Марцин Подлевский – Возвращение (страница 101)
В зале раздался ропот. Его, конечно, ожидали, но думать об этом и слышать было не одно и то же. Приложить руку к выгоранию Выжженной Галактики: это звучало как богохульство.
— Во-вторых, — продолжил маршал, — есть небольшая вероятность, что атака будет мгновенной. В этом случае пришельцы быстро преобразуют ближайшие планеты, чтобы затем отступить с них, не создавая плацдармов в занятых таким образом системах. Консенсусу нет смысла уничтожать планеты, если у него есть такая эффективная техника ксеноформирования. Поэтому, с его точки зрения, стоит отступить с преобразованной планеты, чтобы вернуться на нее в более удобное время. — Маршал Континуума на мгновение замолчал, прежде чем наконец сказал: — И, наконец, тактика номер три, которая также кажется вполне правдоподобной. В случае стратегии номер три Консенсус не отступает, а укрепляет завоеванные плацдармы, оставляя там часть своих сил, и почти сразу наносит удар по Внутренним системам.
В зале поднялся ропот, и спикеру Этериону пришлось попросить всех успокоиться.
— При такой стратегии ксеноформирование не произойдет, — подхватил Хо Мато. — Время очень важно. Такая атака должна быть проведена как можно быстрее, пока противник не оправился от неожиданности и не организовал эффективную защиту. У этой тактики будет только одна цель: уничтожение флота Согласия, независимо от его принадлежности к Галактическому ободу. На первый взгляд, третье решение кажется нам хаотичным, в основном из-за широко разбросанных точек атаки. Однако со стратегической точки зрения оно было бы экономически эффективным, поскольку заставило бы человечество отвечать по всей галактической плоскости и тем самым не позволило нам сконцентрировать свои силы. В этом третьем случае синхронизация потока, предложенная Машинами, является нашим самым важным, если не единственным, преимуществом. Это — и знание точек, по которым враг хочет нанести удар.
— Вы хотите сказать, — поднял брови Зен Картуа, — что мы обладаем такими знаниями?
— Разумеется. — Маршал кивнул головой. — Мы должны исходить из здравого смысла, что это окрестности всех возможных выходов из дыр и искр глубинного мира. Поэтому вторым нашим одновременным шагом должно стать скорейшее перенаправление сил обороны в эти районы.
— А первый ход?
— Это вышеупомянутый точечный удар, который должен атаковать армаду Консенсуса с единственной целью: уничтожить как можно больше имеющихся у нее ксеноформеров.
— Господин маршал… — Картуа помрачнел, — вы, наверное, шутите? Атака на эту армаду? В то время, когда нам нужны все наши силы для защиты Внутренних систем?
— Я не привык шутить в военных вопросах, — сухо ответил Хо Мато. — И я не говорил, что именно мы нападем на нее.
— А кто бы это мог сделать, с такой-то Напастью?
— Машины, — спокойно ответил старый маршал Континуума, не обращая внимания на последовавшее за его заявлением молчание. — Единство. Кто же еще?
***
Мы не договоримся, с горечью констатировала Мистери Артез, когда был объявлен получасовой перерыв. Время идет, Единство вот-вот потребует от нас ответа. Но эти люди… Напасть, мы не в состоянии найти общий язык.
Это прошлое, подумала она, садясь на закрытый унитаз в душевой. Мы ограничены прошлым. Это видно по Зену: от одной мысли о слиянии флотов Триумвирата в один Картуа разлетается на куски. Проклятый Триумвират длится уже несколько сотен лет, а на границах все еще неспокойно. Мы проплываем жалкие несколько парсеков, в то время как большая часть миров все еще похожа на кладбища, а Приграничные княжества ведут свои внутренние войны.
Ну, да, княжества. Хватает признаков того, что княжеств больше нет. Она горько улыбнулась и достала спрятанную в сумке палочку с адренодофамином. Проблема решена.
Она понятия не имела, как на них давить. Ей не хватало точки опоры. Одного страха вряд ли будет достаточно. Они боялись и Чужаков, и Машин. Она и сама их боялась. Смотрела на Хлою. Девушка стояла рядом с ней в Зале совещаний, и Мистери видела ее страх, совсем не похожий на их страх. Хлоя боялась чего-то реального. Смерти и — возможно — конца человеческого рода. А они… Они просто боялись действий. Ведь было очевидно, что Госпожа Лиги и Гегемон Штатов рассчитывали на вариант номер один. Галактическая война, длящаяся несколько столетий, а может, и дольше. Межсистемные сражения на каждый световой год, а представители Согласия будут эффективно скрываться и умирать от старости в теплых постелях, передавая эстафету войны своим преемникам. Такое видение им импонирует. Оно также подходит Зену. И подходит Мистери. Концепция войны, которая длится так долго, что становится реальностью, повседневной жизнью, но при этом остается чем-то туманным, происходящим на другом конце Выжженной Галактики.
