Марта Роми – Злодей для училки (страница 3)
— Скажите своему другу не пялиться, — обращаюсь я к мужчине. —
Затылок уже зудит.
— А должно зудеть другое, — подаёт голос мой татуированный. Ага, уже “мой”? Быстро ты, Маша. Прям молниеносно. Это всё от его шикарного
голоса. Уф! В жар бросило.
— Если решил поиграть в свои мажорские игры, то это мимо, —
фыркаю я. — До свидания, мальчики.
Он снова только хмыкает, но когда я разворачиваюсь и ухожу, спиной
чувствую его взгляд. И да, зудит совсем не затылок!
Подхожу к столику, за которым расположились мои ученики, невесть
как сюда попавшие, упираю руки в боки и гаркаю:
— Попались, зайцы!
— Марья Борисовна, — подпрыгивает Семёнов, схватившись за сердце.
— Что ж так пугать? Чуть не преставился!
— Ты преставишься обязательно, если не соберёшь свои тарантайки и
не свинтишь отсюда! — надвигаюсь я. — Света, Катя, быстро на выход!
— Кто сдал? — грустно спрашивает Семёнов поднимаясь.
— Я свои источники не сдаю.
— Это точно Теплов, — бурчит он. — Стопудово.
— Стопудово твои родители в школе завтра будут, — угрожаю я. — Вы
в десять дома должны быть, а не по клубам шляться. Напомню родителям
про закон, раз забыли.
— Ну Марья Борисовна! — хнычет Катя. — Ну блин! Мне уже через
два месяца восемнадцать!
— Вот через два месяца сюда и придёшь, — отрезаю я. — Кто вас
вообще пустил сюда?
— Что здесь происходит? — звучит самый чарующий голос из всех, что
я слышала.
Оборачиваюсь и вижу своего татуированного пацана.
— Ага! Пришёл поддержать таких же малолеток? — встаю в позу я, развернувшись не на шутку. — Они несовершеннолетние. Хозяин — или
идиот, раз пускает таких, или преступник.
— Марья Борисовна, — дёргает сзади за руку Света.
— Подожди, — отмахиваюсь я. — Почему я должна бегать по клубам и
вылавливать своих детей? Это что вообще такое? Заявление надо писать на
всю эту шарашкину контору.
— Марья Борисовна, — шипит теперь Катя.
Парень с интересом смотрит на меня, склонив голову. Руки в карманах, красивый до оскомины на зубах. Даже сердечко дрожит, но что я, совсем
уже? Я же могу себя контролировать.
— А тебе-то самому есть восемнадцать?
Он откровенно хохочет, запрокинув голову, открывая татуировки на
красивой шее. Семёнов настойчиво тянет меня за руку:
— Пошли, пошли, Борисовна!
От такого панибратства я ошалело смотрю на ученика.
— Да пойдём ты уже! — рявкает он, и вдруг краем глаза вижу, как
паренёк в чёрном костюме вскидывает руки над головой, хлопает два раза и
музыка затихает. Моментально.
Я медленно поворачиваюсь к нему, вглядываюсь внимательнее.
— Детей по домам, — коротко раздаёт указания он подоспевшим
амбалам. — Фейсера уволить. Вечер окончен, на освобождение клуба пять
минут.
Ошарашенно смотрю, как быстро выполняются его слова.
— Куда вы забираете моих детей?! — спохватываюсь я.
— Домой, — с нажимом говорит парень, который уже совсем не
кажется малолеткой. И вообще, сейчас не понимаю, как этот властный
взгляд я могла приписать вчерашнему ребёнку. Сдурела не иначе.
— Мы напишем, — бросает мне Катя, прежде чем её уводят.
Снова поворачиваюсь к моему татуированному.
— Ты кто вообще?
Последние люди как раз вытекают из клуба, гомон стихает, и мы
остаёмся вдвоём в полной тишине.
— Меня зовут Максим Злодеев. Можно просто Макс, — он с усмешкой
подходит всё ближе. Такой высокий, такой красивый. — Клуб “Злодей” —
мой, если ты ещё не поняла. Приятно познакомиться, Маша Училка.
__________