Марьяна Зун – С днем рождения, Снегурочка! (страница 17)
– Потанцуем?
Мы двигаемся очень плавно, Георгий прижимает меня к себе. Хмель кружится голову. Мне так хорошо.
– Можно тебя поцеловать?
– Нужно, – и мы сливаемся в поцелуе.
Где-то на заднем плане слышна речь президента, затем бой курантов, но нам не до этого.
– Снежана, милая, нежная и такая желанная. С Новым годом!
Смотрю в его глаза. В них горит огонь. И я начинаю расстегивать его рубашку, пуговку за пуговкой, а затем целую голую кожу. Как же от него одуряюще пахнет.
– М-м-м, – не могу сдержаться.
– Ты сама напросилась, – Георгий поднимает меня на руки и несёт в другую комнату. Ногой открывает комнату, и вносит меня туда. Свет нам не нужен, в окнах яркими вспышками гремит салют. Георг находит молнию, и моё платье скользит вниз. Я остаюсь в трусиках и чулках. Мне нечего стесняться.
– Ты идеальная и вся моя!
Глава 24
Моя Снегурочка в моем доме. Милая, нежная и любопытная красавица в шикарном платье. Внутри разливается сожаление, но я гашу его. Мне приятно наблюдать за ней. Снежа очарована лесной красавицей. Спасибо мамуле и тетушке. Они с Ольгой заставили меня купить елку и украсили её сами. Мне было приятно их радовать. Мама и Ольга приехали ко мне на такси и привезли с собой коробку с игрушками из моего детства: шишки, грибочки, вишенки, часы, щелкунчик все очень хрупкие из стекла. Но Ольга сказала, что нужны ещё и заставила меня объехать с ней не один магазин в поисках необходимых игрушек. Через три часа тётушка была довольна нашим уловом. Я не мог ей отказать в таких маленьких радостях. И теперь я безумно рад, что поддался их напору. Моя женщина в восхищении от наряженной ёлки.
Снежана сняла туфельки. У неё такие миниатюрные ступни. Я сглатываю, поправляю член в штанах. Извращенец. Поражаюсь сам себе. Так, надо остыть, приятель. Сначала я должен накормить её. Снежа перенесла стресс всего два часа назад, а я облизываюсь, как мартовский кот. Вспомнив того урода, злюсь, и это помогает немного остыть и прийти в себя. Разбираю огромную коробку всяких деликатесов, салатов и закусок. Пишу сообщение Филу.
Вижу, как Фил набирает ответ.
Придурок. Ухмылка сама появляется на губах.
Так, я отвлёкся. Пора продолжать.
Снежана успела сделать беглый осмотр моей квартиры, и направляется ко мне. Предлагает свою помощь, и мы в четыре руки накрываем на стол. Зажигаю камин, включаю по ТВ музыкальный канал. Решаюсь произнести тост в её честь. Желаю ей всего самого лучшего.
А дальше все получается само собой, наш танец перерастает в жаркие объятия. А после нашего жаркого поцелуя нам обоим срывает крышу. Страсть и взаимное желание, горит в глазах Снегурочки. Не могу больше сдерживать себя. Беру её на руки и несу в спальню, ногой распахиваю дверь, ставлю её на пол, нахожу молнию, и синее платье соскальзывает по телу к ногам. У меня перехватывает горло. Она идеальна во всем, от кончиков волос до пальчиков на ногах. Я смотрю и не могу налюбоваться красивой грудью, соски-ягодки, которые я непременно оближу, позже. Красивая фигура, подтянутый плоский животик.
– Снежана ты великолепна, я покорён, – она старается не закрываться, ей есть, чем гордиться и что показать.
Я в спешке расстегиваю пуговицы на рубашке. Одна отскакивает и летит на пол. Наплевать. Не свожу с неё глаз. Снежана улыбается. Да, милая, я очень нетерпелив, готов порвать на себе рубашку. Хочу скорее прикоснуться к тебе голой кожей. Она слишком долго находится без моей ласки. Я справляюсь. Рубашка летит на пол, за ней носки и брюки. Делаю два шага к ней. Беру руку и целую тыльную сторону её ладони. Вижу, как бегут мурашки. Кладу ладонь себе на грудь. Я жажду её прикосновений. Она все правильно понимает. Вторая рука ложится на мою шею. Снежана притягивает моё лицо, поднимается на пальчиках, и мы вновь целуемся. У неё мягкие нежные губы, острый язычок. Стараюсь быть нежным, приходится сдерживать свой напор. Я до чёртиков боюсь её скинуть. Нужно быть очень аккуратным.
Спираль страсти закручивает нас. Больше нас не беспокоят залпы фейерверков за окном. Мы поглощены друг другом. В соседней комнате слышна музыка. Смелею, и мои руки оказываются на её попе. Ух ты. Она крепкая и накачанная.
– Снежана, ты богиня.
– Под стать тебе, если бы ты знал, как я хочу пройтись языком по твоим кубикам пресса.
– Снежа, ты чувствуешь, какой я твёрдый, – толкаюсь бёдрами.
