Маша Брежнева – Каникулы влюбленного режима (страница 14)

- Если в вас проснулся спортивный азарт, это замечательно. Кстати, в середине смены будет традиционный товарищеский футбольный матч между детьми и вожатыми, можете принять участие.

- С удовольствием, – Герман и с этим соглашается.

После завтрака дети сразу отправляются по секциям и кружкам. Тех вожатых, кто не ведет кружки, просят отправиться в методическую комнату и помочь с планированием следующих дней смены. Нужно утрясти расписание, составить и напечатать дневки. Меня и вовсе как филолога просят вычитать правила для конкурса фильмов, который собираются запустить сегодня вечером, а итоги подвести уже к концу смены. Как я и говорила, работы тут хватает почти круглыми сутками.

Так получается, что из вожатых «сотки» занят только Федя – он вместе с одним из методистов ведет футбольную секцию, в корпусе на всякий случай остается Люба, его напарница. Ее задача – проследить, чтобы никто из детей во время работы секций без дела не слонялся. Третий отряд, Дима и Таня, сегодня дежурят. Ну а наша великолепная компания в лице меня, Германа, Алины и Виталика отправляется к методическую.

Герман притаскивает с собой кружку с горсткой кофе и заваривает горячей водой из кулера, начиная уже через минуту плеваться от горького вкуса «растворимой бурды». Алиночка довольно лениво орудует резаком, готовя маленькие открытки с видами гор для детей. Виталик садится с Сан Санычем за компьютер, собираясь заняться мозговым штурмом зарницы, но, судя по звукам, танки в игре штурмуют какую-то крепость.

Мне выдают свободный ноутбук, и я, отжав себе мягкое кресло-грушу, усаживаюсь и начинаю читать правила киноконкурса.

- Вы как дети малые, – фыркнув в сторону Виталика и Сан Саныча, Алина отрезает очередную партию открыток.

- Смотри ногти не отпили, – не отрываясь от экрана, отвечает Виталя.

- Вот видите, Сан Саныч, какая у нас атмосфера в отряде, – не унимается эта стерва.

- Виталя прав, береги ногти, – тоже не отрываясь от монитора, говорит наш старший методист.

- Да что с вами! Между прочим, я одна из лучших вожатых прошлой смены! А три года назад была «Мисс лагерь»!

Тяжело вздохнув, я погружаюсь обратно в экран и исправляю опечатки в документе. От Германа мой вздох не укрывается, но он лишь тайком улыбается, не выдавая меня.

- И ты туда же! – огрызается Алина теперь на меня. Выходит, заметила.

- Алинчик, какая муха тебя укусила? – спрашивает мой напарник.

В его вопросе так и слышится «Какой у тебя день цикла, не слишком ли опасный для общества?».

- А давайте в этом году опять «Мисс лагерь» проведем? – Сан Саныча озаряет гениальная идея. – Алина, ты будешь ответственной. Как тебе идея?

- Я согласна, – выдает без сомнений.

Я даже не удивлена. Алина не упустит случая напомнить всем, что у нее корона на голове.

- Кажется, я закончила. Нужна еще с чем-то помощь? – спрашиваю, отправляя файл на печать.

- Оставайся на мозговой штурм, – Сан Саныч и не думает отпустить меня посидеть без дела хоть полчасика.

После обеда у нас снова случаются отрядные посиделки в одной из комнат, только на этот раз участвуют те, кто хочет заняться съемкой фильма о нашем отряде. Придумываем концепцию, определяем ответственных, расписываем сроки. Едва собираемся выйти на полдник, как на лагерь неожиданно обрушивается гроза. Ливень, порывы ветра, раскаты грома. И вот уже кажется, что мы застряли в корпусе надолго. Помнится, в костюмерной лежит запас дождевиков на весь лагерь – нужно раздать детям на вечер для просмотра фильма на эстраде. Наши мальчики-вожатые решают переждать самый ливень и потом уже побежать до корпуса, где лежит стратегический запас дождевиков.

А пока мы снова все в женской вожатской, у Феди от скуки возникает гениальная идея.

- Поиграем в «Я никогда не…?»

- Ты дурак? Это же игра с алкоголем, – быстро говорит Виталик.

- Да мы просто на интерес. Или можно воды налить в чашки, чтобы отпивать, когда «было». Ну так что, играем?

- Играем, – за всех решает Алина.

Глава 14. Я не влюблялся на этой смене

Герман

Вот это, конечно, неожиданное предложение. С другой стороны, с детьми мы побыли, пообщались, отрядные дела обсудили. Им все же надо и между собой общаться без нашего присмотра. А нам – между собой.

Да, идея с игрой неплохая. И хотя Виталя прав – игра обычно алкогольная, мы решаем сыграть просто на интерес. Ведь хочется же узнать друг друга поближе?

