Марьяна Брай – Дети Асмеи (страница 2)

– Лорд, из замка принесли дурные вести. Король умер! – слуга никогда не вел себя так, и прежде чем говорить, представал перед лордом, кланялся и ждал, когда хозяин чуть качнет головой. Сейчас его голос из-за спины раздался неожиданно, и лорд Ленуа вздрогнул. От произнесенного Бишем его спина похолодела, будто кроме слов из его рта вырывался ледяной поток ветра.

– Как? – подняв глаза к догадавшемуся встать перед ним Бишем спросил лорд и ждал, что тот скажет что-то другое, он надеялся, что он ослышался, ведь королю только тридцать семь лет, да и болезни обходили его стороной, и силы он имел не меньше, чем кузнец.

– Умер в постели. Королева решила уйти в монастырь, – коротко ответил тот, понимая сейчас, что повел себя не в соответствии с правилами дома.

– Собери людей, я лично еду на север. Нужно поторопить герцога вернуться. Кто заправляет сейчас в замке? – лорд резко встал и осмотрелся, словно искал, что может понадобиться в дороге. – Быстро! – закричал он на слугу, который все еще стоял перед ним. Пятерых будет достаточно. Воду не брать, из еды только сухари. Мы не будем останавливаться.

Мерида, услышав новость поняла, что жизнь больше не будет другой. Брат остался в замке за старшего, хоть и был младше ее на два года.

– Отец, нужно чтобы кто-то оставался рядом с принцем. Прикажи, и я сама отправлюсь к верным герцогу лордам. Прикажи, отец! – она цеплялась за его руку, когда он садился на лошадь, но тот просто улыбнулся. – Я за день объеду всех и передам твое пожелание, чтобы к принцу приставили людей. Отец!

– Дочь моя, мы успеем. Через неделю герцог будет здесь, и все наладится, – ответил он уверенно, как всегда. Мерида хотела верить, но чувствовала, что все идет не так, как нужно.

Принц был ровесником ее брата. Они часто были при дворе, мальчишки играли под ее присмотром лет с шести, но принц Лерой изменился в последние пару лет. Иногда ей казалось, что мальчишку просто подменили: он был заносчив со слугами и учителями, ровесникам, что были при дворе давал понять, что их слово – пыль.

К возвращению лорда Ленуа в замке уже ждали. Люди нового короля. Люди, которые усадили на трон скверного мальчишку, чтобы через него разорвать королевство, продать все, что так долго строил Асмей Мудрый.

В замке царил хаос: люди перевернули все: от личных покоев леди до хранилища с пшеницей и рожью. Отец Мериды был объявлен предателем. Когда он въехал во двор, на него налетела стража. Его повесили на огромном дубе, под которым семья каждое лето отдыхала в тени, росли дети, смеялись и строили планы.

Мерида смотрела из окна своей комнаты на его тело и не могла поверить, что все закончилось. Крик матери не смог вывести ее из оцепенения. Ненависть ко всем, кто сейчас хозяйничал в замке, пересиливала страх и жалость к родным. Отец был стеной, за которой им позволено было жить так, как им хотелось. Его висящее на дубе тело делало эту стену прозрачной, открывая горизонты в бушующем огне.

Леди Ленуа – мать Мериды, отправили в монастырь, брата в услужение новому воеводе короля, а Мериде именем этого глупого ребенка на троне было приказано выйти замуж за лорда Керни – советника короля и первого предателя.

Мерида горевала молча, понимая, что месть – самое важное и самое вкусное в ее новой жизни. Не было ничего, что радовало бы сильнее, чем увидеть смерть тех, кто сделал их дуб точкой отсчета новой беспросветной и серой жизни.

Ее служанки были верны ее отцу, ее дому и ей. Каждая готова была умереть за Мериду, за прежнего короля и герцога, которого прятали теперь простолюдины, надеясь на возвращение прошлой жизни. В той жизни у народа были низкие налоги, в год неурожая или падежа – поддержка от королевства, которое имело запасы. Народ стал глазами и ушами герцога, а Мерида стала главным вестником, который жил при дворе «Его Предательства» – так народ называл нового короля.

Редкие встречи с герцогом, когда новости нужно было передать лично, поддержка со стороны “тайных людей” и беременность делали жизнь Мериды сносной. Больше всего радовало то, что простой народ готов выйти и сместить с трона шайку стервятников, ждущих момента, когда королевство можно будет разорвать на клочки и продать.

Рождение дочери разгневало лорда Керни. Он, не стесняясь, привел в дом баронессу, представив ее как советницу и напарницу для леди Мериды. Через семь месяцев баронесса родила сына. Мерида радовалась, что внимание мужа теперь снова на разрешившейся от бремени любовнице. Лорда расстраивало, что бастарда нельзя было назвать наследником, выйти с ним в свет, а тем более, передать ему свое имя и титул. Злость он вымещал на Мериде и маленькой Талии.

