Маша Гаврилова – Я обязательно уволюсь (страница 24)

Я смотрела ему вслед, хотя смотреть вслед уходящим любимым людям считалось плохой идеей. Но сейчас я слишком печалилась, по сердцу поскребли наждачкой, я выпала и замерла. Алиса мягко позвала меня по имени, окунула в глубокую реку надёжности, взяла за руку. Мы молча пошли дальше, окружённые зимними московскими огоньками.

Мне хотелось поцеловать её, но я бы никогда не решилась. Я почувствовала что-то внизу живота, испугалась, что это гастрит. Но Антона больше не было, поэтому и гастрит исчез. Моя врач считала, что дело в антибиотиках. Интернет считал, что дело в исчезновении фактора стресса. Я считала, что антибиотики стали моими ангелами-хранителями и отторгли Антона из моего сердца.

На прощание мы с Алисой долго и крепко обнимались, летел снежок, звучали сирены. Я пришла домой пешком, счастье было рассыпчатым, материальным. В коридоре квартиры меня встретила кошка Окрошка, я взяла её на руки, крепко прижала к груди, а она порвала очередную куртку, и это было совсем нестрашно. Я засыпала улыбаясь, с надеждой, и снились мне мёртвые лебеди и плачущие херувимы.