Марьяна Брай – Увидимся в Новом Свете (страница 65)

Мы остановились на ночевку раньше, но этот день был значимым в нашей жизни. Я радовалась тому, что нашла в себе илы признать свою любовь, довериться мужчине. Сейчас я как никогда понимала Клер, нашедшую свою жизнь и свою любовь.

Мы мало говорили, мы знакомились как будто видели друг друга впервые, я, открывшаяся ему полностью, он, поверивший мне, мы были одни в этом лесу. Наша поездка была необходимой, и если бы не эта чертова проволока, то ее стоило бы придумать ради этого дня.

Утром мы ловили рыбу, жарили ее на углях, завтракали не торопясь, забывали, что нас ждет дорога.

- Жаль, что у нас нет шампанского, Бернард, это нужно отметить, - пьяная от его поцелуев шептала я, и снова отвечала его ласкам.

В первых числах мая мы прибыли в Новый Плимут, и я не узнала его – вокруг была суета и движение, совершенно незнакомые люди спешили по только им понятным делам, от берега и обратно спешили повозки и телеги, стучали топоры в разных частях незнакомого уже городка.

Мы шли по главной улице в сторону дома, где жил губернатор. Я рассматривала новых жителей, детей, которых раньше не видела, Бернард показывал на новые строения. Наш дом, стоявший у леса год назад, оказался уже в самом центре, а склады, которые были частью ограждения форта, теперь были домом, из которого выходили мужчины в мундирах.

- Лишь бы губернатор не поменял к нам своего отношения, - шепнула я Бернарду.

- Не думаю, Элиза, но быть готовым к отходу нужно всегда. Не показывай характера, милая, если что-то пойдет не так, как задумано, мы просто уедем. Не сказав никому.

- Да, ты прав, - ответила я озираясь.

Губернатор принял нас тепло и с радостью, как и раньше. Мы, как и договорились, сказали, что живем у индейцев, что все здоровы и живы, передали подарки от Маргрет и девушек, выпили предложенный им чай.

- Каковы ваши планы? – спросил с нескрываемой улыбкой губернатор.

- Мы хотим, чтобы вы зарегистрировали наш брак, - ответила я не подумав.

- Мы хотим вашего благословления, чтобы стать мужем и женой во Христе, - быстро поправил меня Бернард, и на лицо губернатора вернулась улыбка.

- Я рад за вас, и могу провести таинство уже завтра. Я запишу ваш брак в книгу Нового Плимута. Но, мне кажется, у вас есть еще вопросы? – спросил губернатор.

- Не вопросы, есть дело, которым мы займемся сразу после нашего бракосочетания, - продолжила я. – Скажите, есть ли в Плимуте капитан, что идет от вас в Англию?

- Да, здесь два корабля. Один из них – корабль компании, - лицо его, когда он сказал о компании стало серым.

- Я догадываюсь чего они от вас хотят мистер Бредфорд, и могу дать вам совет, если вы не против, - влезла я, но это решение было историческим. Одно лишь губернатора отдаляло от его принятия – время.

- Да, Элизабет, мне интересно ваше мнение, - чуть наклонив голову, ответил мистер Бредфорд.

- Вы должны объединиться, и семьи с сыновьями, и дочерями, имеющими свои семьи, должны стать единым целым. Так вы получите земли на каждого члена семьи, но плата будет ниже, как за семью. Оформляйтесь кучнее, и платите свой кредит напрямую – представителям компании, а не заезжим капитанам, что после отплытия от берегов Америки будут разграблены испанцами.

- Откуда вы знаете это, дорогая моя? – удивленно переспросил губернатор.

- Разговоры, мистер Бредфорд. Нужно лишь прислушаться к ним. Напишите письмо в компанию, объясните, что дважды в год отправлять оплату вы не обязаны. Капитаны не принимают груз официально. Они должны поставить своего человека в ваш форт. Только он сможет зарегистрировать груз, оформив обязательства на перевозчика. Иначе, вы еще несколько лет будете платить двойную мзду. Безопасность флота – дело короля, - закончила я свою речь и встала.

- Вы хотели увидеть кого-то, кто направляется в Англию? – переспросил мистер Бредфорт.

- Да, нам нужен человек, что отправит нашу посылку в бюро, где регистрируют новые изобретения, - ответил Бернард.

- Есть человек из компании, с которым у нас сейчас споры, но вам лучше не попадаться ему на глаза, как и солдатам, что сопровождали вас в Америку, Элизабет, - опустив глаза, ответил губернатор. – Но есть капитан, что без проблем доставит вашу посылку в нужное место. Завтра, сразу после службы, где вы станете мужем и женой, Я представлю вас.

- Благодарю вас, мистер Бредфорд, - чуть наклонилась я, и хотела было выйти, но губернатор продолжил:

- Пожалуй, я поговорю с ним прямо сейчас, и вы переночуете у него на шхуне. Так будет безопаснее. Бернард, у вас есть с собой мужская одежда? – он улыбнулся, и я вспомнила как он был против, когда мы с девушками ходили в брюках.

