Марцин Подлевский – Возвращение (страница 116)
Так что не верьте им. Не позволяйте механическим подражателям стать равными своим создателям, потому что вы разрушите будущее человечества. Мысли Машин холодны и мертвы, а их планы никогда не меняются. Поэтому Единство нужно уничтожить.
Путешествие предстояло долгое, даже с учетом дыр и глубинных искр. Отлетев от Звездной Щели — точнее, от окрестностей h Персея, открытого скопления NGC 869, — они должны были преодолеть более тридцати тысяч световых лет, чтобы достичь Лазури. Они направлялись к границе скопления Мессье 62, известного также как NGC 6266, которое находится в созвездии Змееносца. И именно там, за границей восьмидесяти девяти звезд типа RR Лиры, Лазурь плыла в Mare Stellaris — настоящем море звезд Ближнего рукава Трех Килопарсеков, окутывающем ядро Выжженной Галактики.
Из двух зол это было гораздо лучше, чем первая: лететь вместе с К-флотом к одному из наспех созданных пунктов сбора, условно названных Глубинными Путями. Вместе с синхронизацией потока «Единство» передавало данные своей галактической карты, которая уже впитала все галактические кристаллы и херувимы, дрейфующие над галактикой и принадлежащие человечеству. Таким образом, они смогли определить количество и расположение дыр и искр, которые должны были стать первыми стратегическими точками во время Второй Ксеновойны, уже неофициально известной как Война Консенсуса, Конфликт Понимания или Натиск.
— Это единственное, что я могу предложить, — объяснил им Пикки во время последней встречи. — Транспортировка Джареда и всех вас на Лазурь или немедленная милитаризация прыгуна «Лента» и его экипажа. Нет нужды говорить, что эта … милитаризация может означать приказ о транспортировке Джареда на Лазурь. — добавил он, слегка улыбнувшись. Грюнвальд не ответил улыбкой на улыбку. — Что ж… возможность лететь в столицу Согласия, не подвергаясь допросам, гораздо лучше, чем отправка на линию фронта. Вы согласны, господин капитан?
Миртон не ответил. Он не сомневался, что — теоретически — они летели в самое охраняемое место в Выжженной Галактике, за десятки тысяч световых лет от контролируемого пришельцами Внешнего Обода… а его экипаж заслуживал длительного, пусть и вынужденного отдыха. Полет на полностью отремонтированном и модернизированном прыгуне мог бы обеспечить им такой отдых, тем более что выходить из стазиса им придется довольно часто — учитывая необходимость обычного освещенного полета к локационным буям, разбросанным по маршруту.
Кроме того, было кое-что, что делало вариант путешествия к Лазури более привлекательным. На протяжении примерно трех с половиной тысяч световых лет им предстояло лететь в компании поврежденных кораблей К-флота, которым было поручено добраться до ближайших военных верфей. Однако оставшуюся часть пути им предстояло преодолеть в одиночку.
Надежды сорваться с поводка быстро развеял Тански — чуть более неразговорчивый и ворчливый, чем обычно.
— Шансов на это нет, — уточнил он, медленно вдыхая неоникотин. — Все дело в синхронизации Потока. Подозреваю, что «Лента» в настоящее время является самым наблюдаемым кораблем во всей Выжженной Галактике… причем в реальном времени без задержек. Они узнают о нашем местонахождении быстрее, чем мы сами.
— Всегда остается импринт, — пробормотал Грюнвальд. Хаб неохотно кивнул.
— Да, но я бы не стал особенно на это рассчитывать. Капитан может управлять кораблем… или даже Машиной. Но вы не можете управлять Потоком… по крайней мере, синхронизированным. — Он громко хмыкнул и затянулся сигаретой. — Никто не сможет этого добиться. Теоретически.
— Что: теоретически?
— Ну, может быть, какая-то возможность сорваться с поводка существует … но мне нужно время, чтобы обдумать эту проблему.
— Оно у вас будет, — пробормотал Грюнвальд. — Полет займет некоторое время.
— И снова за работу, — вздохнул Хаб, на мгновение впадая в свою обычную прежнюю веселость. — Бедный старый Тански…
— Ты справишься, — заявил Миртон и, к своему собственному удивлению, протянул руку и похлопал Хаба по плечу. Компьютерщик замер, но никак не отреагировал. Он просто вдохнул воздух, уставившись куда-то в пространство. — Ты справишься, парень.
***
Уже на третий день путешествия они напились.
После прыжка к GSC OB6 — небольшому скоплению звезд в туманности Синдбада с нестабильной глубинной искрой — Миртон позвал всех, включая выздоровевшего Месье, в капитанскую каюту, открыл обширный бар и вручил каждому по бутылке миндального виски. Сначала пили за капитана. Затем за все еще больного астматика, которого Миртон намеревался передать лучшим специалистам на Лазури. Потом — к некоторому удивлению для себя — за капитана Пикки Типа, который, в конце концов, сдержал данное им слово. А потом — за Кайта Тельзеса, который спас их от нападения стрипсов. После Кайта как-то полетело, и они даже не поняли, когда выпили за экипаж «Драконихи» — что было не слишком удачной идеей, потому что это их немного угнетало, — и снова выпили за действия, которые Харпаго совершил на станции Палиатива. После этого они пили за все и всех, и, откровенно говоря, их это вполне устраивало.
