Мартиша Риш – Сбежавшая невеста. Особая магия дроу (страница 10)

- Идем? - Чезаро подал мне руку, во второй он уже держал корзину полную всякой снеди.

Я опустила взгляд вниз, немного задумалась. Подам ему руку – завтра весь город будет полнится слухами обо мне, о моем бесстыдстве и безрассудстве. Откажусь? Никогда себе этого не прощу. Дар уже во всю полыхает в моей груди, как только он откроется, Чезаро уже не посмеет смотреть на меня так – немного свысока, задумчиво, очень нежно.

Я вздохнула и вложила пальцы в капкан мужской ладони. Кто знает, чем закончится этот вечер и не пожалею ли я о нем потом. А с другой стороны? Кто он – этот надменный парень? Просто воин, не дроу знатного рода, не светлый эльф, всего-навсего человек, имеющий титул, сын моего управляющего, и не больше. Я имею полное право провести с ним целую ночь, и никто не посмеет осудить меня ни здесь, ни тем более в Бездне. Эльтем выбирает мужей, любовников, и даже покупает невольников в свои гаремы. Никто не смеет осудить ее права.

Я почувствовала, как осторожно сжалась его горячая ладонь, по моим щекам мгновенно растекся румянец, да и парень смутился, я заметила, что он хотел было поднести мою руку к своим губам, но так и не решился, толкнул шире дверь, лишь бы не встретиться со мной своим пылающим взглядом.

Кругом люди, целая толпа, уже вечер, солнце почти закатилось, но город продолжает жить своей жизнью.

- И как вам у нас? - Борджа окончательно смешался, - Я имел в виду, тебе нравится наш город?

- Это село, - непроизвольно вырвалось у меня.

Да и можно ли сравнить это местечко с теми городами, которые я видела раньше? Сотня домов, несколько семей аристократов, но ни достойного портного, ни ювелирной мастерской – ничего нет. Все, что дает смутное право этому месту называться городом – замок на холме да крепостная стена. А так? На заднем дворе каждый держит корову, да выводок кур. Уверена, и у Чезаро все это добро есть и кое-как сосуществует с поместным грифоном да фениксом. Нет, это село в самом хорошем смысле этого слова, а вовсе не городок. Пусть даже и небольшой.

- Это город, - тотчас вспыхнул сиятельный и еще крепче сжал мою руку.

- Как вам будет угодно.

Мы спустились по ступеням крыльца, всюду любопытные взгляды, и нет им конца, меня оценивают так, словно видят впервые. Я едва сдерживаю себя, чтобы не показать гордой осанки, не поднять выше голову. Не сейчас, не теперь и не здесь. Не имею я права обнаружить свою суть.

Улица неторопливо сбегает к воротам мимо пылающих окон домов. Чезаро не спешит разомкнуть свои пальцы, он все так же ведёт меня за руку, будто бы боится, что я могу убежать.

Вот-вот захлопнутся на ночь городские ворота, опустеют улицы, лишь стражники станут неспешно обходить их. Ждать осталось час, может, два до того, как схлынет с улиц толпа. Мимо нас пробежали селянки в своих строгих платьях, они спешат купить товар с пустеющих прилавков ярмарки до того, как обезлюдеет весь город.

- Приятный вечер, еще почти не холодно.

- Но уже и не жарко, все же из пригорода наступает туман, - я зябко поежилась и пожала плечами, - Нужно было взять с собою хоть платок, чтобы накинуть на плечи. Да только я не ожидала, что так задержусь.

- Замерзла? Прости, я и не подумал.

Герцог опустил себе под ноги корзину, расстегнул на плаще фибулу, сдернул его с широких плеч и набросил на мои – хрупкие, узкие.

На миг я встрепенулась, почти задохнулась от незнакомого ощущения тепла и заботы. Никто и никогда не смел поступить со мной так – укрыть, спрятать от холода надвигающейся ночи. Просто так, без всякой выгоды для себя. И вновь в груди заклокотал дар, норовя разорвать в клочья клетку, что так неуместно его сковала, во рту разлился странный привкус металла и холода.

- Благодарю вас.

Пальцы Борджа подрагивают, он почти смял фибулу в своих пальцах, едва смог пронзить ею ткань плаща, кое-как сомкнул на моей груди, да и то при помощи магии.

- Идем, - просто бросил мужчина, сверкнул синевой глаз.

- Да, конечно, сиятельный.

В этот раз так назвать Чезаро вышло на удивление просто. Он и вправду сияет в своей доброте и заботе, его глаза будто выпускают наружу этот удивительный свет.

Мы прошли сквозь ворота, страж лукаво мне подмигнул, незаметно поднял вверх большой палец. Стало на миг очень стыдно, словно я продалась за корзину снеди, попросту за еду. Знали бы они кто я, и кто они! Но я молчу.

Под ногами шуршат камни, ранят ботинки. Зато по дороге разлилась туманная дымка, впереди стеной стоит лес, а над нашими головами сияют громадные звезды. Крупные, наглые, будто подсматривают за всем тем, что происходит внизу. И только луны не видно, она мерещится мне острым серпом, что в любую секунду может отрезать наше мнимое счастье, оборвать эту ночь.

