Мартин Эбон – Светлана, дочь Сталина. Судьба Светланы Аллилуевой, скрытая за сенсационными газетными заголовками (страница 14)
На XX съезде КПСС в 1956 году Хрущев вспомнил о чистке генералов, когда говорил о «многих известных военачальниках армии, ошибочно обвиненных Сталиным в 1937–1941 годах». Хрущев, в частности, заметил: «Одно довольно интересное сообщение просочилось в иностранную прессу, что Гитлер, готовя нападение на нашу страну, через английскую разведку распространил сфабрикованный документ, в котором утверждалось, что товарищи Якир, Тухачевский и другие офицеры армии были агентами немецкого Генерального штаба. Этот так называемый секретный документ попал в руки президента Чехословакии Эдуарда Бенеша, который, руководствуясь самыми добрыми намерениями, передал его Сталину. Якир, Тухачевский и другие товарищи были арестованы, а затем расстреляны».
Девять месяцев спустя после смерти Тухачевского Бухарин, Рыков и ряд других государственных деятелей были обвинены в измене и сразу же казнены. Бухарин встретил свою смерть 13 марта 1938 года, на следующий день после оккупации Австрии армией Гитлера.
Осенью 1939 года, после заключения немецко-советского пакта между Сталиным и Гитлером, немецкие армии вторглись в Польшу с востока, а советские войска – с запада. 21 декабря Гитлер послал Сталину в день его рождения поздравительную телеграмму: «Желаю личного благополучия Вам, а также дальнейшего процветания народам дружественного Советского Союза». Сталин ответил: «Дружба народов Германии и Советского Союза, скрепленная совместно пролитой кровью, имеет все основания быть длительной и прочной».
Это был 60-й день рождения Сталина. Он был уверен в себе и высокомерен. Его дочери Светлане было тогда 13 лет. Вечером Сталин отметил день своего рождения посещением Большого театра. Давали балет «Светлана».
Глава 7. Братья и мужья
Двух братьев Светланы – Якова Джугашвили и Василия Сталина – нет в живых. Два ее бывших мужа – Григорий Морозов и Юрий Жданов – сегодня[1] заняты активной общественной деятельностью. Морозов – преподаватель МГИМО, а Жданов – ректор Ростовского университета.
Яков, Василий, Григорий и Юрий – четыре важных имени, четыре знаменательные вехи на жизненном пути Светланы. Эти имена трагически связаны с памятью о ее отце. Светлана так окончательно и не ответила для себя на животрепещущие вопросы: ни какова была роль Сталина в русской и мировой истории, ни в какой степени он повлиял на ее собственную жизнь.
После смерти матери Светлана оставалась единственно близким для Сталина человеком вплоть до его кончины. Все, что она делала, особенно все ее новые человеческие привязанности, было вызовом подозрительному и мстительному по натуре Сталину. Каждый сын и зять были всего лишь марионетками в его руках, которыми он манипулировал и которых подавлял, то отталкивая от себя, то, наоборот, приближая к себе.
Яков, Василий, Григорий и Юрий: каждое имя отражает определенный период в карьере Сталина. Если мы начнем перечислять их в хронологическом порядке, то первым назовем Якова, единокровного брата Светланы. Мы должны будем вспомнить о первом браке Сталина, заключенном в 1903 или 1904 году, с Екатериной Сванидзе в его родном городе Гори, в Грузии. Сталину было тогда около 30 лет, это был бунтарь против власти – против господства Москвы над Грузией, против царского режима, против различных «буржуазных» элементов в своих родных краях.
Яков родился в апреле 1905 года. Его отец редко виделся с ним и его молодой матерью. Сталин постоянно скрывался от полиции, был в разъездах по делам партии, участвовал в съездах революционеров за границей. В год рождения сына – он в Финляндии, годом позже – в Стокгольме, в мае 1907 года – в Лондоне. 26 июня 1907 года, когда Яше было два года, Сталин участвовал в ограблении банка в Тифлисе, так называемой экспроприации, деньги должны были пойти на финансирование большевистской революции.
Сталин был скорее гостем, чем мужем для Екатерины. Однако она была воспитана в строгих грузинских традициях, должна была являться к мужу по его первому зову и не спрашивать о целях его поездок и его делах. Екатерина не стала жаловаться, даже когда тяжело заболела. А у Сталина не было времени, чтобы понять, насколько она больна. Она умерла 5 декабря 1907 года.
Автор воспоминаний о Сталине Иосиф Иремашвили рассказывает, что едва Сталин покинул кладбище, как Екатерина тут же была забыта. Он добавляет: «Был забыт также маленький сын Яша, которого горячо любила Кеке и научила обожать и любить своего отца и восхищаться им».
Два года спустя Сталин расстался с родителями жены, у которых он часто скрывался в годы подполья. Теперь Яков стал для Сталина только напоминанием о прошлом, о первых годах его революционной деятельности. Но на протяжении более тридцати лет он продолжал присутствовать, хотя и внешне незаметно, в его жизни.
