Мартиша Риш – Его дети. Хозяйка дома на границе миров (страница 50)

— Мама! — радостно воскликнули все трое и бросились ко мне в коридор. Моей одежды коснулись грязные ладошки. Вроде бы нужно их поругать, но нет у меня на это совершенно никаких сил, я просто утопаю в детской искренней ласке, в их счастливых взглядах, в настоящей любви. Какое же счастье, что у меня родились мои малыши, что все трое есть в моей жизни. Как дальше ни сложится жизнь, вот оно — счастье. И решать, как жить, кого из мужей выбрать, с кем оставаться, мне нужно только исходя из мнения моих троих малышей. Пускай у меня останутся два фиктивных мужа, лишь бы мои дети остались довольны и счастливы.

— Лапочки, — я присела на корточки и обняла сразу троих. Подрастут еще немного — рук не хватит, чтобы так делать. И я не знаю, кого стану обнимать первым.

— Мамочка, — поцеловала меня в щеку дочка.

— Детки, скажите, кто сегодня утром был в нашем доме? Пока я спала.

— Папа пригласил к нам в гости женщин. Они были очень добры, — погладил меня по голове Седрик.

— Какой папа? — сердце испуганно сжалась. Только бы не выдать своих чувств при детях.

— Оба, — с сомнением добавил Робин.

— Они были очень красивые. В коротеньких платьях, в блестящих чулках и с заколочками в волосах. Только нам нельзя было трогать их сумочки, — помялась Лили, — Сумочки тоже были очень красивые, с камушками.

— Вот как? И что было дальше.

— Папа Дима заперся с двумя простолюдинками в столовой, — нахмурился Седрик, — А папа Джим все приговаривал: "Только бы Элли ничего не заметила".

— Потом папа Джим проводил одну из них в нашу спальню. Это была рыжая ведьмочка. Она так весело хохотала. Я думаю, Джим ее щекотал, а нам запретил, — Робин явно расстроился от того, что его это веселье обошло стороной.

— Ведьмочка? Почему ты так решил?

— Она поздоровалась с хранительницей рода, и та ей ответила.

— Ну, Агнешка!

— Оба папы очень боялись, что ты узнаешь про этих женщин, — прошептала Лили, — Поэтому нас повезли в детский сад охранники Димы. С ними очень весело, мам. Мы ехали спереди и нам всем по очереди дали потрогать руль и даже порулить. Совсем чуточку.

— Кхм, — я постаралась взять себя в руки. Ну не могли же мужья пригласить в дом девушек сомнительного поведения. Тем более, при детях. Или могли? И Джим, и Димка — оба могли подумать, что дети ничего не поймут и мне не расскажут. Или я чего-то не понимаю? — Что еще делали эти женщины?

— Совсем ничего. Только смеялись.

— Что чужаки могут делать в нашем доме?

— Еще папы предложили им напитки и фрукты, а нас одели и отправили в детский сад.

Поубиваю. Даже не стану разбираться, кто виноват, и чья именно это была идея. Хотя и так понятно. Девушек пригласил Димка, а Джим поддержал. Только не понятно, откуда они взяли ведьмочку? Очень надеюсь, что это не была одна из моих знакомых.

Глава 45

Дмитрий Ярве

Странно, я одновременно вижу и солнце, и звезды. Разве так бывает? Впрочем, в иномирье наверняка может быть все. Откуда я знаю, как тут происходит смена дня и ночи? Всякое может быть, наверное. Вот только ноги мои грызут как будто взаправду. И чей-то ласковый голос все причитает: "Кыш-кыш! Йосель, Айсель, Кеш! Как вам не стыдно! Твари из преисподней, чтоб вам облохматиться окончательно!"

— Дима, вставай, иначе тебя обглодают. Даже с карликовым Цербером шутить не стоит.

— Отвали от меня, Джим!

— Он что, жив? — перед моим лицом мелькнули поля шляпки, тонкая ручка откинула вуаль с лица будущей звезды рекламной компании моих отелей. Хороша, черт побери. И это она еще не накрашена. Нужно будет пригласить визажистов из Франции, чтобы подчеркнули природный блеск глаз, но не испортили образа тонной похабной косметики. И пальму в кадке на задний план.

— Жив. Вы мне должны фотосессию.

— Какая прелесть! Как я счастлива! Мне не придется платить ведьме Нортон отступные за гибель ее мужа. Повезло так повезло.

— Ваш песик меня чуть не съел. Я требую компенсацию. Одной фотосессии хватит. Надеюсь, он не ядовит?

— Какой упрямый. Вы живы — это уже подарок. О какой еще компенсации может идти речь? — сошлись у переносицы бровки красотки, — Вы сами оскорбили моего трёхглавого пса, а теперь еще и вымогательством занимаетесь?

— Я похвалил редкую породу дивной красоты, — чьи-то зубки впились мне в пятку сквозь ботинок, — Никогда раньше не видел подобных собак. Удивительный песик.