Герцог несмело обнял меня за талию, его прикосновение обожгло сквозь ткань плаща.

- Осторожней ступай, здесь одни камни.

- Хорошо.

Дорога идёт прямо, неумолимо спускается вниз к окраине леса. Днем он казался прозрачным и ясным, словно храм всех богов, теперь же наступает темной крепостью, что хранит свои тайны.

- Нам сюда, - указала я на неприметную тропку.

- Не боишься зверей? Тут их много, - парень замялся, отпустил руку, нарисовал в воздухе руну, теперь над тропинкой чуть впереди нас показался матовый светлячок.

- Не боюсь, я заговоренная.

- Тогда идем.

Хрустнули ветки под его сапогами, ухнул филин, глаза любопытных звезд скрыли вершины сосен. Здесь вместе идти почти невозможно, мне пришлось пройти немного вперёд. Вот засмеялась невдалеке лисичка, а может, то дух леса прокашлялся. Сейчас бы начертить в воздухе другую руну, отогнать всех зверей с нашего пути. Не могу, не хочу показать парню даже капельку своей силы, кто знает, как он отнесется к тому, что травница умеет колдовать.

- Ты очень красива, - бархатный, опьяняющий голос. Я обернулась, встретилась со смелым, пылающим взглядом, - Почти как эльфийка.

- Я знаю, спасибо.

- Неужели тебе не страшно одной в этом тёмном лесу?

- Я ничего не боюсь, - сказала я чистую правду. Бояться эльтем отучают с самого детства. Да и к чему бояться тьмы, если она вот тут, клокочет у самого сердца, норовит вырваться на свободу?

- Я не о том, одна в лесу, да еще и с мужчиной. Слухи пойдут, потом ни за что не сможешь выскочить замуж.

- Все может быть.

Догнал в два шага, тронул за плечи, яблоки выкатились из корзины, побежали по тропке. Все ярче и ярче полыхает его светлячок.

- Бесстрашная? - навис он надо мной, чуть закусил губу, будто бы сам испугался того, что делает, замер в растерянности.

- Какая есть! - я улыбнулась. Мерцающие глаза расширились от удивления, лес зашумел, потянулся к моей прорывающейся силе. Ветер колышет кроны как море и кажется, что вот-вот громыхнет гром, а дождь оторвет мой домик от всего мира.

- Идем, я не трону, раз обещал.

Парень убрал свои руки, наклонился, собрал обратно в корзину разбежавшиеся по тропе яблоки. Я закусила губу от разочарования. Хотелось вновь ощутить себя желанной, скинуть с себя обет целибата. Не с кем мне было грешить в этом мире, а Бездна – она далеко, да и не ждёт меня там никто. А так хочется почувствовать себя влюбленной, вновь ощутить тепло рук на своём теле.

- Догоняй, - я бросилась по тропинке к своему дому, стараясь ускользнуть от собственных мыслей, от странных и неуместных желаний.

Чезаро догнал меня у самого дома, огромный, яростный, смелый. Поймал за руку. Смотрит в глаза, почти нависая надо мной, а за лесом все громче раскаты грома, вот и молнии появились, пляшут, грозят.

- Пустишь?

Парень сверкнул глазами. Смотрит так, будто бы сам уже тысячу раз пожалел о том, что осмелился спросить. И я отчаянно пытаюсь вспомнить, спрятала ли я, укрыла ли все свои сундуки, не заметит ли он тех несметных сокровищ, какие скрывает мой крохотный дом. Золото, серебро, роскошные ткани – все ли я успела завесить, укрыть, когда уходила торговать жалкими корешками?

- Пущу, - наконец решаюсь я, и сила накрывает меня с головой, но тут же, словно пугливый зверёк, ускользает в свою клетку обратно.

- Я постараюсь, чтобы тебе не было больно впервые.

- Я не девица.

- А кто тогда?

Парень остолбенел. И это при том, что по местным меркам я едва ли юна, четверть века – большой возраст для брака.

- Догадайся сам.

Улыбнулся, опалил губы жарким поцелуем, толкнул дверь в мой дом. Здесь тепло, уютно и сухо, под потолком разливается запах горькой полыни, в очаге пылают два уголька словно кошачьи глаза, а вся постель застелена шкурами. Борджа бухнул тяжёлую корзину на лавку при входе, сделал шаг в мою сторону, я невольно попятилась. Яростный вздох, почти рык, сияющие, как у всякого мага, глаза.

- Будешь моею? Откажись и я уйду. Ничего тебе за это не будет.

- Не откажусь.

Парень развернулся к выходу, опустил засов на двери, пропустил сквозь него искорку магии. Теперь его едва ли удастся открыть или сдёрнуть. Мы остались в моем крохотном доме вдвоем. Я – урожденная эльтем, будущая хозяйка этого мира и мой управляющий, всего-навсего герцог. Как чудесно порой не знать всей правды.

Парень подошел ко мне, почти ласково опустил ладони на мой платок, потянулся к узлу.

- Ты не носишь брошь? Я подарю.

- Какую брошь? - сердце вот-вот выпрыгнет из горла, стучит как бешеное.

- Ту, которой крепят косынку к волосам, чтобы не сползала, - задыхаясь, произнес он.