О, я даже помню, кому там особенно хотелось узнать поближе именно меня. По-моему, Алина все поняла уже, увидев нас с Машей несколько раз. Но все же не исключаю, что она просто затаилась и ждет момента, чтобы снова начать вешаться мне на шею. На Федю бы переключилась уже что ли, он тоже парень видный, да и против не будет, я уверен.

- Так, я принес наши кружки, – а вот и сам Федя возвращается из мужской вожатской. – Вода есть?

Виталик берет пятилитровую бутылку и наполняет кружки – чисто символически, чтобы в игре сохранился ритуал. Мы усаживаемся по кроватям в импровизированный круг.

- Ну, Герман Юрич, начинай, – Федя решает, что мне быть первым.

- Тут все просто. Я никогда не работал вожатым до этой смены.

Отпивают глоток все, кроме Любы. Она отдыхала в этом лагере ребенком, но еще ни разу не работала.

- Маша, – командует на правах ведущего Федя.

- Я никогда не пила крепкие алкогольные напитки, – говорит напарница.

- Пфф, – синхронно ржут пацаны. – Ну фиалка, ты даешь.

Выпивают абсолютно все. Наступает очередь самого Феди.

- У меня никогда не было брюнеток, – заявляет он, и у всех отвисает челюсть.

- Серьезно?

- А что, только блондинки?

- А рыжие были?

Вопросы летят в него от каждого из нас.

- Так, девочки тоже в игре, в вашем случае – были или не были брюнеты. Ну а я реально даже не целовался с брюнетками!

Он при этом откровенно смотрит на Алину, единственную брюнетку-девочку в нашей компании. Та, кстати, делает глоток, и мне тоже приходится. Ну целовался с темненькими, целовался, что поделать.

- Я никогда не купалась в водоеме голышом, – использует свою очередь Алина.

- Это подстава! – возмущается Дима. – Ты знала!

- Что она знала? – я не въезжаю.

- В прошлом году после отъезда детей мужики-вожатые ходили купаться голышом. По приколу просто.

Ржу с них, а тем временем, Виталик, Дима и Федя вынуждены сделать глоток.

- Лучше бы в бутылочку играли, – в какой-то момент заявляет Алина.

- Ой, да успокойся. Если хочешь поцеловаться, то обращайся к напарнику, – прикалывается над ней Виталик.

А я думаю – это даже хорошо, что не стали в бутылочку. Поцелуй с Алиной сейчас был бы вообще не в тему, а я почему-то не сомневаюсь, что мне в пару досталась бы именно она. И еще не хватало, чтобы Маша с Федей целовалась, что тоже наверняка выпало бы.

- Я никогда еще не говорила своей второй половинке «я тебя люблю», – произносит Люба. С таким именем даже удивительно, если честно. Любовь и о любви не говорила.

Я не пью, потому что такими фразами никогда не разбрасывался. Внимательно смотрю за реакцией Маши. Вдруг я ничего не знаю о фиалке, а у нее, например, с семнадцати лет любовь неземная с каким-нибудь одноклассником? И вдруг эту фразу она произносила уже тысячу раз?

Но Маша тоже не делает глоток, и я как будто выдыхаю. Словно гора с плеч, если говорить в тематике нашей смены.

- Ребят, дождь почти закончился, надо сходить за дождевиками, – прерывает нашу игру Виталя. – Девочки, мы сейчас спросим у методистов, но на полдник придется идти под моросью, скорее всего.

- Да ладно, у природы нет плохой погоды, – улыбается Федя, подмигивая всем девочкам сразу. – Дождь – это даже замечательно, ведь мы законно отдыхали эти полчаса. И давайте напоследок. Я не влюблялся на этой смене.

- Эй, смена – это всего несколько дней, а смысл в том, чтобы «никогда»! – спорит Алина.

- Да как скажешь. Я еще никогда не влюблялся на этой смене, пойдет? Пейте, товарищи, тут однозначно есть кому.

Недовольно поджав губы, Алина отпивает глоток из чашки. Слишком палилась она по поводу меня, чтобы теперь скрывать симпатию. К моему удивлению, больше никто не подносит чашку к губам. Да неужели? Ну и пусть, пусть будут дальше бесчувственными сухарями.

Резко выдохнув, словно у меня в руке стопка сорокоградусной, я делаю глоток, тем самым признаюсь всему свету. Ладно, окей, в первую очередь, я признаюсь самому себе и нашей маленькой компашке. Но глаза Марьи сейчас просто надо видеть! Жаль, приходится прикрыть нашу лавочку откровенности, но это только временно.

Теперь, когда я уже не скрываю правду от самого себя, мне кажется, пора брать все в свои руки.