— Этот засранец выглядел точно так же, — бормотала Пинслип, прислонившись к кивающей Эрин, которая уже в шестой раз слушала то же самое, что с маниакальным упорством повторяла Вайз. — Прекрасно… Маленький принц, Напасть его матери. Точно так же. Выглядит. Он дума… ты знаешь, что я… но я нет. Машшшина.
— Да, — согласилась Хакл и сделала солидный глоток миндального виски. — Конечно… Конечно. Конечно. Ну, да.
— Я сделал это… я! — ревел в углу совершенно пьяный Месье, поддерживаемый не менее пьяным Миртоном. — Не сдел… не сделал. Он был бы мертв. Я должен был…!
— Тише, — бормотал Миртон. — Не кричи…
— Из-за меня… меня… идиот! Кретин…
— Да ладно… мир. Выпей.
— Я выпью, — бормотал Месье. — Я буду пить.
— Тогда пей.
— Я выпью, — согласился механик, повернувшись к сидевшему неподалеку Джареду. — Пей, машина.
— Спасибо, — ответил Джаред, единственный разумно трезвый человек во всей компании. До этого он также влил в себя целую бутылку и обнаружил, что это вызывает загадочное «запутывание логических путей». — Я пью. У меня загадочное…
— Ты уже говорил.
— Я пью. У меня загадочное запутывание логических путей. Это понятно. Во мне содержится биологический элемент, соединенный с…
— Ты уже сказал! Чертова машина. Пей, Маш, — бормотал Месье, впихивая ему в руку очередную бутылку из открытого бара. — И не говори мне, что ты… что я не… не давал.
— У меня загадочное, — начал Джаред, опрокидывая бутылку, — запутывание. Путей. Логических.
Единственным молчаливым человеком во всей компании был Тански. Компьютерщик пил медленно, словно не участвуя в самом процессе. Он вливал в себя миллилитры жидкости, как дозы дурманящего яда. Наконец он встал и очень неуверенным шагом направился к Сердцу.
Там он уселся с опустевшей на три четверти бутылкой и выбрал последний список отчетов, который высветился корявыми буквами на выпуклом зеленом мониторе.
АНАЛИЗ НЕОБХОДИМОСТИ ВМЕШАТЕЛЬСТВА ЗАВЕРШЕН
АСТРОЛОКАТОР ВАЙЗ — 15 %
ПЕРВЫЙ ПИЛОТ ЭРИН ХАКЛ — 13 %
БОРТОВОЙ МЕХАНИК МЕСЬЕ — 18,5 %
КОМПЬЮТЕРЩИК ХАБ ТАНСКИ — 100%.
— Сто процентов, — пробормотал он про себя, опрокидывая бутылку. — Сто процентов дерьма. Хорошо.
Он склонился над клавиатурой и добавил:
ПРЕДОСТАВЬ АНАЛИЗ НЕОБХОДИМОСТИ ВМЕШАТЕЛЬСТВА ПО ПОВОДУ: ДОКТОР ХАРПАГО ДЖОНС/КАПИТАН МИРТОН ГРЮНВАЛЬД/ОРУЖЕЙНИК ДЖАРЕД.
ПРОСЬБА УТОЧНИТЬ ЗАПРОС, — высветила система. Тански почесал подбородок. Он совсем забыл о палочке.
— Все-таки они связаны, — пробормотал он, отставляя бутылку. — Машина, капитан и, наверное, доктор. Сканирование. Да, персональное сканирование. Хорошо. Подожди, червячок.
Он начал искать записи о недавних подключениях — как через порты доступа, так и через стазис-инъекции, связанные с компьютерной системой «Ленты». Под влиянием импульса он также ввел данные из АмбуМеда — правда, с избытком, поскольку не представлял, как отреагирует аналитическое программное обеспечение Стрипсов. Только увидев надписи ДАННЫЕ ПРИНЯТЫ и АНАЛИЗ В ПРОЦЕССЕ, он откинулся в кресле и достал палочку.
Глядя на медленно растущую шкалу прогресса, он даже не замечал, что его рука дрожит.
***
Вайз вырвало только после четырех часов вечеринки, в уединении собственной каюты, прямо в слив душевой микрованны.
Все вовремя переместились в столовую, расставив на большом столе алкоголь, закуски, кофе, настойки, флюид и напитки. Месье откуда-то наколдовал музыку, и по внутренней связи полетели новейшие мелодии, всасываемые Потоком. Не было недостатка и в голо. Голоэмиттер столовой показывал дюжину анимаций: эротические сообщения, покрытые золотым конфетти из вспыхивающих голограмм, призраки танцующих женщин и раздетых мужчин, фрагменты развлекательных программ и гипнотизеров, превращающих «Ленту» в одно большое место для вечеринок.
После жалких попыток механика, затащившего Эрин Хакл на танцпол, Вайз поняла, что — по крайней мере, на данный момент — с нее хватит. Такой концентрации спиртного не выдержала бы даже персональ. Поэтому после короткого танца с Миртоном, который так сильно прижал ее к себе, что она едва не потеряла сознание, она пробормотала невнятные извинения и эвакуировалась за пределы столовой, но не с вечеринки — накладывающиеся друг на друга потоки голо и звуков заполнили весь корабль, включая коридоры. Она стремительно пронеслась по ним, в последний момент добравшись до своего уединения.