Марси Коннолли – Полые куклы (страница 30)

Я не очень понимаю, как строить эти странные взаимоотношения с моей новообретённой матерью: ведь она тот самый человек, от которого я пыталась убежать последние несколько недель. Но сейчас лучше всего будет идти рядом с ней. Не только для меня, но и для моих друзей.

К моему удивлению, мы не сразу идём к выходу. Вместо этого она держит меня за плечи и вглядывается в меня, её лицо приобретает странное выражение. Достаточно мельком заглянуть в её мысли, чтобы понять, что сейчас она испытывает искреннее сожаление.

– Симона, я знаю, ты не в восторге от того, что я хочу забрать у других детей тела для твоих сестры и брата. Мне жаль. Твои вчерашние слова, что это ничем не лучше того, что творила леди Эшлинг… У меня такого и в мыслях не было. Я всего лишь хочу воссоединить нашу семью, – она пожимает мне руки: наверное, этот жест должен быть ободряющим, но я не чувствую ничего, кроме холода и смятения. – Если найдётся другой способ вернуть их, при котором не потребуется использовать твоих друзей, я предпочту его. Я попробую что-нибудь придумать, обещаю.

Я изо всех сил пытаюсь улыбнуться, словно меня обрадовали эти слова. К тому же я чувствую, что она не лжёт. Но она всё равно не понимает, что творит зло, и это меня пугает больше всего.

Приняв моё молчание за согласие, она выпрямляется и гладит меня по голове.

Этого я и боялась: узнав, что я и есть её дочь, она только укрепилась в решимости привести в исполнение свой план. Несмотря на сожаления, она сделает то, что задумала, если не будет других вариантов. Это очевидно.

Мэва снова берёт меня за руку, и я не сопротивляюсь. Я не расслабляюсь и держу связь с мыслями Рэйчел и Себастьяна. Я чувствую их и ещё целую когорту солдат в нескольких метрах от входа в пещеру. Пустышки следуют за нами точно немые призраки, по-прежнему обессиленные и в полной власти Мэвы. Однако Джеммы и Иды нигде не видно. Неужели Мэва не возьмёт их с собой? Возможно, у неё на них другие планы. С каждым шагом страх всё усиливается.

Сколько человек она может контролировать одновременно? Есть хоть какой-то предел? Я надеюсь, что Рэйчел и Себастьян не забыли надеть обсидиановые амулеты. Если это не так, Мэва не будет медлить и сразу же подчинит Себастьяна. На самом деле, зная, как он боится контролёра, я даже несколько удивлена, что он здесь. Но с другой стороны, я понимаю. Он здесь по той же причине, по которой я пришла спасать его вчера ночью: я не могла оставить Себастьяна на растерзание самому сильному его страху.

«Мы почти пришли», – сообщаю я Рэйчел.

«Мы готовы», – отвечает она.

Подходя ко входу в пещеру, мы издалека видим льющийся сверху утренний свет. Мы выходим на солнце, и нас встречает шум деревьев. Мэва сжимает мне руку.

– Видишь, какой замечательный день, – говорит она. – Скоро мы будем далеко отсюда, и больше нам не придётся бояться, что кто-то попытается нас разлучить.

И тут лес взрывается.

Нас окружают солдаты в серебристо-зелёной форме, застав Мэву врасплох. Один хватает её за руки, и она просто смотрит на него. Он сразу же отпускает её и нападает на остальных.

– Не касайтесь её! – кричу я. – Её магия действует через прикосновения!

Солдаты медленно приближаются, сжимая кольцо и отрезав нас от пещеры. В руках у них мелькают верёвки и сети. У некоторых – не у всех – на шее висят обсидиановые амулеты. Должно быть, Рэйчел раздала все артефакты, какие нашлись в библиотеке.

Мэва дёргает меня к себе:

– Ты знала?! – В её глазах такая боль, что я не могу в них смотреть.

– Я не могла допустить, чтобы ты это сделала, – шепчу я. – Это неправильно. В глубине души ты тоже это понимаешь.

– Отпусти детей, – приказывает ей один из солдат.

Мэва смеётся:

– И не подумаю.

Вдруг из-за деревьев за спинами солдат выскакивает огромное огнедышащее чудовище. Многие с криком пригибаются и тем самым разрывают кольцо.

Работа Наташи, но к такому они не были готовы.

Мэва тащит меня к деревьям, пока иллюзорный дракон гоняется за солдатами, но мне удаётся вырвать руку. Она сразу сникает:

– Ты говорила, что не сбежишь.

– Я не сбегаю. Меня спасают, – отвечаю я.

– Но ты должна пойти со мной. Я твоя мать. – Она снова пытается схватить меня.

Я бегу со всех ног и не оглядываюсь до тех пор, пока не оказываюсь в безопасности, между Рэйчел и Себастьяном. А когда я всё-таки оглядываюсь, то жалею об этом – явственная жестокость исказила лицо Мэвы.

– Ты попыталась, – говорит Рэйчел. – Больше ты ничего не могла сделать.

«Спасибо, что вернулась за мной», – думает Себастьян.

«Взаимно».

Мне удаётся улыбнуться, но улыбка быстро исчезает, пока я наблюдаю за схваткой.

