Маша Брежнева – Больше не будем (страница 4)
Согласна, костюм ему действительно идет, Сазонов реально выглядит как принц, сошедший со страниц книги. И корона не жмет, если честно. Он ее заслуживает, судя по его успехам.
Кажется, в этой группе я прочитала все посты, опубликованные за последние полгода, но сейчас вновь принимаюсь листать ленту и рассматривать фотографии Сазонова. Красивый он, все-таки. Понимаю, почему такую фан-базу собрать смог. Интересно, что сказали бы его поклонницы, если бы узнали, что он привез мне из Сочи какой-то подарок?
Задумываюсь об этом и сама не понимаю, как листаю обратно вверх страницы, в поисковой строке пишу «личная жизнь» и жду, пока прогрузится результат.
И все? Серьезно? Никаких фотографий с девушками, заметок от журналистов, надуманных романов с коллегами по сборной? Да ну, бред. Не верю. Думаю, он просто слишком хорошо шифруется, потому что такой красивый и популярный спортсмен просто не может постоянно быть одинок.
Следующие полтора часа я провожу, пытаясь занять себя чем-нибудь, но по факту почти все время проверяю телефон и жду нового сообщения от Сазонова или звонка курьера в дверь. Мне бы не очень хотелось, чтобы курьер приехал, когда родители уже успеют вернуться с работы, ведь в таком случае мне придется выкручиваться и что-то объяснять им. Вряд ли мама и папа поверят, что буквально за пять дней, проведенных дома, я успела с кем-то познакомиться и завязать общение.
Наконец, звонит домофон, и я подрываюсь с кровати в своей старой комнате, лечу скорее в прихожую и нажимаю кнопку на трубке, даже не спросив, кто пришел. Курьер же, как мы и договаривались. Через три минуты раздается звонок в дверь, и тут уже я решаю подсмотреть в глазок. Смотрю и застываю на месте.
За дверью стоит господин принц фигурного катания Илья Сазонов собственной персоной.
На автомате приглаживаю волосы, поправляю футболку и домашние брюки, смотрюсь в зеркало в прихожей, и только после этого открываю.
– Илья? Что ты тут делаешь? Ты же сказал, что отправишь курьера?
– А я не могу быть курьером? – он изучает меня внимательным и заинтересованным взглядом, зависая на моей фигуре, а затем поднимает голову и смотрит прямо в глаза. – Если ты пока не можешь приехать в Питер, я могу приехать к тебе, круто, да?
– Просто это слишком неожиданно, – я все еще держусь за дверную ручку как за спасительный круг и не впускаю Сазонова в квартиру. – Я не думала, что ты решишь приехать, ты же только что прилетел и наверняка хочешь просто отдохнуть дома.
– Так и есть, но мне захотелось увидеть тебя.
Что он несет вообще? Он совершенно меня не знает, мы виделись буквально две минуты в ситуации, которая была далека от приятной. С чего вдруг ему так сильно захотелось увидеть меня, что он, едва приземлившись в Питере, рванул в другой город?
– Хочешь знать, почему? – читает мои мысли.
Он подходит ближе, упирается боком в стену и не спускает с меня глаз. А я впервые замечаю, что за пару дней под южным солнцем он успел обзавестись веснушками на щеках. Идут они ему безумно.
– Хочу, – отвечаю коротко и ясно.
– Может, в гости пригласишь? – спрашивает со своей невероятной улыбкой «принца фигурного катания».
– Может, ты не будешь торопиться?
– Окей. Я думал о тебе все эти дни и хотел увидеть тебя, а ждать до сентября – это слишком долго. Я на машине, и ехать тут какие-то полтора часа.
– Ради встречи с незнакомой девушкой?
– Почему же незнакомой? Ты – Варвара Евдокимова, лучшая гимнастка России.
– Была лучшей, – исправляю его, ощущая резкую и ноющую боль в травмированном колене.
– Если ты не хочешь пригласить меня на чай, одевайся, пойдем гулять, – предлагает он, проигнорировав мой комментарий.
– Не подумай, что я не хочу пригласить тебя в дом, просто скоро придут родители, и если они увидят меня наедине с незнакомым парнем…
– Я понял. Ты соберешься за десять минут? Я могу подождать в машине.
– Я не говорила, что согласна гулять с тобой, – пытаюсь притормозить уверенного в себе Сазонова.
