Марцин Подлевский – Натиск (страница 89)
О ее происхождении мало что было известно. Говорили, что ее создали не Машины, а Старая Империя. Поэтому она не была похожа на современные станции — скорее на огромную платформу, покрытую большими пузырями неостекла и зонами магнитного поля. С расстояния она напоминала многорукую звезду, золотую, с оттенком зеленого цвета Лиги. Но ее свет угасал. Она дрейфовала между звездами, с трудом сопротивляясь неожиданной атаке Премашин.
Алаис Тине, бывшая Госпожа Лиги, ныне занимающая должность консультантки Западных сил, отреагировала необычайно быстро. Как только начался хаос, она подбежала к Пробужденной Маршалу, толстой Еве Тисс, и вонзила меч ей в горло. Ад, который разразился потом, она помнила как сквозь туман. А точнее: сквозь красный туман войны, которому позволила увлечь себя.
В Лиге, якобы уходящей корнями в военные традиции Старой Империи — возможно, даже в ее Длани — сражение было смыслом жизни. Поэтому Алаис не колебалась и, как только удалось взять под контроль ситуацию в Штабе Синхронной Стратегии, отправилась с отрядом завершить усмирение. Предпочитаемая ее Ободом чистота тела и духа не давала больших шансов Единству, а Пробужденных было немного. Однако это не меняло того факта, что продвинутые компьютерщики и генокомпьютерщики Обода разорвали связь с остальными ШСС; что еще хуже, их убили первыми. Это был не очень умный ход — эдилы, как их еще называли, могли заблокировать связь, а значит, могли и восстановить. Что ж, единственное, что сейчас оставалось Лиге, — это широкий луч. И данные, которые Алаис успела увидеть в ШСС Штатов.
— Восточные силы предали нас! — крикнула она некоторое время назад в голоэмиттер. — Акихито напал на маршала Хо Мато! Повторяю: предательство Восточных сил!
На этом передача закончилась. К сожалению, она не успела добавить, что та же участь постигла и ее собственную маршала.
— Госпожа! — к ней подбежала одна из личных бойцов. Видимо, в момент опасности Алаис быстро перестала быть «консультанткой». Девушка, одетая в серебряные доспехи сигниферки, выглядела уставшей, но не испуганной. — Есть доступ к отчетам! Переслать их…
— Нет времени. Докладывай.
— Большинство подразделений Лиги не поддались измене. Только чуть меньше пятнадцати процентов столкнулись с проблемами. Беспорядки на планетах и станциях подавляются с вероятностью успеха в семьдесят восемь процентов. Однако из-за смешения военных сил в результате милитаризационной программы Единства корабли Лиги были вынуждены сражаться с кораблями Федерации и Штатов.
— Потери?
— Незначительные для такого конфликта. Корабли Федерации и Штатов сражались между собой. Лига поддержала те, что были признаны союзными подразделениями.
— Как только восстановится связь, я приказываю немедленно отступать! — громко сказала Тине не только девушке, но и всему выжившему ШСС Элизиума. — Ты… какова твоя спецификация?
— Ливия Друзилла, госпожа.
— Я повышаю тебя до должности Трибуна, пока не найдут Трибуна Элизиума. Собери выживших легионеров и очисти мою крепость от предателей.
— Есть!
— Вперед!
Девушка кивнула и побежала. Алаис тяжело оперлась на меч, оглядывая ШСС Элизиума, где
— Госпожа Алаис? — неуверенно спросил один из них. Тине повернулась в его сторону.
— Да?
— Похоже, приказ отступать уже дошел до наших сил, но не от нас, а от Лазури. Корабли Лиги направляются к дырам в Глубинных Плацдармах!
Керкос, поняла Тине. Хитрый старый засранец.
— Отлично. На всякий случай подкрепите рекомендацию Лазури моим приказом.
— Да, фемина, — уважительно ответил компьютерщик. Алаис уже не помнила, когда ее так называли… разве что до программы милитаризации. Что ж, подумала она. Изменение к лучшему. Хотя я бы с удовольствием отказалась от новообретенного титула… и женского рода
К счастью, через некоторое время произошла Дрожь в Синхроне, и, по-видимому, именно тогда Тине поверила в счастливую звезду своего Обода.
***
Стычка в планетарной туманности IC 5117, а точнее в ее Глубинном Причале, недалеко от дыры Зеленый Перевал, которая находится на краю Рукава Персея Обода Федерации, была окончательно проиграна.
42-й флотилией, стоящей на рейде и носящей красивое название «Звезда», командовала генерал Люсилла Репет — чернокожая заместительница Бата Токкаты, которая после славной гибели своего начальника во время уничтожения преступного гнезда некоего Палиатива быстро поднялась на высокий пост. Теперь же она могла только беспомощно смотреть, как ее флот разваливается.
