Маруся Хмельная – Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно! (страница 4)
— Нет, — отрезала Алеора. Она единственная не рвалась обсуждать дракона, с осуждением взирая на сплетников и косясь в мою сторону. — У него самого человеческая ипостась. Как он может есть себе подобных?
— Ну и что? — удивилась Люся. — У нас в мире были целые племена, которые человечиной питались. Каннибалы называются.
Все за столом скривились и уныло посмотрели на ужин. Потом осуждающе на Люсю. Та виновато и заискивающе улыбнулась.
— Вообще-то у нас некоторые племена особо воинственных орков тоже не прочь полакомиться врагом. Это такой ритуал превосходства над поверженным противником, смысл его в том, чтобы забрать себе его силу, — вступилась я за Люсю.
Теперь осуждающие взгляды были обращены в мою сторону.
— Так и я о чем! — обрадовалась поддержке Люся. — А драконы могут есть людей в звериной ипостаси.
— Нет, не думаю, — не согласилась я. Представить Ашшура поедающим людей было невозможно.
— С другой стороны, мы слишком мало о них знаем, — подал голос мой брат Васим и покосился в мою сторону. — Ведь о тех, кто к ним попадал, больше ничего не было известно. Они пропадали.
— А ты не допускаешь такой мысли, что им там понравилось и они просто остались жить? — возразила я.
— Все до единого? Никто оттуда не вернулся, — припечатал брат.
— Мы этого не знаем, — встала на мою сторону Алеора. — Может, вернулись да помалкивают. Это всего лишь слухи.
— Ну да, я не знаю, а ты у нас самая умная, — огрызнулся брат.
Я с удивлением на него покосилась. В последнее время они с Алеорой ведут себя как кошка с собакой. Постоянно препираются.
— Если существует вероятность, что дракон опасен, его должны выгнать из академии, — настаивал брат.
— Что-то я не замечал за Ашшуром неадекватности. Остынь, Васим. Может, у него были на то причины. Мы ничего не знаем, — вмешался Янтар.
Брат недовольно на него посмотрел и ядовито обратился к молчавшему Кантору:
— А ты чего молчишь? Дракон ведь твой соперник!
— Васим! — возмутилась я.
— Слишком мало сведений, чтобы делать какие-то выводы, — невозмутимо ответил Кантор, но бросил на меня задумчивый взгляд.
Чтобы прервать начинающуюся склоку, я обратилась к Люсе:
— Люсь, мы с Васимом и Алеорой сегодня вечером съездим в гости к родственникам. Так что весь вечер комната в твоем распоряжении.
— Хорошо, — кивнула Люся и испуганно покосилась в сторону гнома, сидевшего рядом.
Но тот ее успокоил:
— А у меня сегодня встреча со старым приятелем из гелиодоровских.
Гномы называли свои кланы в честь камня, каменную жилу которого они разрабатывали. Мегакрут относился к клану гелиодоровых, их камнем был желто-оранжевый гелиодор.
— А у нас с Кантором намечается тренировка, после такого ужина надо растрясти жирок. — И Янтар погладил рельефный пресс.
— Я, пожалуй, сегодня лягу спать пораньше, — мурлыкнула Ядвига и выразительно посмотрела на Васима.
Ядвига, демоница, влюбленная в моего брата, не теряла надежды на будущее с Васимом. Хоть он не знал, как отделаться от такого настырного внимания, но ее не волновали чувства возлюбленного, только свои.
Эро-Нах, мой сокурсник, демон с факультета некромантии, ставший другом, уже ждал нас у комнаты Янтара и Васима. По дороге Алеора придержала меня за локоток.
— Как прошла ваша тренировка с Рагнаром? — спросила она. — Чем вы занимались?
— Да как обычно, — замялась я. — Что, ты Рагнара не знаешь? Сто кругов, тысяча отжиманий и подтягиваний.
— И все? — уточнила Алеора, подозрительно прищурившись.
— Ну, не совсем…
— Да говори же, — зашипела подруга в нетерпении.
Я оглянулась, не слышит ли нас кто. В коридоре было пусто. Друзья ушли вперед.
— Мы танцевали ритуальный танец макоко, — призналась я.
Пришлось объяснять Алеоре, что это за танец такой.
— Ну и дела, — покачала она головой. — И зачем это Рагнару?
Я пожала плечами. Сама задавалась тем же вопросом.
Когда его вызвали к ректору, Ашшур сначала не хотел идти. Ну их всех к тхэру.
Но потом подумал: какие у него варианты? Либо убраться отсюда самому, но оставить Фейку без присмотра, что совсем его не устраивало. Как ее оставишь, когда рядом вертятся такие, как Рагнар, Трамарис, Кантор и другие щенки? Либо убраться отсюда вместе с Фейкой.
Этот вариант ему нравился. Но совсем не понравится его суженой. Она хочет учиться. А значит, надо идти к ректору.