Яков ходил в школу в Тифлисе, а после большевистской революции Сталин взял его с собой в Кремль. Но он не позволял своей второй жене Надежде даже взять сына за руку. Отец и сын просто не могли ужиться друг с другом. Сталин был требовательным, нетерпеливым, резким; Яша – замкнутым, погруженным в себя, затаившим в душе обиду. Он не мог или не хотел соревноваться с более образованными детьми кремлевской элиты. Находясь в подавленном настроении, Яков попытался свести счеты с жизнью. Реакция Сталина была типичной. Он воспринял этот приступ юношеского отчаяния как личную обиду, как прямое оскорбление его персоны. И с презрением заметил: «Даже этого он не смог сделать как надо».
Когда Якову исполнилось 22 года, Сталин решил предоставить ему свободу действий. Он учился на электротехника, но во время учебы особых способностей не проявил и был направлен в Краснодарский край, где стал начальником машинно-тракторной станции. Когда Германия развязала войну против России, Яков, резервист Красной армии, был призван на военную службу.
Все эти годы Сталин предпочитал держать сына на почтительном расстоянии от себя, такое его отношение проявилось в одном трудно поддающемся объяснению факте. В то время как Светлана и Василий имели фамилию Сталин, Яков продолжал носить фамилию Джугашвили, что напоминало о почти забытом прошлом отца. В 1942 году под этим именем «Яков Джугашвили, сын Сталина» попал в плен. Об этом сообщили немцы, но это известие прошло мимо внимания советской прессы. Позже, через нейтральные каналы связи было дополнительно сообщено, что Яков, лейтенант артиллерийских войск, был взят немцами в плен 16 июля 1941 года. Не прошло и месяца после нападения Германии на Советский Союз.
«Нью-Йорк таймс» (4 октября 1944 года), основываясь на источниках Ватикана, сообщила, что после того, как Якова взяли в плен, его привезли к нацистскому лидеру Герману Герингу, который «попытался произвести на него впечатление военной и промышленной мощью Германии». В статье также сообщалось, что сын Сталина «выразил презрение ко всему нерусскому, а относительно его частной жизни Яков сказал, что «он видел отца крайне редко и что он не пользовался никакими личными привилегиями».
У Сталина была возможность обменять своего сына на немецкого фельдмаршала Фридриха фон Паулюса, командующего 6-й немецкой армией в Сталинградской битве, сдавшегося в плен. Немецкая сторона предложила такую сделку, Сталин с презрением ее отверг. Он уже был давно готов отказаться от сына, а его нахождение в плену рассматривал едва ли не как предательство. Молодая жена Якова, на которой он женился за два года до призыва в армию, была арестована по обвинению в «сговоре» с мужем, имевшим намерение «дезертировать» из армии.
Светлана выразила осторожную надежду, что Яков все еще жив, несмотря на то что отказ отца согласиться на обмен обрекал его на смерть. Свидетельства освобожденных пленных и захваченные немецкие документы указывают на то, что нацисты пытались использовать Якова в пропагандистских целях, привлечь его на свою сторону, и в итоге он совершил самоубийство. Несмотря на заявления немцев о его «добровольной сдаче в плен», что оправдывало осуждение Сталиным Якова, и на сфабрикованное ими его «открытое письмо» отцу, которое было сброшено с самолета на советской территории за линией фронта, Яков твердо противостоял попыткам его вербовки.
Яков Джугашвили был переведен из обычного лагеря для военнопленных в лагерь с улучшенными бытовыми условиями. Ему были обещаны всевозможные привилегии; ему предложили стать представителем грузинских националистов, предоставили возможность критиковать Сталина и убеждать всех сомневающихся в «неизбежной» победе немецкого оружия. Он жил в особом «офицерском секторе» концентрационного лагеря Ораниенбург; немецкие офицеры по-братски относились к нему, обращались к нему «оберст» (полковник), предлагали угостить ликером и пригласить женщин, сыграть партию в шахматы, а игроком он был достойным. Он получил письмо от рейхсминистра пропаганды Йозефа Геббельса, в котором тот от лица Гитлера обещал, что всей семье Якова, включая Светлану, будет оказан дружеский прием в Германии, если он согласится сотрудничать с немецкими властями.
Затем Яков был доставлен в Берлин для встречи с шефом Гестапо Генрихом Гиммлером и идеологом нацистской партии Альфредом Розенбергом, выходцем из Прибалтики, хорошо говорившим по-русски. Нацисты поняли, что Яков не собирается сотрудничать с ними. Его отправили в концлагерь, на этот раз, вероятно, в Дахау, поместили в одиночную камеру. Он подвергался избиениям и голодал. По свидетельству Г. Тер-Маркарьяна, через две недели Яков был переведен в обычный барак. Он был «небрит, не ухожен, еле держался на ногах, щурился от яркого света после того, как провел много времени в темноте». Ему стало известно, что Сталин отверг предложение нацистов об обмене. Яков сумел отвлечь внимание охранника и бросился на лагерную проволочную ограду, по которой проходил ток высокого напряжения. Повиснув на проволоке, он уже был мертв, когда охрана открыла по нему огонь.