Если только не победит вариант номер три. Немедленная атака после создания плацдармов. Она чувствовала, что именно так и произойдет. Консенсус прилетел не для того, чтобы закрепиться и завоевать свое место в Галактике. Они просто хотят уничтожить человечество… хотя снова и снова, как сообщали передачи, они говорили о мире.
Согласие — это не старая Галактическая Империя. Император на Звездном Троне протягивал руку, и целые армады летели и отдавали свои жизни по его приказу. Лига, Федерация и Штаты больше походили на кучку конфликтующих политиков, которым начали поджаривать задницы, и Артез это прекрасно понимала.
У нее не было ничего, чем она могла бы убедить их принять предложение Машин. Хуже того, она и сама не знала, подойдет ли ей такое решение. Кто может знать, что они задумали на самом деле? Им нужна была информация, а не запуганная Посланница, которая, возможно, находится в руках Единства и читает с голоэкрана. Им нужен был достаточно объективный взгляд на ситуацию. Им нужно…
Нетронутая палочка светилась и выпускала слабую струйку дыма, а Мистери Артез сидела на закрытом сиденье унитаза, тупо уставившись в пространство. Она не знала как, но внезапно все начало становиться на свои места, лишь боялась, что эта мерцающая структура вот-вот развалится.
Синхронизация потока, подумала она. Немедленный контакт, без промедления. И еще: возможность достаточно объективно анализировать действия Единства.
Нужно было торопиться.
Она встала, все еще несколько неуверенно, и вышла в коридор.
— Хлоя, — обратилась она к беседующей неподалеку секретарше, — мы идем в зал.
— У нас еще пятнадцать минут перерыва. Там никого не будет, только технический персонал…
— Мне нужны только техники, — ответила Мистери и ускорила шаг. Хлоя кивнула. К этому времени она уже привыкла к склонности советницы Федерации действовать быстро, иногда непонятно, но эффективно.
Они прибыли на место спустя всего две минуты. Вокруг круглой голостанции еще светились пятна, проецируемые голоэмиттерами, хотя люди, которых они должны были показывать, на данный момент находились вне зоны видимости камер. Артез, даже не останавливаясь, обратилась к одному из техников.
— Связь? — спросила она и, когда тот утвердительно кивнул, сказала: — Мне нужно дополнительное звено. И немедленно.
— Конечно, советник.
— Хлоя, найди мне нашего Маршала Континуума. — Мистери повернулась к секретарю. — Передай ему, что он нужен немедленно. Добавь, что мне требуется знать местонахождение К-флота. Если он сможет, пусть начнет вызывать их еще до того, как доберется сюда.
— Да, конечно… — ответила несколько удивленная Хо.
— Скажи ему, что это очень важно и что нам нужно немедленно связаться с ними, — уточнила Артез. Хлоя кивнула. — Желательно с капитаном Пикки Типом.
— Вы имеете в виду захваченную «Ленту»?
— Именно так. Сам проклятый прыгун и Машину Четвертой Степени на его борту, — твердо ответила Мистери. — Съешь меня Напасть, если я не сделаю все возможное, чтобы Совет поговорил с ней прежде, чем мы примем решение.
7
Распад
Глубина — это истина.
Глубина — это откровение.
Доктор Харпаго Джонс хранил невозмутимое молчание.
Он все помнил и слышал. Он видел кровь Палиатива, стекающую по стволу инъектора. Чувствовал потрясение Ока и его гибель. Знал, что его затолкали обратно в корабль, и осознавал — в полубессознательном состоянии — что упал на пол.
Все это не имело значения. Просто были образы и события, проносящиеся мимо, как голопроекция. Важно было другое: прохлада и тихая песня Глубины, окружавшая его нарастающим льдом.
Остальные члены экипажа не интересовались его состоянием. У них на уме было что-то другое. Хаб почти сразу же побежал к Сердцу, а Миртон, аккуратно усадив Хакл в стазис-навигаторское кресло, занял место второго пилота, пристегнул ремень безопасности и подключился к навигационной консоли.
— Импринт все еще здесь! — крикнул он. — Они немного напортачили, но мы доберемся. Джаред, покинь консоль и лети в оружейку.
— Есть.
— Месье?
— Я здесь.
— Инженерный отсек.
— Уже.
— Получила локационные буи, — объявила Пинслип, сидевшая в своем кресле. Пальцы девушки бешено бегали по консоли. — Тански!
— Да?
— Есть шифр для буя?
— Все в Сердце: они ввели нас в курс дела. Настраивай!
— Уже, — воскликнула она и подтвердила настройки пилотирования. — Готово.
— Отлично! — Миртон взялся за рукоять управления. — Запускаем! — «Лента» отсоединилась от креплений Ока и устремилась в космос. Доктор заскользил по полу, пока антигравитоны не стабилизировали притяжение внутри прыгуна. Он едва избежал столкновения с каким-то выступом, но вставать ему не хотелось. Ему было очень хорошо.