Все и так запутано, не стоит запутывать еще больше. Они уже наделали ошибок с Фейкой. Из-за недостойного поведения обоих богиня наказала их связью избранных. Вернее, на тот момент им казалось, что наказала. Его — за то, что он отрицал эту связь и не хотел связывать себя узами брака, тогда как дар избранной пары у драконов считался величайшим даром богини. Фейку — за осквернение священного ритуала брака путем подделки брачной метки истинной пары в виде татуировки, нанесенной на дракона из мести.
Их первая встреча вызвала только раздражение друг другом. Потом были объявлены военные действия. Фейка придумала и привела в исполнение план соблазнения дракона и нанесла метку избранной пары — с той, кого он презирал и ненавидел. Он не признал эту связь.
За это их и наказала богиня. Но потом Ашшур понял, что получил из рук богини награду, великий дар, а не наказание. Дракон получше узнал Досифею и понял, что относился к ней предвзято, теперь все, что в ней раздражало, стало казаться привлекательным, просто раньше он не желал этого признавать. Ему не хотелось влюбляться, не хотелось обязательств, ответственности, было противно подстраиваться под другого, жертвовать своими желаниями и целями. Как тогда сказала Фейка — ему летать была охота.
Он приехал в тот город вместе с Дрейком, главой столичного королевского управления магических и немагических тайных дел, чтобы расследовать одно дело, связанное как раз с Досифеей и Кантором. Кантор соблазнил девушку с помощью приворотного зелья, но уверял, что сделал это под магическим воздействием. Сам бы он никогда не поступил так с той, кого любил. Но ему никто не поверил, так как магического следа местные сыщики не заметили.
Никто не принял во внимание историю семьи Досифеи, зато влиятельные родственницы потребовали раскрыть это дело и привлекли Дрейка и Ашшура. И тогда у них появилась зацепка. Для дальнейшего расследования им надо было съездить в Бекигенг, где и состоялась судьбоносная встреча. Дело еще осложнялось тем, что Дрейк влюбился в Досифею и хотел на ней жениться.
Ашшур узнал о его намерениях, когда они с Досифеей уже к обоюдному удовольствию позанимались любовью и проявилась метка. Пусть ненастоящая, но дракон этого не знал. Он решил уехать подальше от Досифеи, убежать. И не рассказал ничего Дрейку, который строил планы в отношении девушки. Ашшур тогда еще верил, что одного его желания игнорировать связь избранных будет достаточно…
Но когда они с Досифеей встретились здесь, в столице, их неумолимо потянуло друг к другу. Дрейк, узнав об их связи и об обмане, обиделся, и Ашшур потерял его доверие. Он пожалел обо всех своих ошибках, раскаялся, но было уже поздно. Им еле удалось вымолить прощение у Дрейка — на это понадобилось много времени и усилий.
А с Фейкой… Они так и не смогли наладить отношения, слишком много всего плохого стояло между ними. Слишком много ненависти, лжи и неприглядного прошлого.
Но связь давала о себе знать. Они оба стали чувствовать все, что происходило друг с другом. Все ощущения. А Ашшур слыл страстным и пылким любовником, как и все драконы. Правда, с той поры ему, кроме Фейки, никто не был нужен, все его любовницы были лишь суррогатами той, о ком приходилось лишь мечтать. И эта связь стала их мучением и болью.
И тогда он обратился к богине с просьбой переложить всю ответственность за связь только на него: «Я прошу… я умоляю… во всем моя вина, Досифея не виновата. Она маленькая глупая девочка, которая не отвечает за свои действия и поступки… Я — взрослый дракон, признающий свою ответственность. Мне и отвечать. Прошу тебя, всемилостивая, оставь все последствия наших действий мне. Избавь Досифею от всего этого. От боли, от унижения, от попранной гордости. Я виноват, я готов ответить. Прошу, разорви связь. Пусть Досифея будет счастлива. Без меня и моих невольных обид. Назначь плату, я заплачу».
Не сразу, но богиня ответила на его призыв и поставила условие: «Цена твоей просьбы — Досифея забудет о тебе. О вас. Обо всем, что вас связывает. Она начнет с чистого листа, словно тебя в ее жизни не было. Ты согласен на такую цену?»
Невзирая на внутренний протест, Ашшур дал единственный достойный ответ и согласился на условия богини. Самым важным для него стало счастье Досифеи. «Да будет так!» — согласилась богиня. И теперь его избранная не помнит о нем, об их прошлом, об их связи.
Он не удержался, вновь свел с ней знакомство, а чтобы видеться со своей избранной, устроился в академию и стал первым деканом факультета драконоведения. И теперь для нее он просто знакомый дракон Ашшур, куратор и преподаватель.
А после первого поцелуя богиня поставила перед ним новое условие, новую преграду. «Кстати, Ашшур, забыла тебе сказать… Вам с Фейкой нельзя целоваться. Иначе она все вспомнит, и наша сделка отменится», — сказала богиня и исчезла.
И вот теперь он даже не может приблизиться к своей избранной. А через год их связь исчезнет сама собой. У него осталось не так много времени, но как сделать Досифею своей без возможности объясниться, даже если не словами, то хотя бы прикосновениями и поцелуями?