Марцин Подлевский – Возвращение (страница 49)

— Понятно. — Виркс поднес кончик треугольника ко рту, словно готовясь к молитве или медитации. Через мгновение он заговорил: — Дорогое дитя. За последний лазурный год у нас было тридцать три сообщения о Возвращении, включая одиннадцать сообщений от Жатвы. В нескольких случаях мы даже не смогли установить, откуда пошли эти слухи.

— То, что у нас есть, — это вовсе не слухи, — перебила она, но Пограничник пренебрежительно махнул рукой.

— Что нам показалось особенно забавным, так это что некоторые новости о Возвращении были приняты на веру самим Контролем, — добавил он, явно забавляясь. — К Галактической границе отправились спецподразделения КС, обрекая себя на своеобразное паломничество к Лучу. Разумеется, безрезультатно. А все из-за высосанной из пальца информации.

— Я думала, вы именно этого и хотели, — простонала Кирк. — Информации о Возвращении.

— Нет, — возразил пресвитер. — Мы не желаем этого. Мы боимся его. И именно поэтому мы ничего не принимаем на веру.

— А что, если вера не нужна? — спросила она. — Если достаточно фактов? Если Возвращение действительно произойдет?

— Возвращение? Возвращение, моя маленькая, никому не нужно. Важно не само возвращение, а служение в ожидании его наступления. А этого может никогда не случиться. — Видя, что Блум молчит, он взял себя в руки: — Мы — последний осколок Старой Империи. Когда-то давно, когда обитаемых планет было почти столько же, сколько звезд, видимых с Терры, мы были Имперской гвардией, Пограничниками человечества, Защитниками Галактики. Сегодня мы стали всего лишь забытыми хранителями того, что, предположительно, ушло навсегда.

— Довольно фаталистичный подход, — вмешался Нат.

— Тем более мы должны гасить подобные ненужные сенсации, — ответил пресвитер Виркс. — Пограничная Стража должна существовать и выполнять свою миссию. Этого вполне достаточно. Каждый корабль, который приходит к нам, обрабатывается в соответствии с имперскими, вековыми инструкциями…

— Которые ты, наверное, уже даже не понимаешь, — пробормотал Натриум себе под нос.

— …И всех красят в черный цвет, потому что мы просто черные: тень прошлого и мрачный призрак истории. Но эта тень должна выжить, и она выживет, как выживала на протяжении тысяч лет. Именно поэтому мы не можем позволить себе совершать ошибки. Мы — воспоминания, а воспоминания — хрупкие конструкции. Мы не позволим разрушить их ложью.

— Вы намекаете на то, что я лгу? — пробормотала Кирк.

— Я ни на что не намекаю, дорогое дитя, — ответил он, принимая флюид, принесенный Клетом. — Возможно, ты что-то видела… Возможно, тебе показалось, что ты что-то видела. Возможно, ты что-то услышала или неправильно истолковала. Но Возвращение — слишком важное дело, чтобы полагаться на суеверия, слухи и неопределенные толкования.

— Скажите это Гаму, — воскликнула она, поднимаясь со своего места. — Он умер за такие толкования!

Теперь пресвитер молчал. Видя это, Блум продолжила:

— Я не знаю о Возвращении. Мне оно глубоко до черной дыры. Я разбираюсь только в компьютерах. И в анализе данных. И насколько я понимаю, дело простое. — Она оглядела комнату. — У вас тут шикарные экраны, — сказала она. — А есть ли у вас нервноконнектор со считывателем персонали?

Виркс улыбнулся и указал ей на планшет, стоящий в центре внутреннего круга. Она быстро подошла и нажала на него ногой, позволив блоку считывателя высотой около метра выскользнуть из пола.

— Блум… — начал Натриум, но она проигнорировала его. Вместо этого достала планшет персонали и вставила его в щелевое отверстие.

Система тихо заурчала, экраны ожили, и вдруг весь пресвитерий озарился сиянием. Крупнейшее эхо глубокого космоса в Выжженной галактике внезапно ожило фракталами и таблицами данных, и Кирк с удовлетворением отметила, что пресвитер встал, чтобы получше рассмотреть выводимые изображения.

— Это смесь данных, — объяснила она. — Насколько я понимаю, здесь собрана аналитическая информация с ваших кораблей сканирования Луча, корабля Гама и данные Элохимов. Они были несовместимы, что-то подглючивало, и я обнаружила это, когда Гам спросил меня. Вот. — Она подошла и указала на пульсирующую рану Луча, по всей длине которой проходила красная линия. — У фрактала данных произошла пространственно-временная заминка. Вы учли пульсирующее эхо и рассматривали эту штуку как единое целое, но не смогли провести анализ, потому что она гравитационно, а значит, и временно, прыгала сюда, сюда и сюда. — Слегка развеселившись, она указала на другие очаги сверхматематической картины. — Это выливалось в локальные искажения и несовместимость данных. Со временем вы дошли бы до такой точки, когда коллапс данных показывал бы все большую и большую нестабильность, а потом все просто пошло бы к чертям… развалилось бы на части. Проблема была в том, что вы интерпретировали все в постоянной временной структуре, от А до Я, поэтому у вас были возмущения переменных. А здесь нет времени. Приходилось вычислять его. И я вычислила, — заключила она, с удовлетворением повернувшись к пресвитеру.

