Марцин Подлевский – Возвращение (страница 2)
— Закрыта для Ордена? Магистр Отец Теро будет недоволен. А маршалы Континуума?
— Они не появятся. Совет подчеркнул, что встреча не носит военного характера.
Эверетт кивнул, пробормотав невнятную благодарность. Служительница попрощалась и исчезла.
Все они. Самые могущественные люди в Выжженной Галактике, не считая маршалов. И секта. Не хватало только представителя Элохимов, но они никогда не проявляли особого интереса к делам Совета. В любом случае, речь идет о чем-то большом, решил Стоун. Что-то из этого выйдет. Может быть, еще один вооруженный конфликт?
Недавние сражения в Выжженной Галактике не затронули Федерацию, простиравшуюся от 250 до 110 градусов галактического обода, известного также как Северный обод, в центре которого находился Терранский сектор Солнечной системы, значительная часть Ближнего Рукава Трех Килопарсеков, Рукав Ориона, Рукав Персея и Внешний рукав. Лазурь находилась на условной границе пересечения влияния Федерации и Лиги — так называемой Западной линии под углом 250 градусов, непосредственно перед зоной Западного кольца, принадлежащей Лиге и простирающейся до нулевого градуса (на картах также обозначаемого как градус 360) на галактическом юге по умолчанию. То, что оставалось — то есть Восточное кольцо, занимающее территорию от нулевого градуса до градуса 110, — было занято Штатами.
Последние сражения, насколько помнил Эверетт, происходили на галактическом юге, в районе Стрельца — на остатках его Рукава и половины Рукава Креста, между прожорливой Лигой и голодными Штатами. Что ж… было из-за чего воевать. Различные области Триумвирата Согласия, называемые Секторами или Ободами, могли быть неодинаковы по размеру, но дело было не в размере, а в количестве жизнеспособных систем; а в этом конкретном секторе их было довольно много, и некоторые из них почти вплотную прилегали к границе, установленной на Южной линии.
Хорошо, давайте сделаем это спокойно. Для начала ему следовало внимательно изучить документы. Одно можно было сказать точно: речь шла о вкусностях.
Тански, решил он. Он не мог этого вынести, хотя и обещал перестать рыться в документах Потока. Наверняка это он что-то подсунул! Мы должны были контролировать его, а он сбежал куда-то во Внешние системы. Что натворил этот галактический болван? Изменил местоположение Обода?!
О, Ушедшие… Если этот псих действительно что-то сделал, а Контроль не проследил за этим, то мне больше чем конец! Они перетряхнут мою биографию и доставят меня в Штаты, в тюремные системы Креста, а Сидия окажется в каком-нибудь борделе на галактической границе!
Успокойся, сказал он, вытирая внезапно вспотевший лоб. Просто успокойся.
Во-первых, это может быть совпадением. Материалы свидетельствуют о том, что некий Миртон Грюнвальд, капитан прыгуна «Лента», незаконно завладел неким технологическим реликтом времен Машинной войны. Он сделал это в системе Аид во Внешнем Рукаве, под юрисдикцией приграничного княжества Гатларк… в зоне влияния Федерации, где-то на галактическом севере. Там оказалась Нокс, которая якобы знала о реликвии (неужели Динге все-таки что-то нашел?!), и какой-то эсминец княжества. На «Ленту» было совершено нападение… Подождите, и ради чего? Стоун углубился в документы. Ах да. Похоже, Контроль пытался перехватить ее и Грюнвальда, а затем перескочил в соседний сгоревший сектор 32С. Что ж, по крайней мере, подпись под документами была понятна… Оказалось, что стрипсы тоже были там — и все пошло наперекосяк.
Артефактом заинтересовалась Секта, а также эсминец Контроля и военные силы Согласия, прибывшие на место в виде крейсера и эсминца. Оба корабля находились под юрисдикцией Федерации. Эсминец Гатларка тоже прыгнул туда… тут-то все и началось.
Произошла стычка между силами Княжества, Контроля и Согласия, и силами Стрипсов. В разгар всей этой суматохи Грюнвальд вошел в сектор NGC 1624, на окраине которого находилась червоточина, ведущая вглубь Рукава Персея — или, точнее, в NGC 637, Транзит Персея, расположенный примерно в восьми тысячах световых лет от фокуса всех галактических расчетов, легендарной выжженной Терры. Таким образом, дело казалось решенным: силы Согласия уже ждали Грюнвальда в Транзите.
Единственная проблема заключалась в том, что «Лента» так и не добралась до NGC 637.
Она влетела в глубинную дыру в NGC 1624, но, похоже, затерялась в Глубине. Таким образом, дело зашло в тупик. Естественно, поднялась большая шумиха. В ходе акции погибли люди — в частности, был уничтожен корабль Контроля, оснащенный экспериментальной червоточинной пушкой.
Что ж, красиво.
Тогда для чего встреча, если дело уже закрыто?
