Марсия Андес – Будь моим спасением (СИ) (страница 7)

Не помню, что мне снилось, но это точно было что-то приятное, потому что моё настроение просто зашкаливает. И ничто не сможет его сегодня испортить!

Я надеваю тёплую кофту, намереваясь снова провести немного времени на палубе после завтрака. Мой взгляд цепляется за шарф, который висит на спинке кресла, и вспоминаю улыбку Кристофера. Немного краснею, понимая, что мне придётся сегодня вернуть ему позаимствованную вещь, а потом фыркаю, понимая, что мне хочется оставить её себе. Но эта мысль быстро исчезает под давлением совести.

Я вздыхаю и хватаю пальцами шарф, повязывая его вокруг шеи. Хочется поносить его ещё немного, пока не наступит момент расставания. Зарываюсь в него носом, вдыхая приятный запах, и смущаюсь, сама не зная почему.

Прежде чем мама приходит ко мне в третий раз, я успеваю покинуть комнату и присоединиться к ним в гостиной. Родители сидят в креслах за столиком и завтракают. Эта картина мне напоминает девятнадцатый век, особенно оттопыренный мизинец матери.

— Доброе утро, — улыбаюсь я, подходя ближе.

На столике моя порция тостов и кружка с ещё не остывшим кофе. Хочется поскорее подкрепиться и отправиться на поиски приключений.

— Завтрак почти остыл, — упрекает меня мама.

Я вижу, как отец закатывает глаза, и усмехаюсь.

— Но не остыл же, — смеюсь я.

Мама поджимает губы и осматривает меня, словно маленького ребёнка, решившего, что он сам может одеваться. Её глаза замирают на шарфе.

— Не помню, чтобы у тебя был такой шарф, — подозрительно тянет она, прищуриваясь.

Моя кружка замирает возле рта, и я понимаю, что обложалась. Они же не видели вчера, как я вернулась в каюту в этом шарфе, да и на отговорки, что, мол, вы просто забыли, как покупали мне его, родители не поведутся. Я прищуриваю правый глаз, быстро думая, что же придумать правдоподобного, но понимаю, что ничего путного в голову не лезет.

— Нашла, — смотрю на маму невинными глазами. — Какой-то парень оставил его на скамейке, где я сидела, поэтому я хочу поискать владельца и вернуть ему шарф.

Мама внимательно смотрит на меня. Становится немного стыдно, и, когда я уже собираюсь во всём признаться, она вздыхает и расслабляется.

— Хорошо. Не забудь вернуть потом, — она делает глоток из керамической кружки, придавая себе вид аристократки, и мне вдруг становится смешно.

— О, да, не забудь вернуть, а то в следующий раз «терять» будет нечего, — иронично тянет отец.

Я смотрю на него и ловлю на себе странный взгляд. Неужели он догадался, что мне его дал тот парень, которого он видел рядом со мной в баре? Я подозрительно кошусь на папу, наконец, делая глоток кофе.

Родители начинают о чём-то беседовать между собой, а я доедаю тосты и ставлю пустую кружку на поднос. Собираюсь уже сказать, что ухожу на палубу, но меня опережают.

— Софи, мы вчера нашли отличное местечко, — мама улыбается. — Веранда на палубе с восточной стороны. Там очень уютно и тепло, не хочешь с нами посидеть там?

— Веранда? — мои глаза загораются, потому что я ничего подобного вчера так и не нашла, и я быстро меняю свои планы. — Отлично, как раз дочитаю свою книгу.

Я хлопаю в ладоши и вскакиваю на ноги, направляясь в сторону комнаты. Решаю не брать с собой ноутбук и прочую ерунду. Лишь книгу. Будет классно почитать на веранде среди такой безумно волшебной атмосферы. Нахожу нужный мне предмет на дне сумки, которую так и не удосужилась вчера разобрать, и выхожу обратно.

Мне приходится ждать ещё какое-то время, пока родители соизволят закончить свои дела и показать мне дорогу к веранде.

Вскоре мы выходим из каюты и направляемся на палубу, а когда мы проходим мимо той скамейки, на которой мы вчера так мило побеседовали с Крисом, я вдруг думаю, а где он сам? Что делает? О чём думает? С кем проводит время?

Я улыбаюсь и иду дальше. Мы поднимаемся на второй этаж палубы и проходим вдоль открытого коридора. Вид отсюда гораздо красивее, чем снизу, и я уже жалею, что не взяла с собой фотоаппарат.

Мы доходим до середины и оказываемся рядом с небольшой стеклянной стеной, внутри которой я вижу несколько столиков с мягкими креслами. Мама первая властно открывает прозрачную дверь и оказывается внутри, тут же направляясь к свободному месту. Я с отцом плетусь следом — здесь почти никого нет, лишь несколько человек.

Тут действительно тепло — я присаживаюсь в кресло, но шарф не снимаю. Мне в нём уютно.

Я смотрю через стеклянную стену на проходящих мимо людей, затем вдаль на океан, и вдруг понимаю, что тут прекрасно ощущается ветер, пытающийся пробиться своей плотной массой к нам, однако у него ничего не получается. Я улыбаюсь своим мыслям и открываю книгу, находя нужную страницу.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я отрываюсь от чтения и вырываюсь в реальность. Кажется, что тут ничего и не изменилось, словно бы прошло всего мгновение. Родители о чём-то болтают, людей здесь, кажется, стало ещё меньше, а ветер так и не прекратился.

