегович, экономистом. Под вашим руководством, – мурлыкнула она.
– Не врачом?
– Нет, – засмеялась она, – просто беспокоюсь о вашем здоровье. Кто ещё о нём побеспокоится? Живёте один… И скучно, наверное…
– Это хорошо, что не врач. Врачи нам не нужны. У нас даже экономисты некоторые лишние, на мой взгляд. Толку от них ноль, ни для чего не годятся, а другим мешают работать. Ещё вопросы есть?
– Вас Руслан Сергеевич вызывает, – обиженно сказала течная сука.
– Хорошо. Свободны.
Шлюха пошла на выход, а мне так и хотелось пнуть её хорошенько ногой под зад, чтобы придать ускорение.
Я сел напротив Руслана.
– Ты опоздал сегодня.
– Проспал.
– Не заболел? Хреново выглядишь.
– Да вы что, сговорились все? Говори, чего звал.
– Когда отчёт об исполнении бюджета будет? Задерживаешь.
– Завтра. Делаю.
– Слушай, Марат, у тебя точно всё окей? – Внимательно глядя на меня, снова спросил он. Меня это стало напрягать.
– Чего ты привязался? Ладно ещё бабы, лезут со своей заботой… – я запнулся на этом слове, переключился на рыжую и забыл, что хотел сказать дальше.
– Эй, ты чего?
– Всё нормально, – пришёл в себя я.
– Ты же сказал бы мне, если бы что-то случилось? – Гнул своё мой друг.
– Смотря что случилось бы, – буркнул я, – но сейчас говорить не о чем.
– Слушай, а давай сегодня на охоту, а? Ты как? – Откидываясь на спинку кресло, сказал Руслан, не отрывая от меня глаз.
– Нет. Неохота.
– Чего? Ну хотя б за компанию!
– Не хочу.
– Расслабился бы с девчонкой. Ты весь какой-то, как натянутая пружина.
– На хрен этих сук.
– Кстати, – отрываясь от спинки и наклоняясь ко мне, сказал Руслан, – ты слыхал – девчонка у нас в городе пропала – та, что тебе так понравилась?
Я был не готов к этому. Как сказать, он слишком внезапно поменял тему. Конечно, я не смог скрыть свою реакцию. Я вздрогнул, и у меня задрожали руки – под пристальным взглядом Руслана.