Маша Ловыгина – Несносный венценосный (страница 17)
— Но разве ее кто-нибудь сможет разгадать, кроме вас? — удивился он.
— Если нет, то я сдержу свое обещание и останусь с вами навсегда!
Цветы до сих пор хранили свежесть. Аурелия перебирала пальчиками лепестки, наблюдая за тем, как к белому рыцарю подбежал Фруа, чтобы подать тому кружку воды и платок, чтобы утереться.
Когда все немного перевели дух, король сказал речь, в которой поблагодарил всех участников турнира за их смелость и отвагу, а также напомнил, что выбор всегда остается за женщиной, и каким бы он ни был, он отнесется к нему с уважением. Затем он дал слово принцессе. Срывающимся от волнения голосом она возвестила:
— Последним испытанием я объявляю загадку! Скажите мне, почему я люблю эти цветы? — она прижала красно-белый букет к груди и вдохнула его аромат.
— Они олицетворяют вашу красоту, принцесса!
— Они так же белы, как ваша кожа, и красны, как губы!
— Может, вы сами вырастили их? — предполагали принцы и рыцари.
— А что скажете вы, белый рыцарь? — обратилась она к нему.
— Я скажу лишь одно, Ваше Высочество: слезы и кровь, пролитые ради вас, ничтожны перед любовью, которую я испытываю к вам... Только прикажите, и я усею цветами всю землю у ваших ног. Вы — самый прекрасный цветок, который я когда-либо видел!
— Значит ли это, что вы знаете отгадку? — тихо спросила она.
— Белые цветы в ваших руках — это слезы дракона, а красные — его кровь.
— Дракон!.. Дракон... дракон... — пронеслось над площадью.
— Значит ли это, что вы... — Аурелия едва стояла на ногах от волнения.
— Я — дракон, Ваше Высочество! — он стащил шлем и посмотрел прямо ей в глаза.
— Кристиан... — прошептала она, не в силах продолжить.
— Он победил! Он победил! — бушевала толпа.
— Я не могу нарушить своего слова... — По щекам принцессы потекли слезы. — Что же мне делать?
— Соглашаться! Соглашаться! — скандировали трибуны.
— Но как же мое слово? — обратилась она к народу.
— Не будь врединой, принцесса! — крикнул какой-то мальчишка. Следом за ним завопили остальные: — Это она из вредности! Он же рыцарь! Он победил!
— Ну раз вы так считаете... — отвела глаза Аурелия и прикрыла лицо веером.
— А он тебе нравится? — уточнил король.
— Угу, — кивнула она.
— Тогда хоть сейчас не показывай свой характер, дорогая! А то так и будешь вечно в своем подвале сидеть!
Эпилог
— А без этого точно никак нельзя?! — в ужасе метался король в то время, как слуги вытаскивали решетку окна в Дальней башне.
— Нет-нет, папочка, следует ценить традиции, — заметила Аурелия и выглянула наружу. — К тому же, только посмотрите, сколько собралось народу! Не можем же мы лишить их такого зрелища? Где еще можно увидеть подобное, а? Да о нас легенды слагать будут!
— Даже не сомневаюсь! — король приподнял корону и вытер пот со лба. — Кристиан такой хороший юноша! И станет величайшим правителем! Он отважен, щедр и любит вас...
— Мне кажется, я слышу упрек в вашем голосе, папочка, — усмехнулась принцесса.
— Честно сказать, я побаиваюсь твоего влияния на него, — задумчиво возразил Фердинанд. — И неужели нельзя было поехать просто в карете?
— Нельзя! — отрезала Аурелия. — Я прочитала уйму книг, и везде, вы слышите? Везде написано, что дракон должен украсть принцессу из башни!
— О боги! — воскликнул Фердинанд, воздевая руки. — Если бы ваша мать... А, впрочем, чему я удивляюсь? Давно следовало разобрать эту башню по кирпичику!
— Ни в коем случае, Ваше Величество! Оставьте башню в покое. Рано или поздно я раскрою ее тайну, обещаю вам!
Принцесса щелкнула пальцами, и слуги подали ей обитую бархатом скамеечку. Поставив на нее ножку, Аурелия расправила складки вышитого золотом платья и проверила, крепко ли держится на ее голове корона.
— Не боитесь, что Кристиан выгонит вас за ваши причуды? — охнул, глядя на ее действия король. — Поговаривают, в последнее время участились разводы даже в драконьих семействах...
