Маршалл Розенберг – Язык жизни. Ненасильственное общение (страница 24)

3. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «чувствовать большую уверенность в себе» не содержат ясной просьбы об определенном действии. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Я хотел бы, чтобы ты прошел обучение ассертивности. Мне кажется, это поможет тебе развить уверенность в себе».

4. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «я хочу, чтобы ты перестал пить» выражают не то, чего хочет автор высказывания, а скорее то, чего она не хочет. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Я хочу, чтобы ты сказал мне, какие из твоих потребностей удовлетворяются алкоголем и существуют ли другие способы их удовлетворить».

5. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «я хочу, чтобы ты позволил мне быть собой» не выражают просьбу об определенном действии. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Я хочу, чтобы ты сказал, что не прервешь наши отношения, даже если какие-либо из моих поступков не будут тебе нравиться».

6. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «чтобы ты честно высказался о нашей вчерашней встрече» не являются ясным выражением просьбы об определенном действии. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Я хочу, чтобы ты сказал, что ты чувствуешь после моих поступков и как, по-твоему, мне следовало поступить».

7. Если вы обвели этот номер, наши мнения совпадают: здесь высказывается просьба об определенном действии.

8. Если вы обвели этот номер, то наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «поближе с вами познакомиться» не содержат в себе просьбу об определенном действии. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Скажите, вы не хотели бы обедать со мной раз в неделю?»

9. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слова «уважение к моему личному пространству» не являются ясным выражением просьбы об определенном действии. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Пожалуйста, пообещайте стучаться, прежде чем войти в мой кабинет».

10. Если вы обвели этот номер, наши мнения не совпадают. На мой взгляд, слово «чаще» не является ясным выражением просьбы. Просьба об определенном действии могла бы звучать так: «Мне бы хотелось, чтобы ты готовил ужин каждый понедельник».

7

Эмпатическое принятие

В предыдущих четырех главах описывались четыре составляющих ННО: что мы наблюдаем, что чувствуем и в чем нуждаемся, а также о чем мы хотели бы попросить, чтобы сделать нашу жизнь лучше.

Теперь мы обращаемся от самовыражения к применению этих же четырех составляющих для того, чтобы услышать, что наблюдают и чувствуют другие, в чем они нуждаются и о чем просят. Эту часть процесса коммуникации мы называем эмпатическим принятием (или принятием с сопереживанием).

Две части ННО:

1. Высказываться честно.

2. Принимать высказывания других с эмпатией.

Присутствие: не делайте ничего, просто будьте

Эмпатия — это уважительное понимание того, что переживают другие. Китайский философ Чжуан-цзы утверждал, что для истинной эмпатии необходимо слушать всем своим существом: «Слушать только ушами — одно дело. Слушать с пониманием — другое. Но когда мы слушаем душой, то не ограничиваем себя ни ушами, ни умом.

Эмпатия — это опустошение ума и слушание всем своим существом.

Следовательно, нужно опустошение всех способностей. И когда мы их опустошили, тогда слушает все наше существо. Тогда мы непосредственно улавливаем то, что перед нами, и это нельзя услышать ушами или понять умом».

Эмпатия возникает лишь тогда, когда мы успешно отбрасываем все предвзятые мнения и суждения о других. Рожденный в Австрии израильский философ Мартин Бубер описывает эту способность к присутствию, которой требует от нас жизнь: «Несмотря на все общие черты, каждая ситуация жизни, подобно новорожденному младенцу, обладает собственным лицом, которое никогда не существовало прежде и никогда больше не появится. Она требует от вас реакции, которую нельзя подготовить заранее. В этой реакции не должно быть прошлого. Она требует присутствия и ответственности, она требует вас».

Спросите, прежде чем предложить совет или утешение.

Нелегко сохранять присутствие, которого требует эмпатия. «Уделять внимание страждущему — способность очень редкая и сложная. Это почти чудо. Это и есть чудо, — пишет французский философ Симона Вейль. — Почти все, кто думает, будто обладает этой способностью, на самом деле не имеют ее».

Вместо эмпатии мы часто склонны предлагать советы или утешение и объяснять собственную позицию и чувства. Что же касается эмпатии, она требует, чтобы мы полностью сосредоточились на том, что хочет выразить другой человек. Мы предоставляем другим необходимое им время и место, чтобы они полностью выразили себя и чувствовали себя понятыми. Есть буддийское изречение, которое метко описывает эту способность: «Не делай ничего, просто будь».