- Да, конечно. Нам нужно переодеть Элизабет?

- Именно. И не сходить с судна. Солдаты не приходят на службу, и если придется, я обвенчаю вас даже в брюках, - с улыбкой смотря на меня ответил губернатор, и мы через лес направились к берегу.

Глава 72

Мы первым делом направились в сторону леса, туда, где у нас был огород. Меня поразило то, насколько он разросся - он походил теперь больше на колхозное поле. Землю начинали уже готовить к посадкам, но людей здесь не оказалось. Мы прошли по грядкам, что разрабатывали еще мы с девушками и остановились на опушке, скрывшись за кустами.

Я переоделась в мужскую одежду, завязала волосы на затылке, надела кепку Бернарда, и здесь мы решили развести костер, чтобы заварить чая, и перекусить остатками мяса, что везли из дома – можно было больше не экономить.

- Здесь остались наши девушки, но мне кажется, не стоит встречаться с ними, лишние рассказы нам не нужны, - больше себе, чем спутнику проговорила я.

- Да, и я несказанно рад, что губернатор так расположен к нам, - ответил Бернард. – Знаешь, я и капитанам на шхунах не очень доверяю. Знать бы раньше, мы могли бы остановиться в деревне Сквонто, но сейчас туда выходить уже поздно.

- Да и в лесу на окраине не особо хорошо, Бернард. Солдат стало очень много!

- У нас есть документы, но они могут поинтересоваться где наши договоры с компанией. Я слышал разговор на улице, когда мы шли от губернатора.

- Остается шхуна… - недовольно побурчала я.

- Будем надеяться, что губернатор хорошо знает человека, которого рекомендует.

Мы дождались сумерек, когда солнце уже село, но еще было достаточно светло. На берегу было шумно – матросы, которым было слишком рано ложиться спать пили возле пирса, кричали и матерились. Вот в этот момент мы и отправились к постоялому двору. Заплатили за то, что наших лошадок накормят и напоют, привязали, и пошли на берег.

Ночевали мы в трюме на своих матрасах. Время от времени меня накрывало страхом – в памяти всплывали те дни, когда я оказалась в таком вот саркофаге со смертниками. Да, по сути, люди выжили совершенно случайно, и судя по всему, большинство из них только по тому что пили виски и пиво.

Ранним утром мы отправились в церковь, хотя, так ее можно было назвать с большой натяжкой – дом с белеными стенами, куда входило не больше двадцати человек. Там было душно, и полумрак навевал грустные мысли. Полное отсутствие каких-либо регалий, указывающих мне на то, что это «дом Божий». Губернатор начал уже свою проповедь, когда мы с трудом протиснулись сквозь плотные ряды горожан.

Он посмотрел на нас, моргнул и продолжил восхвалять Бога за ту сложную, а порой и вовсе, невыносимую жизнь, что была уготована им здесь. Через два часа, когда я с трудом боролась уже с зевотой, стараясь не разглядывать людей, не привлекать к себе внимания, он закончил, и люди потянулись к выходу. На улицах было тихо. Воскресенье, а это значит, что сегодня на улицах будут толпы праздно шатающихся, и мы таким образом, останемся в относительной безопасности.

Мы дождались, когда все выйдут, и прошли ближе к небольшому закутку, где губернатор сейчас молился один.

Он вышел с расшитой бисером и гладью материей, и велел встать на колени. Когда он положил ее на наши головы, наши с Бернардом глаза встретились. Он с нескрываемой нежностью смотрел на меня, пытаясь своим взглядом дать понять, что это навсегда, что не отпустит меня никуда, не говоря уже о дороге назад.

В этот момент, под бубнёж нашего священника во мне началось что-то новое, что-то, чего раньше я не знала. Отступали мои страхи, мои принципы, что теперь оказались необходимой моделью поведения. Я всегда была защитником, и не представляла, что у меня тоже может быть такой. Я была оберегом для Клер, и если в самом начале ее отношений со Сквонто у меня была ревность, то сейчас я все поняла.

- Теперь вы муж и жена перед Богом, дети мои. Я знал, что ваше упорство многого стоит, и ваш пример достоин стать частью нашей истории…

- Спасибо, губернатор, но нам бы не хотелось, чтобы мужчины из Джеймстауна узнали, что их невесты стали женами другим мужчинам. Слава Богу, они не знали наших имен, иначе, кто знает, как могло все повернуться, встреться мы с ними.

- Я начал рукопись о нашем пути, о наших достижениях… Я хочу лишь сказать, что вы с Клер останетесь в истории этого города. Когда-нибудь эта история станет известна всем, и вами будут восхищаться, - горделиво рассказывал он, а я знала, что такая книга есть, но в ней не было ни слова о Клер и обо мне. Вот они – изменения, что мы привносим в историю.

- Чего это я разболтался, идемте, идемте ко мне, сейчас к нам присоединиться человек, что обязательно поможет в вашем деле, - поспешно надевая куртку, бубнил непривычно, по-старчески он, хотя лет ему было не больше тридцати пяти.