Однако ироничная улыбка застыла на ее губах, так как Виркс был бледен, как сама смерть.

— Клет, — прорычал пресвитер стоящему рядом с ним Пограничнику, — у считывающего устройства пресвитера есть блокировка передачи данных?

— Нет, пресвитер, — пробормотал младший Пограничник. — Все данные, загруженные в систему, включая подпись прыгуна Пограничника, автоматически отправляются в лекторат.

— Выключи его… быстро! А вы, — шипел Виркс, обращаясь к удивленным Кирк и Натриуму, — оставайтесь здесь! Вы не должны никуда отсюда двигаться! Вы поняли?! — добавил он дрожащим голосом и, к полному замешательству Кирк, побежал к ступеням, ведущим на верхний уровень пресвитерия.

Клет тоже исчез, они даже не заметили, когда.

— Ты все испортила, Блум, — тихо заключил Нат, в то время как видимое на экранах сияние пульсировало красным, серебряным и синим: объявление о некоем открытии.

***

Следующие несколько минут оказались довольно нервными.

Через несколько мгновений после прерванного совещания в пресвитерий вошла группа Пограничников, демонстративно выстроившихся у единственного выхода. Ни у кого из них не было оружия, но Кирк искренне сомневалась, что они остались бы в стороне, если бы она или Нат попытались покинуть помещение. Обойдя вокруг, она в какой-то момент шагнула к ним ближе и заметила, как они напряглись в почти боевой стойке. Только тогда она вздохнула и вернулась на свое место. Села и подперла подбородок переплетенными руками.

— Что теперь? — полусерьезно спросила она. — Они получили какое-то обновление, не так ли? Мы прорвались через брандмауэр, а они получили отсрочку?

— Если использовать твою номенклатуру, то ты скорее отформатировала их систему, — довольно остроумно заметил Нат.

— Они никогда не выпустят нас, — сказала она. — Они будут здесь через минуту, будут нести всякую чушь, а в конце поставят нас перед выбором: либо Орден, либо смерть.

— Слишком много голофильмов, Блум.

— Конечно. Как насчет пари, ваше высочество? Эй, вы там! — Кирк повернулась к Пограничникам. — Один из вас мог бы сходить и принести нам что-нибудь покрепче. Мы и так испытываем большой стресс из-за вас! Пресвитера тоже прихвати, а то он выглядел так, будто кто-то довёл его до самой черты!

— Да ладно, Блум, — вздохнул Нат.

— Что еще мы должны делать? Наверняка они уже пытаются проникнуть на корабль, и Тетка так просто их не пустит, а если придется, то она сама выпустит что-нибудь в эфир, прежде чем они ее прихлопнут, — заметила она. — Кстати, я подправила систему, так что им будет сложно даже попасть на корабль. А если они и попадут, то не смогут ничего удалить, как бы им этого ни хотелось. Им придется нанять генохакера.

— Где у тебя хранятся данные?

— Зашифрованы в Сердце «Темного кристалла», но их можно выудить даже из ЭМИ, — сообщила она, понизив голос. — И в моей персонали, ты же видел, в конце концов.

— Эти данные должны попасть на считывающее устройство, — сказал он. — Оттуда их нужно передать, и как можно скорее.

— Разве ты не слышал этого чопорного деда? «Возвращение слишком важно, чтобы полагаться на слухи», — сказал он. «Возвращение никому не нужно». Ушед… нет, вообще-то это устарело… Нат, в конце концов, это типичное самоуправство ради сохранения места, разве ты не видишь? Вместо того чтобы ждать Возвращения, они лучше полетят на напастных черных кораблях, просканируют Лучи для себя и будут поддерживать все это обязательными налогами для Пограничников. В конце концов, для этого должны быть специальные налоги. Это как четвертая секта, поддерживаемая Согласием. — Она фыркнула. — Возвращение означало бы конец Пограничников.

— Сейчас на карту поставлено нечто более важное, чем их выживание, — признал Натриум. — Если они не согласятся отправить данные, мы будем контролировать пресвитерий и лекторат. Мы отправим сигнал обновления на все черные корабли.

— Ты не можешь говорить об этом серьезно, — простонала она, с недоверием глядя на принца в черном капюшоне. — Ты действительно веришь, что я какая-то героиня Выжженной Галактики?

— У них нет оружия, — спокойно заметил Нат. — Это запрещено эдиктом. А у тебя есть.

— Это не вариант, ваше высочество! — Она ответила чуть громче, чем намеревалась. — Хочешь, я взломаю систему? Нет проблем. Сразиться с Пограничниками, чтобы взломать систему? Ни за что.