– Да, и я завидую себе. Все это моё.
– А ты моя.
Целую шею, плечо. Наклоняюсь и провожу языком по её груди. Она шипит. Я сейчас кончу от её стонов. И это будет фиаско, брат. Мысленно пытаюсь сопротивляться. Я, конечно, не юнец, но я голодный. Отпускаю попку. Мои ладони перемещаются на живот, а затем вверх к груди, сам опускаюсь перед ней на колени. Дую в пупочек и целую животик по линии трусиков, затем тазовые косточки. Приходится отпустить грудь. Пальцы скользят по нежной коже. Поднимаю на неё глаза и произношу:
– Можно?
– Да-а-а.
Я смело стягиваю трусики. У неё короткие, аккуратно подстриженные волосы. Я фетишист, вдыхаю аромат её возбуждения. Снегурочка хватает меня за плечи, чтобы не упасть. В это время она переступает через кусок ткани, и трусики летят к моим вещам. Все, я добрался до заветной цели. Затем поднимаюсь, повторяя свой маршрут. Целую в нос, переплетаю наши пальцы и веду к кровати. Откидываю покрывало и опрокидываю её на спину. Она смеётся. Да, я коварен.
Беру её ножку, ставлю на свою грудь и стягиваю чулок. Уверен, она будет против ласк ступней. Это в моем списке чуть отодвигается. Затем вторая нога.
– Почему на тебе все ещё трусы? – спрашивает она.
– Хочешь посмотреть?
– Да, – с вызовом отвечает Снежа.
Отхожу, она успевает отползти от края, мне нечего скрывать, резко снимаю трусы, встаю в полный рост, член готов и вздымается кверху. Открываю ящик и достаю чёрный квадратик.
– Мы за безопасный секс.
– Я чиста, – выпаливает она.
– Я тоже здоров, могу предъявить справку. Ты предлагаешь мне слишком соблазнительные вещи. Ты не боишься? Я могу не сдержаться.
– А ты боишься ответственности?
– Снеж я же тебя сейчас сожру.
Квадратик летит на подушку. Ставлю колено на кровать и набрасываюсь на Снегурочку. Она сводит меня с ума. Наконец добираюсь до груди. Острые пики сосков катаются у меня на языке. Живот, тазовые косточки, бедра. Развожу её ножки, провожу пальцами по вульве. Она мокрая, и я торжествую. Массовую клитор. Она выгибается. Ликую. Мне удалось с лёту найти нужную точку. Палец сползает внутрь. На смену пальцам приходят язык и рот. Какая же она чувствительная и отзывчивая. Её стоны – это праздник для моих ушей. Я уверен, что Снежка не симулирует. Какая же она вкусная. Я повторяю движения, посасываю и давлю, палец ритмично растягивает её для меня.
А потом Снежана взрывается в своём первом оргазме, и я кайфую. Пока моя сладкая женщина приходит в себя, не теряю момента. Натягиваю презерватив и, опираясь на правую руку, левой медленно направляю член в неё. А затем вхожу в жаркое лоно, и меня накрывает от ощущений. Она так плотно меня сжимает, что я готов взорваться, буквально на третьей фрикции. Но я смотрю в её глаза и увеличиваю темп.
– Ещё. Резче, – задыхается она.
Впиваюсь в её губы, сосу язык, зарываюсь в роскошные волосы и ускоряюсь. Снежа мычит. Вновь чувствую пульсацию. Ещё три резких толчка, и Снежана кричит, а я улетаю вместе с ней. Чистый кайф. Прихожу в себя. Слышу, как Президент произносит речь.
А мне не хочется двигаться. Я там, где хочу быть. Мне, идиоту, больше ничего не нужно. Поднимаю голову, смотрю в довольное лицо, целую её губы. Готов признаться ей в чувствах. И я уверен, что это на всю жизнь.
Слышны удары часов. На Спасской башне.
– С Новым годом, Снежана.
– С Новым годом, Георгий.
Глава 25
Вновь целую свою вкусную девочку, куда придется. Она лежит на моей груди. Мы молчим, наслаждаемся прикосновениями к коже, нам хорошо-о-о. За окном продолжают бабахать салюты. Крики празднующих людей! По телевизору кто-то из медийных людей поздравляет страну с наступившим Новым годом. Желают мира, любви и богатства. А мы со Снегурочкой просто растворяемся друг в друге. Балдею от прикосновений Снежаны, сначала робких, а потом она смелеет, очерчивает мой пресс, спускается ниже.
– Ты играешь с огнём.
– Возможно, я этого и добиваюсь.
Я опрокидываю Снежану на спину, она заливается звонким смехом.
Чувствую себя дикарем, надо немного сбросить обороты. Дарю нежность и ласку своей Снегурочке. А потом нам приходится оторваться друг от друга, ибо настойчивая телефонная трель не замолкает из соседней комнаты, сначала мой, а потом и телефон Снежаны.
С неохотой отрываясь от сочной груди, рычу, встаю и иду за домашними штанами.
– Какой прекрасный вид. Георгий, твоё тело – произведение искусства, – слышу комментарий Снегурочки.