— Не выгонит, — пропыхтела принцесса, упираясь ладонями в каменные стены. — Пройти столько испытаний, чтобы потом отступить? Как-то не по-рыцарски, вы не находите, Ваше Величество? А что до чужих измен и разводов, так это не от большого ума, надо полагать, в первом случае, и от нелюбви — во втором. А мы с Кристианом любим друг друга такими, какие мы есть. И уж если будем спорить о чем-то, то только любя и уважая друг друга.
— Золотые слова, моя дорогая! Пусть так и будет! Только обещайте, что не забудете про вашего отца...
— Даже не сомневайтесь! Будем навещать на выходных! Для дракона семь верст — не крюк, как вы понимаете. Так что заодно и границы проверим! Ну разве это не здорово?
Окно оказалось немного узковато для пышного платья. А высота была более чем приличная. Аурелия не стала смотреть вниз и глубоко вдохнула. Свежий ветерок чуть растрепал ее волосы, а возбуждение перед предстоящим полетом раскрасило ее нежные щечки в розовый цвет.
Вдоль крепостных стен и рва расположились придворные, горожане и все, кто оказался в столице в дни празднеств. В нетерпении все смотрели в сторону Дракарских гор, откуда должен был появиться дракон. И когда мальчишки (они же всегда все видят первыми!) завопили и запрыгали, махая руками, принцесса едва не вывалилась наружу, поддавшись всеобщему восторгу.
— Уф! — воскликнула она. — Как же руки-ноги трясутся! А ведь я готовилась к этому и знала, как это будет! Не то что все эти несчастные принцессы, которые ни сном, ни духом о том не ведали! Сидели тихонечко в своих башнях, вышивали и никого не трогали. А потом — бац!
Король схватился за локоть побледневшего министра и зажмурился:
— Уже пора?!
— Кристиан! Кристиан! — крикнула Аурелия, улыбаясь во весь рот! — Я здесь!
— Это не по правилам, Ваше Высочество, — внезапно подал голос лекарь, до этого скромно стоявший чуть поодаль, и постучал пальцем по толстой книге. — Сначала вы должны выразить испуг и сказать... так, сейчас найду... — он стал спешно перелистывать страницы, слюнявя палец. — Вот: отпусти меня, злой дракон! Улетай отсюда поскорее, иначе...
— Ну вот еще! — рассмеялась принцесса. — Не все правила стоит соблюдать! Особенно, когда они мешают твоему счастью, господин Латье!
Крылья дракона на миг затмили солнце, и вот Аурелия наконец смогла разглядеть всю их мощь и красоту.
— Я здесь! — повторила она и протянула руки.
Еще миг, и принцесса взмыла в воздух, удерживаемая лапами дракона.
— Я лечу! — закричала она, болтая ногами. — Я лечу!!!
Дракон взмыл выше, под самые облака, и полетел в сторону Дракара, оставляя за собой короля и придворных, аплодирующих людей и столицу Людовии...
...Он осторожно опустил Аурелию на землю, в самую гущу белоснежных цветов, и сложил крылья.
— Это же наше место! — воскликнула принцесса и радостно захлопала в ладоши.
Ее волосы растрепались во время полета, носик покраснел, а платье смялось, но дракон видел в ней самую прекрасную принцессу на свете. Иначе и не могло быть, потому что сердце дракона способно любить только один раз, и оно пело при виде скачущей от радости Аурелии.
— Никогда тебе не прощу, что ты не рассказал мне о том, что ты дракон! — рассмеялась она.
— А я не перестану просить твоего прощения, пока ты не смилостивишься надо мной, — ответил Кристиан, принимая образ человека и обнимая принцессу. — Просто сначала я не знал тебя такой, какая ты есть, и не думал, что обрету любовь всей своей жизни...
— Ты просто решил спасти незнакомую принцессу от злого дракона, да?
— Именно так.
— О... теперь мне даже страшно подумать, что было бы, окажись на моем месте какая-нибудь другая принцесса! — заявила Аурелия. — Что бы я тогда делала, а?
— Сидела бы в башне и вышивала крестиком? — хитро прищурился Кристиан.
— Ну, это вряд ли, — хихикнула принцесса. — Рано или поздно я бы сама отправилась на поиски своего дракона, уж поверь мне! Ведь принцесс пруд пруди, и драконов на всех не хватает...
— Я тоже искал свою принцессу.
— И нашел меня! — Аурелия посмотрела на Кристиана влюбленным взглядом, и он тут же склонился к ее губам, чтобы поцеловать.
— Сейчас начнется!