Марья Гриневская – Чужая. Мой выбор (страница 1)
Марья Гриневская
Чужая. Мой выбор
Глава 1
Марго
– Восходящая звездочка Марго! Первый вечер на сцене «РедЗон»! – Голос ведущего шоу, взрывает зал, как только я медленно стекаю с шеста и падаю на колени на краю подиума. – Подарите всю вашу благодарность этой грациозной кошечке, и она непременно порадует вас еще раз!
Софиты слепят, дыхание сбоит, сердце колотится как ненормальное, и все, что я сейчас хочу – это уйти в гримерку и переодеться, снять с себя костюм из дурацких страз, больно царапающих кожу. С зарплаты надо будет что-то подобрать без этих дешевых железок и цвет сменить. Клуб и без моего костюма похож на кровавый вампирский замок, куда ни глянь – стены, потолок, бра и даже скатерти на столах, все пошло-алое или в оттенках бордо. Любимый цвет босса?
Хотя… дело не в цвете и стразах, и даже не в забитом до отказа, пропахшем элитным парфюмом и алкоголем зале лучшего клуба столицы. Дело во мне… Всегда было во мне… Больше всего на свете я боюсь, что кто-то рассмотрит под слоями вызывающего грима мое истинное лицо. Узнает, позвонит и… тогда все рухнет…
Расслабляться нельзя, привлекать внимание тоже.
Я улыбаюсь во все тридцать два, томно ложусь на пол и проделываю парочку па, заканчивая номер откровенным шпагатом. Зал взрывается аплодисментами, и, под одобрительные возгласы и улюлюканье, я встаю и собираюсь покинуть сцену.
– Спасибо, Господа! – выходит мне навстречу Вадик. Обычно он старается оставаться в тени, а тут идет ко мне и, с ослепительной улыбкой цедит сквозь зубы: – Тебя ждут в пятом боксе, поднимись. Будь умницей, проблемы никому не нужны.
– Но я… – пытаюсь возразить, но наш бессменный ведущий уже объявляет следующий номер и мои жалкое «но» тонет в нарастающих битах популярной мелодии.
На секунду прикрываю глаза, и, тряхнув копной огненно-рыжих волос, спускаюсь с подиума.
Пятый бокс, это центральная ложа, так, кажется, ее называют девочки. Вспоминаю все, что случайно слышала в гримерке, и все, что рассказывали мне стриптизерши.
«Бояться нечего, – успокаиваю себя и вспоминаю слова коллег: – Та же ВИПка, только в зале и обычно там собираются богатые папики, избегающие публичности. Надо посидеть с ними, раскрутить на парочку коктейлей, и, если повезет, сорвать хороший куш из чаевых».
Воодушевившись, цепляюсь пальцами за металлические прутья перил и по винтовой лестнице поднимаюсь в приватный бокс. Прозрачная, жесткая платформа стрипов гулко стучит по металлу, заставляя мое сердце сжиматься. В груди закручивается нехорошее предчувствие, но я делаю вид, что ничего слышу. Музыкальные аккорды льются из динамиков, а на сцене ярким пятном вертится вокруг шеста очередная девчонка. Концентрируюсь на ней, на ее уверенности и пластике и толкаю дверь в ВИПку.
– Добрый вечер, – произношу сразу, а потом, в полумраке помещения ищу гостя. Он здесь, я чувствую его взгляд и запах. Это не просто дорогой парфюм, это что-то нишевое, абсолютно эксклюзивное. Будь на моем месте кто-то поопытнее, наверняка назвали бы бренд, а я… Этот запах невольно возвращает меня в прошлое…
– Проходи, присаживайся, – хриплый, ровный голос, явно принадлежащий немолодому мужчине, не дает скатиться в болезненные воспоминания.
– Благодарю, – отвечаю с изрядным кокетством и с интересом рассматриваю комнату. Здесь много места, а панорамное окно в общий зал создает невероятную иллюзию полного присутствия на шоу.
Когда глаза окончательно привыкают к темноте, я нахожу обладателя странного голоса. Я была права, он немолод, лет под шестьдесят плюс-минус. Точнее не скажешь – мешают и полумрак, и эта… безупречная, чрезмерная ухоженность. Да, именно излишняя, граничащая с манией, ухоженность и превосходство. Костюм, галстук, дорогие часы на запястье…
«И парфюм, этот чертов парфюм, что теперь проникает в легкие и выжигает все внутри словно яд».
– Что предпочитаешь пить? – снова возвращает меня в реальность скрипящий голос.
– Шампанское, – выдавливаю с улыбкой первое, что приходит на ум, напрочь забыв обо всех дорогих коктейлях и винах. Смотрю в глаза мужчины и чувствую себя загнанным в ловушку кроликом.
– Отлично, – хрипит гость, – Дом Периньон, пожалуйста, и проводите девушку в мой пентхауз.
– Что? – пячусь назад, но натыкаюсь не на дверь, а на что-то большое и теплое. Резко разворачиваюсь и упираюсь взглядом в широкую грудь, обтянутую белоснежной футболкой.
«Охрана – вспыхивает на подсознании».
– Тебя проводят, – отмахиваются от меня, как от рядового официанта, и я начинаю паниковать. Нет, не так, я перестаю себя контролировать. Прошлое, так старательно скрытое где-то в глубинах памяти, вырывается наружу и, смешавшись с внезапным осознанием, куда я попала, отключает все существующие инстинкты.
