Марта Роми – Злодей для училки (страница 5)

— Ты, Маша, звони, если что, — он протягивает мне визитку такси, на

которой сзади нацарапаны цифры его номера. — У меня тут у сестры

свадьба, не хочешь развеяться?

— Я бы с радостью, Коль, да сейчас к выпускному надо готовиться.

Детей своих выпущу, потом уж можно и выдохнуть.

— Ну ты не пропадай, — машет он мне рукой и шустро скрывается за

поворотом.

Вздохнув, поднимаюсь на последний этаж пятиэтажки. Попутно читаю

сообщения от провинившихся о том, что все они были доставлены домой в

целости и сохранности, но в нервах и переживаниях о судьбе их любимой

классухи.

— Родненькие, — чуть не всхлипываю, уже представляя, как они

красивые танцуют последний вальс и разлетаются от меня по своим этим

университетам.

В квартире тихо, и я крадусь, как командир диверсионно-разведывательной группы, чтобы не разбудить…

— Ага!!! — рявкает дед, включая торшер и передёргивая затвор

охотничьего ружья.

— Нога! — не остаюсь в долгу, но за сердце хватаюсь. Напугал старый!

— Ты сдурел? Пристрелить меня решил?

Глава таможенного контроля нашей квартиры восседает на кресле в

растянутых семейниках и майке-алкоголичке. Седые усы торчат, как у мыша

из мультика “Чип и Дейл”, на морщинистом лице чрезмерно строгое для

такого басурмана, как он, выражение.

— Что шляешься по ночам? У мужика была? — грозно спрашивает дед, доставшийся мне в наследство от всех отказавшихся от него родственников.

— У дурака!

— А жаль, — он ставит ружьё дулом кверху. — Нам умный нужон.

— Ну да, — соглашаюсь я. — Для равновесия, так сказать.

Дед поднимается было, чтоб обнять меня, и как-то совершенно

случайно (по крайней мере, я хочу верить в эту случайность) попадает

пальцем аккурат на курок.

БАХ!!!

Я втягиваю голову в плечи и с ужасом смотрю, как дырки в натяжном

потолке сыплется штукатурка.

— Ошалел, твою ж налево бабку?! — ору я невозмутимому деду.

— Она и твоя бабка, — пожевав губами, говорит он. — Что делать

будем?

— Ружьё прячь, хренов пограничник, — бурчу я и готовлю все

документы. В такие моменты я понимаю, почему никто не захотел с ним

возиться.

Через полчаса полиция уже у нас.

— Да, Василий Григорьич Порков. Да, Марья Борисовна Поркова. Да, дедушка. Да, болезный. Да, стулом в потолок кинул. Да, ножкой стула

потолок пробил. Представляете? Сама в шоке. Соседи вызвали? Пойду

перед ними извинюсь. Или думаете, лучше утром? Ну утром так утром.

Когда за полицейским закрывается дверь, я медленно поворачиваюсь к

прародителю.

— В следующий раз сдам твоё ружьё, — угрожаю я.

— В следующий раз застрелю, — выкладывает он свои карты на стол.

— Ладно, пошли спать, спецназовец, — приобнимаю его и целую в

висок.

— Так была-то где? — останавливает он меня.

— Ой, ладно, расскажу по-быстрому.

Вкратце пересказываю ему вечер во всех подробностях типа: “а он

мне”, “а я ему”. Дед периодически охает, как порядочная лучшая подружка,

и проникновенно выдыхает: “Да ты что!”

— Такие дела, дед, — вздыхаю я.

— Дура.

— Чё й то?

— То й то. В кои-то веки понравился мужик, а она его в сад.

— Так а если я ему не понравилась? — сокрушаюсь я.

— С чего это?

— С того, что я толстая, — констатирую факт, и от этого как-то горько.

— А такие, как он это про моделей там всяких.

— Какая ты толстая?! — аж вскакивает дед и глядит на меня так, будто

я только что сказала, что Великую Отечественную выиграли немцы. — Да в

моё время такие девки… Да ох!.. От был бы я лет на шестьдесят моложе!..