Мэва по-прежнему контролирует одного солдата, и он мешает другим схватить её, пока им наконец не удаётся его скрутить. В воздух взлетают ветки и камни. Магия Меланты во всей красе. Рэйчел толкает нас за дерево, чтобы мы не пострадали.

Наконец солдатам удаётся одолеть Мэву, накинув на неё сеть. Она бьётся и рычит:

– Симона! Скажи им, что я твоя мать! Они должны отпустить меня. Иначе наша семья никогда не соединится!

Не успеваю я ничего понять, как Себастьян вскакивает и, вытянув руку, направляется к Мэве. Она смотрит на него с тем же недоумением, что и мы все. Но мне достаточно быстро заглянуть в его мысли, чтобы понять, что к чему.

– Нет! Себастьян, не надо! – Я бросаюсь вперёд и оттаскиваю его от Мэвы.

Он растерянно смотрит на меня:

– Почему нет? Если я сотру её воспоминания о нашей встрече, она оставит нас в покое и у неё больше не будет причин лезть к нам.

Рэйчел виновато пожимает плечами.

– У меня не было времени всё ему рассказать, – говорит она.

– Во-первых, она ищет пустышек. Даже если ты заберёшь воспоминания о нашей встрече, она всё равно будет охотиться за такими, как мы. Так она и нашла нас, – я делаю глубокий вдох. – Во-вторых, Мэва сказала правду. Она моя мать, Себастьян, и делает всё это потому, что хочет вернуть нашу семью. Она неплохой человек, и её привязанность ко мне – единственное, что может вызвать у неё сомнения по поводу её планов. Если ты заберёшь эти воспоминания, нам до неё не достучаться.

Себастьян медлит. Но не успевает он принять решение, как по поляне разносится жуткий скрежет. Кажется, будто сам лес встал на защиту Мэвы. Толстые ветки – намного больше тех, что бросала в нас Меланта, – летят в солдат. Когда звук стихает, четверо солдат, державших сеть, лежат на земле, оглушённые или без сознания. Не успевают остальные что-то предпринять, как нож, который кто-то уронил во время схватки, взвивается вверх и, со свистом подлетев к сети, в которой бьётся Мэва, быстро и точно перерезает верёвки. Невредимая Мэва выскальзывает на свободу. Метнув недобрый взгляд на нас с Себастьяном, она отступает в тёмный лес, предоставив Меланте сдерживать солдат до тех пор, пока она не уйдёт на безопасное расстояние.

Эпилог

Мы возвращаемся в библиотеку, сейчас нам не угрожает магия Мэвы. Солдатам удалось схватить Калью и Наташу и привести их сюда. Элиаса и Меланту не нашли.

Без сомнения, они с Мэвой.

Будучи во власти контролёра, Калья и Наташа поначалу сопротивлялись. Но библиотекари надели на них по обсидиановому ожерелью, чтобы предотвратить любые попытки подчинить их снова. Пока ситуация не разрешится, они должны всегда носить на себе обсидиан, иначе рискуют снова попасть под контроль Мэвы. Обе ещё не до конца поняли, что произошло, но они благодарны нам. Рэйчел обратилась к Юне за разрешением изучить способы навсегда разрушить психическую связь между контролёром и его жертвами и незамедлительно получила его. Если у неё всё получится, то мы сможем спасти Элиаса и Меланту.

Библиотекари послали за родными девочек, но Калья и Наташа хотят остаться с нами, чтобы помочь остановить Мэву.

Солдаты сверху донизу обыскали пещеры и в глубине горы, куда я не заходила, нашли связанных Иду и Джемму. Неудивительно, что отголосок их мыслей был таким слабым. Нашлась даже лошадь Джеммы – в конюшне в ближайшей деревне. По словам одного из солдат, в течение последних двух недель на рынках регулярно пропадала еда и предметы первой необходимости. В деревне видели и Иду, и Джемму, обе вели себя странно. Насколько я поняла, Мэва отправляла их в деревню по ночам, чтобы они, предварительно разведав местность, крали то, что ей нужно. Возможно, она врала, когда утверждала, будто у неё много денег. Или она их получала нечестным путём.

Но теперь они свободны. Мы с Себастьяном в тревоге ожидаем за дверями лазарета, когда Джемма придёт в себя и мы сможем её увидеть. Кажется, что проходит несколько часов, хотя Себастьян всё время твердит, что прошло совсем немного времени.

Чтобы чем-то занять себя, я отпускаю свою магию в Архивы и мельком выхватываю мысли библиотекарей и слуг.

И тут: «Я так благодарна им за то, что нашли их и приютили».

Знакомые мысли Джеммы прорываются сквозь фоновый шум остальных. Я широко улыбаюсь Себастьяну:

– Она пришла в себя. Ей уже лучше.

Если бы от мыслей люди могли воспарить, Себастьян бы взмыл вверх.

Стоит нам только завидеть каштановые кудри, как Себастьян бросается к Джемме. Я бегу за ним. Теперь, когда Джемма снова с нами, кажется, что у нас есть надежда вернуться к нормальной жизни. Несмотря на то, кем являюсь я, кто моя мать и что она хочет совершить.