– Ты и не отказывалась. Так что, хватит десяти минут? Кстати, самое главное, чуть не забыл. Твой подарок.
Он стягивает с плеча рюкзак, открывает молнию и достает подарочную коробку, мило перевязанную ленточкой, затем протягивает эту коробку мне.
– Спасибо, это очень приятно.
– Посмотришь, что там? – спрашивает, натягивая рюкзак обратно на плечи.
– При тебе?
– Ты меня стесняешься?
– Илья, мы видимся второй раз в жизни, и ты уже у меня дома.
– Технически – не дома, потому что порог я не переступил.
Выдыхаю, закатив глаза, но это не со зла. Появление Сазонова меня и поражает, и забавляет, и радует одновременно.
– Если для тебя это важно, я открою, – поддаюсь порыву узнать, что же в этой коробке, тяну за ленту и развязываю ее, стягиваю крышку и залипаю на содержимое подарка.
Илья ограбил какой-то южный рынок, не иначе. Он сложил вместе сладости, орешки в шоколаде, чай, сухофрукты, аромосвечу в баночке, небольшую антистресс-игрушку в виде дельфинчика. И это я перечислила только то, что бросилось мне в глаза при первом изучении подарка.
Я удивленно смотрю на Сазонова, а он отвечает мне не менее удивленным взглядом.
– Ты осчастливил покупками всех бабулек на рынке, да? – смеясь, спрашиваю у него.
– Не всех, их было слишком много. С остальными пришлось фоткаться, давать автографы.
– Спасибо, я даже не знаю, что на это сказать, – смущаюсь от того, что Сазонов подходит еще на шаг ближе и как будто нависает надо мной.
Он чуть выше среднего роста для фигуриста-одиночника, хотя очень высоким его не назовешь. Просто я маленькая, как и все спортивные гимнастки, и наша разница в росте ощутима.
– Скажи, что соберешься за десять минут и проведешь мне экскурсию по своему родному городу. И выпьешь со мной кофе.
– Хорошо, я скоро спущусь.
Не дожидаясь дальнейшего ответа, одной рукой прижимаю к себе коробку с лентой, а другой, свободной, закрываю дверь перед носом Сазонова, который как раз собирается что-то сказать.
Глава 5
Илья
Да, было бы забавно, если бы родители Вари оказались дома. Познакомиться с семьей девушки, когда ее саму видишь второй раз в жизни – перебор, но я сам на него нарывался. Просто там, на парковке аэропорта вдруг понял, что мне совершенно необходимо увидеть ее уже сегодня.
У меня нет склонности к тому, чтобы долго обдумывать какие-то свои решения. Поэтому захотел – сел и поехал к ней. Все просто.
Евдокимова спускается через двенадцать минут. Успела нарядиться в летний сарафан, кеды, сумочку собрала и немного накрасилась.
– Девушка, может, прокатимся? – обращаюсь к ней, полусидя на капоте тачки.
– На коньках? – стебется в ответ.
– Боюсь, не сезон. В другой раз.
– Думаю, я бы и в другой раз не рискнула.
– Тогда, однозначно, кататься будем на машине.
Спрыгиваю на землю, открываю пассажирскую дверь, помогая Варе сесть, отправляюсь на свое место и первым делом включаю кондер на полную.
– Расскажешь и покажешь, куда мы можем поехать?
– Выезжай из нашего двора, а потом буду подсказывать.
Снимаюсь с парковки и медленно выезжаю. Теперь, когда она сидит так близко ко мне, а подол сарафана автоматически подтягивается, мне очень хорошо видно ее ноги. Я сразу замечаю шрам на правом колене. Руки покрываются мурашками, словно в этот момент я сам испытываю фантомную боль в колене. К счастью, я никогда не проходил через разрыв связок, но травмы в фигурке – это обязательный неприятный бонус. Я лечил их десятками.
Наверное, я разглядываю ее прооперированное колено неприлично долго, потому что она замечает это.
– Знаешь, я бы предпочла, чтобы ты просто пялился на голые ноги, чем изучал мой шрам, – недовольно произносит Варя.
– Прости. Правда, прости, я не хотел тебя обидеть. Мне очень жаль, что тебе пришлось это пережить.
– Я не нуждаюсь в жалости, – ожидаемо сразу же закрывается от меня.