Марси Коннолли – Полые куклы (страница 17)
– Нет. Это невозможно. Мы убежали от контролёра. Здесь мы должны были быть в безопасности.
– Если мы действительно столкнулись с контролёром, то мы
Глава четырнадцатая
Мы оттаскиваем Юну ближе к двери на лестницу, подальше от края крыши. Юна слишком высокая, мы не можем сами отнести её вниз, и мы слишком боимся контролёра, чтобы разделяться.
Мы бежим вниз по лестнице, отчаянно зовя на помощь. Спустившись на этаж ниже, мы натыкаемся на протирающую глаза библиотекаря. Она, должно быть, задремала за книгами.
– Что такое, что случилось? – спрашивает она.
– Юна на крыше! – кричит Себастьян.
– На неё напал контролёр, ей нужна помощь. Пожалуйста, поспешите, – говорю я.
Женщина не теряется:
– Найдите доктора. Её зовут Ольга. Она живёт на четвёртом этаже. Четвёртая дверь справа от лестницы. Я присмотрю за Юной, пока она не придёт.
Мы с Себастьяном бежим дальше и, добравшись до четвёртого этажа, отсчитываем четвёртую дверь и стучим так, словно за нами погоня. Мы боимся, что промедление может стать роковым для Юны.
Мы знаем, каково это – быть в подчинении у контролёра. Опустошение, истощение. Будто внутри у тебя что-то сломалось, и ты понятия не имеешь, как это исправить.
Дверь открывает заспанная сухопарая женщина в наспех запахнутом халате.
– В чём дело, дорогие? – спрашивает она. – Кому-то плохо?
– Да. Юне нужна помощь. Она на крыше.
Она широко распахивает глаза, в них уже ни следа сонливости:
– Я только возьму сумку.
Из других дверей показываются другие библиотекари, заинтересовавшиеся тем, что происходит. В том числе со своим неуёмным любопытством в коридор высовывается Девинн. А Ольга крепко берёт за локти меня и Себастьяна.
– Ведите меня к ней и расскажите, что случилось.
– Мы стали искать её сегодня вечером. Хотели поблагодарить за гостеприимство, – отвечаю я.
– Но мы не могли её найти, – продолжает Себастьян.
– Мы всё обыскали и нашли её только на крыше, – говорю я.
Ольга сдвигает брови:
– Она вам не сказала, зачем забралась так высоко?
Я качаю головой:
– Она не могла. Ею завладел контролёр. Я не понимаю, зачем ему понадобилось, чтобы она залезла на крышу, но…
Ольга останавливается и поворачивается ко мне:
– Постой. Контролёр? Это редкий дар и серьёзное обвинение. Почему ты так уверена?
Я обхватываю себя руками, и Себастьян рефлекторно кладёт руку мне на плечо.
– Меня зовут Симона, и я умею читать мысли. Мы оба, – я киваю на Себастьяна, – были в Саду леди Эшлинг. Она управляла нами с помощью дара контролёра. Я везде его узна́ю. К тому же я видела Юну, но не слышала её мыслей. До тех пор, пока контролёр не отпустил её.
– И тогда у неё подкосились ноги, – добавляет Себастьян.
Ольга снова идёт вперёд быстрым шагом.
– Тогда, полагаю, вы знаете, о чём говорите, – размышляет она вслух. – Мне не приходилось встречаться с теми, чей ум подвергался подобному воздействию. Хорошо, что у нас здесь есть группа изыскателей, которые помогут поставить Юну на ноги, если она не оправится быстро.
Надежда буквально окрыляет меня. Если местные изыскатели займутся контролёром, возможно, мы тоже сможем помочь. Или хотя бы узнать результаты их трудов, чтобы в будущем обезопасить себя и тех, кого любим, например, Джемму. Мысли Себастьяна обращаются к ней каждые несколько минут с тех пор, как я сказала ему, что контролёр завладел Юной. Я размышляю о том, где могла очнуться Джемма после того, как контролёр её отпустил. Я знаю, что леди Эшлинг могла контролировать сразу нескольких детей одновременно – но она при этом использовала специальное зелье из цветка, в который превратила контролёра. Полагаю, настоящий контролёр тоже на это способен. Я очень надеюсь, что Джемма уже освободилась от его власти и сейчас находится где-нибудь в безопасном месте.
Добравшись до крыши, мы видим библиотекаря, которую разбудили первой, склонившуюся над беспомощной Юной. Кажется, глава Архивов не может ни на чём сфокусировать взгляд. Её глаза мечутся с одного предмета на другой. Ольга опускается на колени рядом с ней и начинает быстро её осматривать.
– Ну, в области головы вроде бы повреждений нет, и я не вижу ни ушибов, ни синяков, – она слегка отклоняется. – Но, что бы здесь ни произошло, это явно отразилось на её сознании. Похоже, здесь действительно был контролёр, как вы и сказали.