Слухи, прочитал Стоун. Неподтвержденная информация о появлении «Ленты» в Рукаве Персея. Дело было возобновлено. С приоритетом. Интересно…
Ладно, признал он. Расстраиваться не из-за чего. Главное, в отчете везде написано: Грюнвальд, Грюнвальд, Грюнвальд. Нигде не указано, что Тански — главный виновник неразберихи. Он был просто членом команды прыгуна. Поэтому причин для беспокойства нет. Если я умело сыграю, то, возможно, дело выгорит. Даже если прыгун найдут, его отправят в небытие вместе с проклятым компьютерщиком, а машинную реликвию занесут в таблицу «потерь». Каким-то образом это выгорит. Если бы только…
Но это был еще не конец. Документ оборвался на середине, и на карточке замелькали веселые компьютерные буквы:
СЛЕДУЮЩАЯ ЧАСТЬ ОТЧЕТА БУДЕТ РАСКРЫТА ПОСЛЕ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ КОДА ДОСТУПА К КРБ.
Код доступа? В сверхсекретном документе? Неужели все сошли с ума? Эверетт пожал плечами и постучал пальцами по нацарапанной на карточке клавиатуре, которая замигала зеленым, открывая следующий кусок текста.
ВНИМАНИЕ: СЛЕДУЮЩАЯ ЧАСТЬ ИНФОРМАЦИИ ИМЕЕТ ПЕРВЫЙ КЛАСС СЕКРЕТНОСТИ! ЧТОБЫ ОЗНАКОМИТЬСЯ С ЕЕ СОДЕРЖАНИЕМ, ВВЕДИТЕ КОД ДОСТУПА К СИСТЕМЕ КРБ И ПРИЛОЖИТЕ БОЛЬШОЙ ПАЛЕЦ К ОТМЕЧЕННОЙ ОБЛАСТИ ДЛЯ ПРОВЕРКИ ГЕНОВ.
Какое-то безумие, подумал Стоун. Ему вдруг стало холодно. Ушедшие! Тански, во что ты меня втянул? Его рука начала слегка дрожать, когда он ввел код и приложил палец к считывателю генов, установленному в документе. Клавиатура исчезла, и на ее месте появилась масса мелкого шрифта, предваряемого словами, от которых сердце Эверетта забилось в груди, как птица в клетке.
ПОДТВЕРЖДЕН МАШИННЫЙ РИСК — гласила надпись.
И Чужаки вскочили и заиграли на своих скрипках, подумал испуганный Стоун.
Это конец моей карьеры, понял он. Они начнут расследовать все, причем досконально, и тогда всплывет история с Тански. Если дело связано с машинным риском… момент… активированная Машина времен Машинной Войны?! Где-то в Выжженной Галактике летает настоящая чертова Машина?! Да еще и четвертой степени!
Согласие этого так не оставит, понял он во внезапной, болезненной вспышке. Они сделают все, чтобы заполучить эту штуку. Триумвират будет реветь в голос, а Клан… ну, в общем, сходить с ума. Великие мира сего не допустят, чтобы хоть один волос упал с головы кого-либо с «Ленты». Все дело в том, чтобы захватить их и тщательно просканировать их мозги.
Сначала, в силу подписанных соглашений, до них доберется Контроль, а потом и Научный клан. Если им повезет, от них быстро избавятся. Если нет — их будут изучать до конца жизни как субъектов, имевших тесный контакт с активированной Машиной. Не говоря уже о том, что они будут потенциально опасны как свидетели захвата Машины Согласием. Как бы то ни было, но ожидать следует одного: Совет сделает все, чтобы захватить ее. И сохранить это дело в тайне.
Уголовные параграфы ясно говорили: машинный риск карается смертью. Если кто-то собирался создать некастрированный ИИ или Машину, слишком похожую на старые экземпляры, ему грозило уничтожение. Но дело обстояло совсем иначе, когда речь шла о настоящей Машине времен войны. Подлинная технология, созданная Единством! Уникальная в своем роде во всей Выжженной Галактике! Бесценная… Если ее захватить и изучить, секреты, которые она скрывает, могут повлиять на баланс сил Триумвирата.
Вряд ли мне удастся поймать хоть одного члена экипажа, если Единство захватит прыгун, понял Эверетт.
Если я не хочу, чтобы сделка с компьютерщиком стала известна, мне нужно уничтожить «Ленту». Отлично. Только как?
Дело Тански было крайне неудобным для Контроля и для Клана. Если не принимать во внимание мою собственную сделку с ним, то, освободив компьютерщика, мы затеяли слишком рискованную игру. Клан хотел проследить за ним в его «естественной среде», чтобы выяснить, как он стер свои данные из Потока. Контроль хотел того же. Все эксперты в Выжженной Галактике утверждали, что стереть себя из Потока абсолютно невозможно. Вскоре после того, как анализ ПсихоЦифра показал, что компьютерщик не сдается и ничего не говорит, а сканирование сознания может свести его с ума и привести к потере ценных данных, я освободил его по просьбе Клана, который пришел к соглашению с Контролем. Единственная проблема заключалась в том, что я освободил его без Контроля. И сделал это в обмен на теплое местечко, которое он мне организовал. После этого оставалось только пожать плечами. Он сбежал? Да, но что поделаешь, когда имеешь дело с компьютерным гением…? Это объяснение удовлетворило и Клан, и Управление. А что им оставалось делать? Все они были в равной степени вовлечены в это дело, которое вызвало последствия, но не нарушило их внутреннего соглашения.