Я вздыхаю и смотрю в сторону палубы, вдруг случайно замечая знакомую фигуру. Парень медленно идёт мимо, спрятав руки в карманах, на нём уже другой шарф. Я немного улыбаюсь, следя за ним взглядом, — Крис склоняет голову и бросает взгляд на меня, но не останавливается. Его губ касается усмешка.

А потом он пропадает из виду.

Я прокашливаюсь и оглядываюсь, словно боясь, что меня могут застать за этим постыдным занятием: наблюдать за парнем, который одолжил мне шарф. Я захлопываю книгу и встаю.

— Пойду, прогуляюсь.

Родители не отвечают, и я решительно выхожу из тепла, и меня мгновенно накрывает холодный ветер. Я думаю, что нужно поспешить, чтобы догнать Криса, но мне не приходится этого делать.

Парень стоит в нескольких метрах от меня и смотрит на горизонт, облокотившись локтями о перила. Я улыбаюсь и иду к нему, начиная неловко стаскивать с себя шарф.

Крис замечает меня, а когда я подхожу к нему, неожиданно перехватывает моё запястье и заставляет замереть.

— Оставь себе. У меня их полно, — парень улыбается и отпускает меня.

— Правда? — радостно вскрикиваю я, сильнее кутаясь в приятную ткань.

— Конечно.

Я смущённо опускаю голову и прикусываю губу.

— Привет, кстати, — усмехается он, отходя от перил.

— Доброе утро, — я склоняю голову к плечу и сильнее сжимаю книгу пальцами.

— Прогуляемся? — Крис кивает на палубу, и я смущаюсь ещё больше.

— Да, конечно, — нервно смеюсь я, делая пару шагов в сторону.

Крис усмехается и медленно направляется в противоположную сторону от веранды. Я поспешно догоняю его, стараясь не отставать, и прячу одну руку в карман. День должен быть замечательным! У меня хорошее предчувствие.

Christina Perri — Arms

Кристофер.

Мы идём вдоль второго яруса — я смотрю вдаль на океан и с лёгкой улыбкой на губах наблюдаю за тем, как солнечные блики отскакивают от поверхности. Софи идёт рядом, и я никак не могу понять, почему она такой красная. То ли от смущения, то ли от холодного ветра. Я усмехаюсь и глубже прячу руки в карманах, выпуская изо рта пар.

— Что читаешь? — решаю спросить я.

Девушка вздрагивает и поворачивает ко мне голову — половину её лица закрывает мой шарф. Софи рассеянно смотрит на меня, и я понимаю, что она прослушала вопрос.

— Читаешь, говорю, что? — усмехаюсь я.

— А, — она показывает мне книгу и кое-как вертит её в воздухе. — «Последний вервольф». Глен Дункан.

— Интересно? — мы спускаемся по ступенькам на палубу и идём вдоль перил, проходя мимо той скамейки, на которой мы вчера сидели.

— Ага, — она неловко прижимает книгу к себе и опускает голову.

Мы медленно плетёмся по палубе, огибая пассажиров. Я смотрю на наручные часы и думаю, что мне ещё нужно кое-что проверить на нижних отсеках, мысли об этом не дают мне покоя со вчерашнего вечера. План должен быть идеальным, и если что-то пойдёт не так, я просто покончу с собой, спрыгнув в ледяную воду.

— Спешишь куда-то? — спрашивает девушка, замечая, что я слежу за временем.

— Нет, — я пожимаю плечом. — Просто есть ещё одно дело, но его можно и отложить.

Я подмигиваю ей. Она смущается и опускает голову.

— Уже придумала, чем будешь заниматься всю неделю? — я останавливаюсь и подхожу к перилам, облокачиваясь о железные поручни предплечьями. Внизу лайнер разрезает воду, словно нож масло, и волны разбредаются в разные стороны, постепенно успокаиваясь. Дельфинов почему-то не видно.

— Ну, — Софии приходится остановиться рядом. — Я пока не знаю. Я столько много читала о «Титанике», что хочется побывать во всех его уголках, — она смотрит на горизонт, а потом поворачивается спиной к воде. — Я хотела бы побывать в кабине капитана и посмотреть, как они управляют кораблём, но сомневаюсь, что меня туда впустят, — она тихо смеётся.

Я тоже поворачиваюсь спиной к воде и прислоняюсь к перилам, снова пряча руки в карманах.

Я смотрю на верхнюю часть корабля, где отсюда смутно можно различить очертания штурвала и прочей техники, за которой следят капитан и другие его подручные. Думаю, мне удастся уговорить их впустить туда девчонку за определённую плату. Ей радость, и я от этого многое получу.

Я усмехаюсь себе под нос и думаю, что стоит после моего дела наведаться к капитану.

— Так ты многое знаешь о «Титанике»? — отвожу взгляд от рубки и кошусь в сторону Софи.

— Да! — она вскидывает голову и оживляется, словно только и ждала, пока я заведу разговор об этом лайнере. — Ты знал, что лайнер 269 метров в длину и 28, 19 в ширину?