– Контролёр? – Голос Мэвы заставляет меня отвлечься от Юны. Мэва стоит у входа на крышу. Должно быть, она услышала шум и пришла сюда.
– Да, это объясняет, почему Юна оказалась вдруг в таком плачевном состоянии. Подойдите сюда, – говорит Ольга, обращаясь к другому библиотекарю. – Давайте отнесём Юну в её комнату, там ей будет спокойнее.
С помощью портативных носилок, которые Ольга достала из своей сумки, им удаётся отнести Юну вниз по лестнице. Однако Мэва остаётся с нами.
– Что здесь произошло, Симона? – спрашивает она. – Когда я проснулась и увидела, что ты ушла, я забеспокоилась. Потом я услышала, как люди кричат, что на крыше что-то случилось. Вы оба чуть до смерти меня не напугали. – Откинув волосы назад, она прижимает руку к груди. Её мысли пронизаны искренней заботой, которая окутывает меня.
Но я в силах только сверлить взглядом свои ботинки. Мы скрыли от неё, что бежали от контролёра. Это так странно – и страшно! – что он очутился здесь. Если, конечно, это не мы привели его сюда. От одной этой мысли у меня перехватывает дыхание.
Себастьян смотрит на меня с отчаянием во взгляде, словно этот страх всем грузом рухнул на нас обоих.
Но зачем контролёру нас преследовать? Я не могу ответить на этот вопрос. Леди теперь лишилась сил, и нам известно, что это не она – но всё может повториться снова. Возможно, кто-то ищет одарённых людей. Мы слишком часто сталкиваемся с контролёром, чтобы это было совпадением.
– Здесь был контролёр. Он подчинил Юну, но отпустил, как только мы нашли её, – говорю я.
Мэва бледнеет:
– Уверена?
Я рьяно киваю:
– Леди Эшлинг всё время использовала на нас эту магию. Мы знакомы с ней не понаслышке. Сознание Юны было подавлено. Кто-то другой управлял ею.
Но Мэву мои слова не убедили.
– Это, конечно, страшное предположение. Но, возможно, есть иное объяснение. Как контролёр вообще мог сюда проникнуть? Это же настоящая крепость.
Её слова задевают зловещую струну. А что, если он уже был здесь? Мы знаем, что многие библиотекари путешествуют, чтобы лучше изучить предметы своего изыскания – как, например, Ида и Рэйчел. Любая из них могла оказаться контролёром и прибыть раньше нас – для этого достаточно было просто выбрать более короткий путь. За исключением, разумеется, Рэйчел – мы уже знаем, в чём заключается её дар, – и Юны – потому что она сама только что стала жертвой. Это может быть любой из изыскателей. Я бы не стала сбрасывать со счетов кого-то вроде Коннора или даже Девинн.
В Архивах не так уж много людей, кому мы можем довериться, об остальных мы знаем слишком мало.
– К тому же теперь, когда леди Эшлинг лишилась сил, опасаться нечего, – продолжает Мэва.
Мы с Себастьяном переглядываемся, и к нему первому возвращается дар речи.
– Мы… мы не были до конца честны с вами насчёт контролёра, – он тоже сверлит взглядом ботинки. – Он захватил и мою сестру тоже. Так мы и разделились.
Я не могу смотреть на Мэву. У меня горят щёки, а в животе словно лежат камни.
– Когда мне удалось нащупать её сознание, Джемма сказала нам бежать и что она встретит нас здесь.
Мэва ласково касается моего плеча, и моё жаркое смущение сходит на нет.
– Я понимаю, – говорит она. – Для вас это, должно быть, ужасно. Совсем одни и без малейшего понятия, кому можно доверять. – Она обвивает руками нас обоих и притягивает к себе. Мы замираем в её объятиях. – Надеюсь, сейчас вы сможете довериться мне.
– Да, – шепчем мы с Себастьяном. И мы говорим это от всего сердца.
– Тогда поверьте: я смогу защитить вас. Контролёр не причинит вам вреда. До тех пор, пока вы со мной. Я вам обещаю.
Её уверенность поражает меня до такой степени, что моя магия невольно прокрадывается в её сознание. Её мысли упорядочены, как и всегда, а уверенность непоколебима. Я помню, как Джемма обещала защитить нас и каким неуверенным было это обещание, потому что она сама чувствовала себя беззащитной. В мыслях Мэвы нет ничего подобного.
– Как вы можете быть уверены? – спрашивает Себастьян. – Я думал, что с моей сестрой мы в безопасности, и я ошибся.
Мэва немного отстраняется, продолжая обнимать нас, лицо у неё очень серьёзное:
– Потому что я буду драться за вас не жалея сил. Я уверена, твоя сестра любит тебя, Себастьян, – но разве она боец?