Маруся Хмельная – Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно! (страница 5)

Но дракон не намерен сдаваться. Пока есть хоть какой-то шанс, он будет бороться за их пару. Пусть в этой паре сейчас только он один.

Когда недовольный Ашшур вошел в кабинет ректора и увидел ненавистного орка, то зашипел и выдохнул в него пламя. Которое вовремя перехватил феникс и укоряюще посмотрел на дракона.

А жаль. Ашшур бы посмотрел, как попляшет орк в его пламени. Не все же с феями танцы танцевать.

Ашшур постарался не вспоминать то, что он пережил недавно по вине орка. Когда почувствовал чужие прикосновения к телу ЕГО суженой и ее легкое возбуждение и пьянящий азарт от какой-то увлекательной игры.

Зная, что сейчас она должна быть с Рагнаром, он старался не думать, что же там у них происходит. Орк хоть и дуболом полнейший, но ему не соперник, он защитник Фейки. Но все прикасания к избранной обжигали дракона кипятком, и он не мог это вытерпеть.

Помчался к ним. А дверь еще и была заперта! Заперта от него! От всех!

Он почувствовал, как Фейка очутилась в чьих-то объятиях, и мозг отказал напрочь. Он просто спалил это тхэрово препятствие между ним и его избранной.

И что он увидел?

Почти голую Фейку… ох, не думать сейчас, не думать, не вспоминать… а то придется накладывать иллюзию на штаны…

И голого орка. Ну, пусть не совсем голого, в набедренной повязке. Его это мало утешило.

Ритуальный танец они танцевали, ага. Нет, орк, ты плохо меня знаешь! Отольются тебе драконовы страдания!

— Прекратите! Оба! — заорал на них злой феникс.

— А я что? Я ничего, — глумливо ухмыльнулся орк, подняв вверх руки.

— Чем ты думаешь, Рагнар? — зашипел на него феникс. — Ты отдаешь отчет своим поступкам? Может, это вам, а не Досифее Мибалмарр стоит учиться обуздывать свои эмоции?

Рагнар не ответил, но по его лицу было видно, что он не раскаивается.

— Рагнар! Ты понимаешь, что ты наделал? Выставил дракона неадекватом перед всей академией, когда про его избранную никто не в курсе, кроме нас троих?

— Я показал лишь его истинное лицо, — ответил орк. — Если дракон не может себя сдерживать, значит, он опасен и ему тут не место.

— Дракон не может себя сдерживать только в одном случае: когда речь о его избранной, — процедил Ашшур. — И если еще раз так поступишь, я спалю всю вашу тхэрову академию, схвачу Фейку и унесу ее к себе. И ты, тхэров шутник, больше никогда ее не увидишь, как и Нангар. А ты объяснишь ему почему.

Орк вскочил, готовый наброситься на дракона.

— Прекратите! — снова воззвал к ним феникс, но понял, что бесполезно, и поставил между ними магическую стену-перегородку. — Нет, ну взрослые же лю… тьфу ты, драконы и орки… а ведете себя как малолетние студенты. Последний раз такую стену мне приходилось воздвигать шесть лет назад. Когда двое студентов не поделили девушку. Вы-то что поделить не можете? Досифея — избранная Ашшура. В чем дело, Рагнар?

— Да какая избранная! — рыкнул орк. — Та, что даже не знает о своем замужестве! Каким путем он ей эту метку нанес? Каким обманом затащил Фейку в постель? Не попросил ее руки у родственников! Не получил разрешения на брак! Обманывает свою суженую! Сдался нам такой зять!

А Ашшур рассмеялся. Сказать бы орку, что это не он затащил его принцессу в постель, а она его. И посмотреть на его вытянувшуюся морду.

Но он не будет, это их с Фейкой дела и их прошлое, в которое он никого впускать не собирался.

— На то была воля богини, — ответил он. — И не тебе с ней спорить. Впрочем, нет, поспорь, — осклабился дракон.

Орк, конечно, не поверил.

— Да-да, вали все на богиню. Всем известно, когда проявляется метка — после проведенной вместе ночи. Ты хочешь сказать, что провести вместе ночь вас заставила богиня? — вздернул брови орк.

— Все было не так, Рагнар. А как, ты уже не узнаешь, потому что после всего, что ты сделал, я тебе ничего не расскажу. Друзьями мы не станем.

— Да больно надо, — обиделся орк. — Ты осквернил нашу принцессу степи. Ты поступил непорядочно. Как вор. Как подлец. Как…

— Остынь, Рагнар! — взревел феникс так, что у обоих заложило уши. Он грозно посмотрел на орка. — Ты даже не удосужился сначала узнать правду. Ты не подумал, что все не так, как ты себе вообразил? И тебе потом придется отвечать за свои оскорбительные обвинения? К тому же когда речь идет об истинной паре, никаких обвинений к ним предъявлено быть не может! Это закон!

Орк насупился и промолчал.

— Ты надеешься никогда не испытать того, что испытал сегодня я? Зря. Ты слишком самонадеян, а богиня таких любит прямо очень-очень, страсть как. А я еще и попрошу обратить ее внимание на тебя, — теперь уже глумливо подмигнул орку Ашшур.