— Второй муж ведьмы Нортон только первый день в Лорелин, — вкрадчиво начал Джим, — Он не из нашего мира и не знает порядков. Дима, вставай, на тротуаре лежать постыдно.

— Ну вот, опять он говорит хорошее! Церберы не выносят, когда их хвалят.

— Простите, я не знал. А почему я лежу? — встать не получилось. Мерзопакостное животное дожевывало ботинок вместе с ногой.

— Я испугалась и вот, уронила вас оземь, — потупила глазки дама, — Потому, что не нужно было хамить! И никакой фотосессии я вам не дам!

— Почему же?

Я все-таки сел и даже смог подтянуть к себе ближе обе ноги. Пес, правда, не отвалился от моей обуви, подтянулся вместе с ботинком. Кудлатая тварь с болонку размером и такая же злобная. Разве что милой бабульки в платочке на другом конце поводка не хватает. "Моя Жупелька не кусается, она гурман и только пробует на вкус ваши брюки". Мдам-с

— Потому, что у меня совсем нет свободных золотых. Сколько стоит эта ваша фотосессия? Пять золотых? Больше? После вашей выходки мне ещё пасти собакам отмывать. Мало ли, какой иномирной дряни они нализались с этих ботинок из не пойми чего?

— Заплатят вам. И много. Хотите? Можно золотом сразу, а можно и серебром. Соглашайтесь, милая госпожа Кемхен. Это выгодное дело, — от столкновения с мостовой моя деловая хватка, благо, не стряхнулась, и песель ее не пожрал.

— Заплатят за что? Имейте в виду, я приличная женщина. Вдова, имею собаку и сына. Мне сомнительные предложения совсем ни к чему! — на ладошке у женщины возникла змейка, наверное, ядовитая. Думай, Дима, у тебя всегда это неплохо получалось. Собственно, это единственное, что ты умеешь хорошо делать.

— Заплатят за возможность сделать ваши портреты и их копии. Люди моего мира были бы счастливы иметь возможность любоваться вашей поразительной красотой. Я сделаю все, чтобы ваш портрет стоял в каждой гостиной!

— Любоваться? За деньги?

Змейка с узкой ладошки исчезла, дамочка порозовела, смутилась и стала еще чуточку краше, хотя, казалось бы, куда еще-то? У меня же фотограф слюной захлебнется. А охрана? Ее же еще охранять придется, чтоб никто такую не украл из-под моего носа. Не женщина, а одно разорение и сундук проблем в придачу. На что только не пойдёшь ради денег. Уверен, ее или похитят в итоге, или сразу позовут замуж, причем одновременно несколько разных мужчин. Вокруг таких дам кружат мужчины точно так же, как одурманенные мотыльки вокруг лампы. И так же нелепо сгорают от страсти. Хорошо, что я умный, заранее умею прикинуть риски, не вляпаюсь в такую историю ни за что в жизни. И потом, у меня Элька есть. Она куда симпатичней, у нее искорки пляшут в глазах, а это самое главное. Уж я — то знаю.

— Именно так! — Джим поднял меня за шиворот, и я уже из положения стоя припал в поцелуе к шелковой перчатке красотки.

— Вы лжёте.

— Вам? Никогда! Соглашайтесь, вы сделаете мое счастье, — вслух я не сказал, но про себя добавил "коммерческое жирненькое счастье".

— В нашем доме не принято лгать, госпожа, — отдернул меня от мавочки Джим.

— Но у меня нет красивого платья. Муж умер, золота ни на что не хватает, — женщина кокетливо крутанула перстенек на пальце, развернув его камнем к ладошке.

Умная стерва, наш человек, даром, что русалка. С такой я вполне могу договориться. Кстати, а может у нее и хвост есть? Здравствуй, реклама спа! И банного комплекса, и отеля с бассейном. У меня нехорошо загорелись глаза.

— Весь гардероб за мой счет. Все, что пожелает видеть на вас наш фотогр... портретист.

— Весь? — в глазах роковой женщины отразился мой собственный азартный блеск.

— Весь! — охотно подтвердил я.

— И много заплатите? Просто я не могу проводить время напрасно. У меня сын, дела, вот собачку нужно выгуливать. Портретист, должно быть, станет долго работать.

— Кирпич серебра.

— Два кирпича золота и весь гардероб будет мой.

— По рукам. И вы продемонстрируете ваш чудесный хвостик в бассейне.

— Хам! — пощечина, нет, скорее уж оплеуха начинающего лесоруба, опустилась на мою щеку. Чуть опять не рухнул на землю, хорошо, что герцог меня все еще крепко держит за шиворот, — Я не стану обнажаться публично!

— Вы неверно поняли! Самый кончик, чтоб он выглядывал из пены. Так можно? Или силуэт, но всего.

— И платья не более открытые, чем это. Простите, я неправильно вас поняла.

— Соглашусь.

— Или весь хвост, но так, чтоб лица было не видно.

— Лица хвоста? У него есть лицо?

— Моего лица!

— Сделаем снимок со спины. Вы, пальма в кадке, бассейн, тягучий закат алого солнца и мой отель.

— Вы поэт.