Если люди нуждаются в сопереживании, то они часто испытывают раздражение, когда нам кажется, будто они хотят утешения или сугубо практического совета. Моя дочь преподала мне урок, и я научился сначала выяснять, нужны ли советы или утешения, и лишь потом высказывать их. Однажды она взглянула в зеркало и сказала: «Я страшная как свинья».

«Ты прекраснейшее создание, которое Бог когда-либо создавал на этой земле!» — объявил я. «Да ну, папа!» — воскликнула она, раздраженно взглянув на меня, и вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. Позже я выяснил, что она хотела немного эмпатии. Вместо несвоевременного утешения я мог спросить: «Тебе не нравится, как ты сегодня выглядишь?»

Моя подруга Холли Хамфри выделила несколько распространенных моделей поведения, которые не дают нам в достаточной мере присутствовать и устанавливать эмпатические связи с людьми. Вот примеры:

• Совет: «Я думаю, тебе нужно…» «Как же могло случиться, что ты не…?»

• Соревнование: «Да это просто мелочь, ты послушай, что случилось со мной!»

• Поучение: «Ты можешь извлечь из этого очень ценный урок, если просто…»

• Утешение: «Проблема не в тебе, ты сделал все возможное».

• Рассказ о собственном опыте: «Вот, помню, у меня когда-то…»

• Подавление чужих эмоций: «Веселее, не вешай нос».

• Проявление сочувствия: «О, бедняга…»

• Выспрашивание: «Когда это началось?»

• Объяснения: «Я позвонил бы, но…»

• Исправление: «На самом деле все было не так».

Раввин Гарольд Кушнер в своей книге «Когда с хорошими людьми случаются плохие вещи»[9] рассказывает, как больно ему было, когда умирал его сын, а другие говорили то, что — по их мнению — могло утешить. Еще больнее было осознать, что он сам двадцать лет говорил то же самое, утешая людей в подобных ситуациях!

Когда мы считаем, что должны «все уладить» и заставить других чувствовать себя лучше, это не дает нам полноценно действовать в нынешней ситуации. Те, кто выполняет роль консультантов или психотерапевтов, особенно подвержены этому убеждению. Однажды, работая с двадцатью тремя специалистами в области психиатрии, я попросил их написать дословный ответ клиенту, который говорит: «Я чувствую себя очень угнетенным и просто не вижу смысла жить дальше». Собрав написанные ими ответы, я объявил: «Сейчас я прочитаю то, что написал каждый из вас. Представьте себя в роли человека, выразившего чувство депрессии, и поднимайте руку после того ответа, который создаст у вас ощущение, что вас поняли». Руки были подняты лишь на три ответа. В качестве ответа чаще всего предлагался вопрос «когда это началось?». Он создает видимость, что специалист собирает информацию, необходимую для диагностики и лечения.

Интеллектуальное понимание блокирует эмпатию.

На самом деле интеллектуальное понимание часто препятствует тому типу присутствия, который необходим для эмпатии. Когда мы думаем об услышанном и о том, насколько оно согласуется с нашими теориями, мы смотрим на людей — и не пребываем с ними. Основной компонент эмпатии — присутствие: мы полностью осознаем другого человека и его переживания. Это качество присутствия отделяет эмпатию от интеллектуального понимания или сочувствия. Иногда мы можем делать выбор в пользу сочувствия другим, но полезно осознавать, что в моменты проявления сочувствия мы не выражаем эмпатию.

Прислушиваться к чувствам и потребностям

В ННО мы прислушиваемся к наблюдениям, чувствам, потребностям и просьбам людей вне зависимости от того, какие слова они выбирают для самовыражения. Представьте себе, что вы одолжили машину новому соседу, которому срочно нужно было куда-то ехать.

Вне зависимости от того, что говорят другие, мы слышим только то,

1) что они наблюдают,

2) что они чувствуют,

3) в чем они нуждаются,

4) чего они просят.

Узнав об этом, ваша семья реагирует очень эмоционально: «Ты просто дурак, что доверился абсолютно незнакомому человеку!» Вы можете использовать компоненты ННО, чтобы подключиться к чувствам и потребностям этих членов семьи, а не 1) принимать их слова на свой счет и 2) обвинять и осуждать их.

В этой ситуации очевидно, чтó заметили и на что отреагировали члены семьи: вы одолжили машину малознакомому человеку. В другой ситуации это может быть не столь ясно. Если коллега нам говорит: «Вы плохо играете в команде», мы можем не знать, какое наблюдение имеется в виду, хотя обычно догадываемся о том, чем спровоцировано это утверждение.