Феникс устало закатил глаза. Нет, ну ладно там студенты. А с этими олухами что делать? И почему он не отправился на покой после последнего воскрешения?

— Послушайте, петухи, — обратился он к ним. — Вы не выйдете отсюда, пока не извинитесь друг перед другом и не заверите меня, что больше такого не повторится. Рагнар, — повернулся феникс к орку, — ты срываешь дипломатическую миссию. Налаживание контактов с драконами очень важно не только для королевства, но и для всего мира. Ты же не против всего мира, правда? — вкрадчиво спросил феникс.

Орк надулся и сцепил руки на груди. Феникс повернулся к дракону:

— Ашшур, научись держать себя в руках. Иначе нам придется расстаться. Не важно, с одним тобой или с тобой и Досифеей. Но студентов академии я подвергать опасности не могу.

— Я понимаю, — кивнул Ашшур.

— Но если Досифея недоучится, — продолжил ректор, — это вызовет недовольство многих влиятельных персон, в том числе и королевских. Надо тебе такое счастье? И не думаю, что твоей избранной пойдет на пользу, если она бросит учебу. Ради безопасности ее придется лишить магии. А для нее она важна. Простит ли она тебе это? Готова ли она заплатить такую цену за твою любовь?

Ашшур знал точный ответ на этот вопрос — нет. Значит, придется сжать зубы и терпеть.

Нехотя, они с орком встали и, не глядя друг на друга, пожали руки. Но оба знали, это перемирие — еще не конец войне между ними.

ГЛАВА 4,

в которой все ломают голову, как вручить подарок так, чтобы его не отвергли

— Итак, заседание по поводу помощи Люсе считаю открытым! — возвестила я, когда все — Алеора, хозяева комнаты Янтар и Кантор, Васим с Ядвигой, Кайл, Эйдан, Мегакрут и Эро-Нах — нашли себе места и устроились с удобствами.

Так как, когда я забралась по-свойски на кровать Янтара, за место около меня началась возня и препирательства. Поэтому мне пришлось пересесть на отдельный стул и теперь как председатель собрания вещала за столом посередине комнаты.

— После обеда мне удалось выудить сведения у самой Люси: в своем мире у нее был жених… — Я покосилась на Мегакрута, а он на меня, задержав воздух на вдохе. — Который дарил ей подарки и считал, что за это Люся должна во всем ему повиноваться. Как говорит Люся, посчитал, что купил ее. А когда они расстались… — Тут Мегакрут шумно выдохнул и поймал насмешливый взгляд демона. — Потребовал все до единого подарки обратно. А когда Люся не вернула ему лишь комплект белья…

— Постельного? — уточнил гном.

Все на него покосились, но поправлять не стали. А я прикусила язык. Зачем вообще надо было вдаваться в подробности, придумала бы что-нибудь другое.

— Конечно, постельного, какого же еще? У них там постельное белье — лучший подарок, дорогое очень.

— Да? Кхм, надо же как, — задумчиво потер бороду гном.

— Так вот, когда она ему его не вернула, он обратился в органы правопорядка, обвинив ее в краже! — закончила я грустную Люсину повесть о неудачной любви и подарках.

— Вот подлец! — почти одновременно воскликнули Алеора с Ядвигой.

— Обломать бы ему рога, — агрессивно добавила демоница.

И в ее случае это была не метафора. У демонов действительно росли рога от измен супругов. А для пылких демонов измена в порядке вещей, поэтому рога были у всех взрослых особей.

Я согласно кивнула. Тут мы выступили единым фронтом, именно это хотелось бы сделать и мне. На лицах парней тоже было осуждение, а на лице гнома праведное негодование.

— Я бы ему, ух! — потряс он кулаком. — Бедная Люся. Теперь понятно, подарок она ни за то не примет.

— Не примет, — вздохнула я. — Как я поняла, единственный, от кого она примет подарок, — это их Дед Мороз.

— Кто это? — спросили все разом.

— Персонаж сказки. Праздник Нового года у них почему-то посередине зимы, и они отмечают его совсем по-другому, чем мы. Я не все запомнила и поняла, но в новогоднюю ночь этот Дед Мороз подбрасывает им подарки под елку, которую на этот праздник ставят дома и наряжают.

— Елку дома? — удивились все.

— Это как? — с недоумением спросила Ядвига. — Это что за дома у них такие, чтобы высокую елку пересадить в дом? А потом что? Пересаживают обратно в лес?

— Не знаю, — развела я руками. — Потом можно поподробней порасспрашивать. Но в любом случае сейчас нам это мало чем поможет. Деда Мороза у нас нет…

— Может, есть? — прервал меня гном. — Может, у них так называется, а у нас по-другому. Кто он, этот Дед Мороз?

— Старый маг, живущий с внучкой на крайнем севере в снегах. Поэтому и имя у него такое. Может заморозить, если кто не по нраву придется. То есть маг льда, получается. С белой бородой и усами, в длинной красной шубе и шапке, еще у него красные варежки.