Капитанский суперкрейсер «Протектор» погас первым, и Репет осталась практически одна в СН, полном трупов. Рядом взрывались ее крейсеры и эсминцы, а те, что выжили, готовились к последнему выстрелу по «Протектору», ослабленному плазмой, турбинными орудиями, лазерами и ракетами.
Люсилла Репет закрыла глаза. Она вся в крови и очень слаба. Кто-то, кого она даже не узнала, попал ей тонкой лазерной струей прямо в живот. Она застрелила его, но чувствовала, как из нее уходит жизнь.
Она проиграла. И потеряла свой корабль. Была жива благодаря таинственной Дрожи. Это дало ей достаточно времени, чтобы победить Пробужденных, присутствовавших в СН, но недостаточно, чтобы доковылять до шлюпок.
Славная смерть, подумала она. Несмотря ни на что. И чистая. В тихом взрыве ядра. Смерть, о которой будут помнить… хотя бы в анналах объединения.
К сожалению, этому не суждено было сбыться.
Корабль посветлел. Как будто что-то вырвало его из небытия. Репет кашлянула кровью. Она чувствовала, что ей осталось не больше нескольких минут. Не понимала, почему враг не стреляет и не закрепляет победу. Хочет унизить ее?
В центре стазис-навигаторской появился Бат Токката.
Бывший командир Репет выглядел бледным, как сама смерть. Черный и жирный, он стоял между лежащими на полу СН телами. Его глаза были закрыты, но Люсилла почувствовала, что он ее видит. И ей это совсем не понравилось.
— Репет, — сказал он, направляясь к ней тяжелым, спокойным шагом. — Репет.
— Господин… капитан… — прошептала она невнятно. Заметила, что Токката подходит и поднимает что-то похожее на длинный ледяной шип. — Господин… кап…
— Восславь Бледного Короля.
Она даже не почувствовала удара.
Из ее рта хлынула кровь, Бат исчез, и в последнюю секунду своей жизни Люсилла увидела открывающиеся переборки СН и группу спокойно смотрящих на нее Пробужденных.
***
Никто не любил Костлявую Банду.
То, что они были полезны, стало ясно уже в первый год Войны Натиска. То, что они были эффективны, выяснилось уже после их первых действий. Это не меняло того факта, что Силы Согласия не любили их по тем же причинам, по которым не любят тех, кого нельзя контролировать. А Костлявую Банду контролировать было невозможно. Невозможно было также отобрать у них заминированные самоубийственными бомбами корабли.
К счастью — или к несчастью — как и в случае с большинством военных решений, здесь возобладала практика. Раз Костлявую Банду нельзя контролировать, ее нужно направить. При условии, что они хорошо делали свою работу. А на последнее Согласие жаловаться не могло. Тем более что странный, раскрашенный черепами и женскими фигурами флот не требовал жалованья… не считая того, что брал по праву сильнейшего на кораблях Консенсуса. По Согласию ходили слухи не только о запрещенных ксенотехнологиях, которые разъяренный Научный Клан был вынужден оставить Банде, но и о похищенных Чужаках, которых позже — к еще большему ужасу Ксенологического Отдела Клана — использовали в качестве корабельных талисманов.
Если бы Согласие знало, какие еще планы крутятся в голове предводителя этой шайки, не обошлось бы без скандала. Но, к счастью для Джонни Восьмерки, хорошо известного в Выжженной Галактике как Кровавый Нос, и его веселой компании, Согласие не имело об их планах ни малейшего представления.
Когда капитан эсминца «Ласка» и лидер созданной после атаки Консенсуса Костлявой Банды услышал о запланированном «обновлении Синхрона», он вызвал к себе Кравца. Кравец, которого когда-то звали Симоном Кравчиком, был скромным компьютерщиком из забытой системы Штатов, который однажды оказался в тюрьме за программные махинации. Ходили слухи о странных делах Кравчика с высокими чиновниками Песни, шептали о незаконных операциях на некастрированных ИИ. Но что бы ни сделал Симон, он заплатил достаточно, чтобы превратиться в Кравца.
— Да, папочка? — спросил он в тот раз слегка насмешливым голосом. Смешок никогда не покидал его и, как предполагалось, был результатом продуманных пыток инквизиторов Штатов. — Что там уродилось?
— Мы отключаемся, — решил Джонни Восьмерка. — От всей этой синхронной херни.
— Ты имеешь в виду обновление Синхрона, папуля? — Кравец почесал один из нелегально установленных портов. Его усиленные глаза на мгновение потемнели, как будто он все еще скользил по мозаике данных. — Не получится. Все подключено к Синхрону. Даже мой собственный, внушительный бизнес.
— В таком случае, отключи всё. Сделай напастную блокировку персонали, если понадобится. Никто не будет в нас рыться.