Часть 2 Лия и Векс

Испуганное лицо матери Талия не помнила, но во сне часто видела испуганную зеленоглазую женщину с копной растрепанных каштановых волос. Ее няня в будущем подтвердит, что это ее мать, и Талия, закрывая глаза, всю жизнь будет представлять, как эти волосы плавно колышутся в воде то открывая белое мертвое лицо, то окутывая его, словно тончайшим платком.

Мериду схватили в момент, когда она, получив письма от герцога подъезжала в карете к замку лорда и леди Бироз. Талия сидела на коленях матери, довольная поездкой. Няня, поняв, что хорошего ожидать не стоит, в суматохе забрала девочку и, дождавшись, когда леди Мериду вытащат из кареты, велела гнать домой, в замок лорда Керни. Тогда Талия цепляясь слабыми ручками за мать и увидела ее глаза, полные слез. Ребенок, будто назло, запомнил именно этот момент.

Больше месяца леди Мериду Керни и чету Бироз пытали. Лорд Керни предстал перед своим юным сюзереном и бывшим учеником с повинной головой. Спасло его тогда малодушие и привязанность мальчишки. Принцу нравилось, что советник Керни поддерживал его во всем, учил слушать вполуха тех, кто противится воле короля-отца, ведь эти люди должны были стать его вассалами.

Чтобы укрепить союз с юным королем, лорд Керни пожелал сочетаться браком с незаконнорожденной сестрой сюзерена. Он как никто знал привязанность мальчишки к этой юной и нежной девочке. Король с радостью согласился, дав ей негромкий титул и отправив с ней в замок Керни ее родную мать – любовницу короля Асмея Мудрого.

Пухлощекая, небольшого роста, с синими как васильки, глазами, Фасала стала новой леди Керни, и принялась по совету и научению матери рожать лорду… дочерей. Одну за другой, и каждый раз обещала, что следующим будет сын.

Если бы не «Великий разрыв Асмеи», как назвали делёж земель королевства простые люди, Фасала «умерла бы в родах», как планировал лорд Керни. Король не простил бы ему ссылку любимой сестры в монастырь. Но король был убит, а земли поделили между собой те, кто этого давно ждал.

Фасала и мать отправились в монастырь, а пятеро непризнанных внучек короля стали для лорда Керни великим подарком. Очередь за последней, которой не исполнилось еще и месяца состояла из пяти лордов и трех герцогов других королевств. Они стояли в очереди и на первых, но дети умирали так часто, что стоило записываться на всех. Все готовы были ждать, чтобы в их детях и внуках была кровь великого Асмея Мудрого.

Лорд Керни не растерялся, присягнув на верность новому сюзерену – королю Лескара – огромного и сильного королевства. Именно он забрал большую часть земель плодородной Асмеи. Именно он платил обещаниями добавить лорду три соседних замка в случае положительного исхода.

Получив обещанное, лорд Керни успокоился, и жизнь его потекла спокойной и глубоководной рекой, приносящей большие доходы, сытую, пьяную и размеренную жизнь. Он планировал вырастить дочерей и разводить породистых лошадей, хотя разницы между первыми и вторыми не делал. Их цена – все, что его интересовало.

Талия все свое детство и юность наблюдала за отцом, за тем, что происходит в их замке. Сестры чурались ее, даже принято было подшучивать – законнорожденная ли она, раз отец вовсе не обращает на нее внимания? Когда родилась последняя сестра, Талии было двенадцать. Через пару лет она должна была выйти замуж, но все помнили ее мать и боялись даже подумать о браке с ней как для себя, так и для своих сыновей. Да и внешность ее будто кричала, что Асмея жива в таких, как она: высоких, развитых физически, дерзких и злых.

Еще через пять лет, когда Талии исполнилось семнадцать, замуж вышла первая сестра – кровь великого короля ушла за трех племенных лошадей и сундук золотых, в который легко умещалась невеста. Лорд отдавал четырнадцатилетнюю Мэрим за герцога вовсе не дружественного королевства.

– Лия, я не могу дождаться, когда эти моли разъедутся из замка, – со вздохом заявил Векстор. Он водил соломинкой по лицу Талии и сдерживался, чтобы не рассмеяться, потому что та дремала с закрытыми глазами, и отгоняла «назойливую муху» с лица. Векстор называл «молями» всех пятерых сестер из-за белоснежной кожи, светлых волос и заметных только на солнце бровей.

– Они тебя вовсе не трогают, а Мэрим – вполне сносная. С ней даже можно поговорить, – ответила Талия. Сон, что дурманил после обеда, прошел, и она так и не узнала, что это не муха развеяла его.

Векстор жил при лорде Керни. И хоть и числился конюшим, свои знали, что отец любил бастарда больше признанных дочерей. Талия росла как сорняк у грядки, напитываясь тем, что преподавали юным носительницам королевской крови, но больше времени она проводила именно с Векстором.