– Я на такое не подписывалась! Ничего, кроме стриптиза, администратор в курсе! – Проговариваю чужим голосом, но никто в комнате, ни гость, ни его охрана не реагируют.
«Беги!» – вопит интуиция, и я бегу.
Слышу, как орет клиент, как накачанный и с пустым, как у терминатора, взглядом охранник преграждает мне путь к отступлению и, выкрутив руки назад, бросает на ярко-алый бархатный диван. Я не сдаюсь, вскакиваю, как неваляшка, и со всех ног бегу к окну, сбивая все на своем пути. Первым переворачивается столик. Посуда и ведерко со льдом с грохотом летят на пол, заполняя комнату пронзительным звоном, а следом разбивается кальян и тяжелая ваза с цветами. Припадаю к темному, толстому стеклу, бешено колочу ладонями и вою, как раненный зверь, в надежде, что меня увидят или услышат.
Все бесполезно.
В боксе поднимается суета, из-за темно-бордовых тяжелых штор, висящих вдоль стен, один за одним выскакивают качки-охранники и моментально надевают на меня наручники.
– Лежать! – рявкает кто-то из них и меня, одетую лишь в ниточки из страз, роняют на пол, а после хриплый и раздраженный голос гостя отдает команду, от которой у меня темнеет в глазах и останавливается сердце: – Хозяина мне найди! Срочно!
Глава 2
Рустам
Наливаю второй бокал коньяка, но пить не спешу. Ума не приложу, что делать, думал, с Борзовым посидим до утра, покалякаем, а он, сука, сбежал. Вручил приглашение на свадьбу, пригубил коньячка и смылся весь такой до тошноты счастливый.
Получается что? Отменять ВИПку и девок?
Да ну на хрен! Я уже настроился, а отменю, что? Домой ехать?
– Бля-я-я! – Кошусь на вспыхнувший экран мобильного. Звук выключен, поток бесконечных бульканий с некоторых пор откровенно подбешивает, но сейчас на экране высвечивается контакт администратора, придется отвечать. Надеюсь, ничего смертельного не произошло.
– Слушаю, – цепляю пальцами шот с коньяком, лениво сползаю по креслу и прикрываю глаза.
– Рустам Давлатович! – нервный голос Степана подтверждает догадки: случился лютый пиздец…
– Я у себя, зайди! – Рявкаю в трубу и бросаю телефон на стол. Кручу стакан, наблюдаю, как золотистый напиток переливается в свете софитов, а потом залпом выпиваю все до последней капли и с грохотом ставлю шот на стол. Словно в продолжение этого грохота, раздается резкий, торопливый стук в дверь.
– Заходи!
Дверь распахивается, и на пороге возникает Степан с перекошенным от страха лицом. Весь его вид кричит о срочности, а сегодня, как назло, мне меньше всего хочется что-то решать, да еще срочно.
– Рустам Довлатович, у нас… ЧП в ВИП-боксе. Стриптизерша погром устроила, и клиент вас требует…
– Хм, – усаживаюсь в кресле поудобнее и облокачиваюсь на стол. – А клиент у нас кто?
– Аз… Азаров, – заикаясь и съеживаясь под моим взглядом, мямлит Степан.
«Интересно, с чего бы… – размышляю, что Азаров и погром – вещи несовместимые. Не, он мужик жесткий, конечно, но свой, старой закалки, и принципы у него железные. Есть свои слабости, да, а у кого их нет? Одно знаю, платит щедро, не за красивые глазки, нет, но все в пределах допустимого, без жести. Стоп! Значит, проблема не в нем».
– Из-за чего сыр-бор? – впиваюсь взглядом в администратора и по тому, как он окончательно сдувается, понимаю, лоханулся парень.
– Стриптизерша новая взбрыкнула, – предпринимает жалкую попытку спасти свою задницу.
– Имя?
– Марго.
– Не знаю такой, – не свожу взгляда со Степана, потому что чуйка у меня железная, ни одна из постоянных танцовщиц не позволит себе такую херню, да еще и с Азаровым, а значит, этот сопляк что-то мутит. – Новая?
– Новая, – выдыхает, словно я его приговариваю к расстрелу.
– Вышвырнуть девку без оплаты и с волчьим билетом! – Рявкаю и встаю со стула. – Пусть теперь на трассе задницей трясет.
Степан кивает, а я немного подумав, добавляю: «Показательно все проверни, чтобы у остальных где надо отложилось, что в моем клубе такое с рук не сходит!»
Степан исчезает за дверью, спеша выполнить указания, а я надеваю пиджак и, пригладив пятерней волосы, направляюсь на встречу с Азаровым. С ним договорюсь, неустойку компенсирую, может даже приглашу компанию составить, не пропадать же планам на ночь.
Выхожу из кабинета и сворачиваю в сторону служебного коридора. Идти дальше, чем через клуб, но зато без лишних глаз. Прохожу мимо кухни, сворачиваю направо, там как раз гримерки расположены, и застаю картину маслом.
Охрана в прямом смысле слова волокет под руки полуголую девицу, следом гордо вышагивает Степан, а замыкают эту процессию две новеньких стриптизерши с вещами. Я помню их, а вот ту, что сейчас тащат к черному входу – нет.