Марьяна Соколова – Маргарет (страница 2)

– Я не знаю.

– Изменилось ли как-нибудь твоё самочувствие с прошлого раза?

– Может быть… Сложно сказать. – Паола опустила глаза, снова сфокусировавшись на видимой лишь ей одной точке где-то в пространстве.

– Ты говорила, что у тебя были проблемы с оплатой аренды за квартиру. Могу ли я поинтересоваться, удалось ли тебе решить этот вопрос? – Ребекка попробовала зацепиться хоть за что-то, чтобы разговорить пациентку.

– Да, – Паола переплела пальцы рук и напряглась. – Маргарет дала мне денег на оплату аренды.

– Как хорошо, что у тебя есть такая подруга, – мягко улыбнулась Ребекка.

– Да, мне повезло её встретить, – голос Паолы дрогнул, и она сделала непроизвольное движение, как будто хотела обернуться, но вовремя остановила себя. Она снова сжала пальцы рук в замок.

– Паола, мне показалось, что тебя что-то сильно тревожит, – Ребекка закинула удочку. – Это связано с Маргарет?

Паола продолжала сидеть, смотря перед собой. Она была похожа на натянутую струну, готовую лопнуть от малейшего прикосновения.

– Маргарет – единственный человек, которому я могу доверять, – голос Паолы звучал механически.

– Я понимаю. Маргарет – хорошая подруга, и она помогает тебе. Но вокруг есть другие люди, которым ты можешь доверять.

– Нет.

– Что нет?

– Есть только она. Только ей я могу доверять.

– Хорошо, – Ребекка кивнула. – Были ли в твоей жизни случаи, когда ты доверилась людям, а они тебя предали?

– Да. Много раз.

– Расскажи мне какой-нибудь из них.

Паола сперва молчала, затем, запинаясь, проговорила:

– Я рассказывала, что мой парень бросил меня, когда я забеременела.

– Он бросил тебя после того, как узнал, что ты беременна?

Паола опустила глаза, потом закрыла лицо ладонями. Ребекка услышала тихие всхлипывания. Какое-то время тишину в кабинете нарушало только сопение Паолы.

После того, как она успокоилась, Ребекка вновь спросила:

– Паола, он бросил тебя после того, как узнал, что ты беременна?

– Да, – хрипло ответила она, и опустила глаза.

– Он сказал ещё что-нибудь? – Ребекка, не отрываясь, смотрела на пациентку.

Паола обхватила себя руками, словно в попытке унять озноб, и выдохнула:

– Нет. Он просто бросил меня, понятно?

– Ты злишься сейчас?

– Да.

– Почему?

– Потому что я не хочу вспоминать о нём! – Паола бросила на Ребекку взгляд, полный боли. – Можем мы закончить сессию на этом?

– Конечно. – Ребекка откинулась в кресле, не сводя глаз с Паолы. – Я жду тебя в четверг в то же время.

Паола коротко кивнула и направилась к двери. У выхода она остановилась и обернулась:

– Маргарет не одобряет мои визиты к вам.

– К сожалению, Маргарет не имеет власти над законом. Твоя психотерапия – обязательный этап, который ты должна пройти на пути к излечению. Тебе прописало десять часов терапии, и ты пройдёшь её.

– Я знаю. Я знаю. – Глаза Паолы заблестели, слеза покатилась по её щеке. Она прошептала: – Аiutatemi.

После чего девушка выскользнула за дверь.

– И что это значит? – Макс вопросительно изогнул бровь.

– Это итальянский. Она сказала «помогите». – Ребекка сделала глоток кофе.

– Но почему по-итальянски?

– Не знаю, но собираюсь выяснить. Это определённо имеет смысл.

Макс страдальчески застонал, посмотрев на Ребекку взглядом истинного мученика.

– Зачем тебе всё это? Она ведь даже не идёт на контакт!

– А что это, по-твоему, было, если не контакт?

– Итальянка, говорящая по-итальянски… Неслыханно! – Макс с садистской кровожадностью пронзил вилкой в курицу на своей тарелке.

– Отстань, – Ребекка отмахнулась от коллеги, как от назойливой мухи.

– Тебе больше заняться нечем? Сколько таких пациентов проходит через наш центр ежегодно? Сотни! И я не помню, чтобы раньше ты испытывала нежные чувства к кому-нибудь из них. Почему сейчас? Почему она?

– У меня предчувствие.

– Предчувствие… – Макс бросил на Ребекку взгляд из-под бровей. – Предчувствие чего? Вселенской катастрофы? Новой волны коронавируса?

– Да, нового штамма, который съест тебя, и я, наконец, освобожусь от бесконечного контроля с твоей стороны. – Ребекка ткнула вилкой его в сторону. Макс парировал её тычок своей вилкой с наколотой на зубья несчастной курицей.

– Не получится. Я слишком толстый для коронавируса. Ему придётся потратить всю свою силу, чтобы меня переварить. Зато настанет конец пандемии!

– Герой, – проговорила Ребекка с сарказмом. – Подумай ещё, ведь человечество не переживёт потери такого блестящего специалиста.

– А я о чём! – Макс вернулся к трапезе. Жуя, он промычал: – Так что это за предчувствие?

– Предчувствие того, что она хочет, чтобы я ей помогла. И то, что она попросила о помощи на итальянском, не случайно. Что-то есть за этим.

– Ну, тогда можешь попробовать поговорить с ней на итальянском, – пожал плечами Макс, не отрываясь от еды.

Ребекка посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Макс, почувствовав на себе её взгляд, прекратил есть и крякнул:

– Что?

– Макс, ты гений!

– Ну да. Э…правда?

– Конечно! Она не просто так перешла на итальянский. Если я сумею провести сессию на итальянском языке, это может дать результат!

– Окей… – с сомнением отозвался Макс.

– Нужно только придумать, как это сделать. Я не говорю по-итальянски, так что придётся, видимо, приглашать специалиста.

– Ну, это уже техническая часть. Главное, мы знаем, какой результат у нас должен получиться в итоге.

– Так ты снова в деле? – Ребекка хитро улыбнулась.

– Я и не выпадал из него, – Макс подмигнул ей. – Тебе определённо понадобится помощь опытного коллеги.