Марселла Бэлл – Пообещай лучшую ночь (страница 14)

Он крепче прижал ее к себе. Потрескивание дров в камине, рев бури за окном и их прерывистое дыхание слились в один звук. Они были в центре этой далекой от цивилизации вселенной.

И внезапно Мири поняла, что имел в виду ее жених, когда сказал, что забыл обо всех своих обещаниях в пылу момента.

Чувствуя близость Бенджамина, пробуя его на вкус, вдыхая его запах… слушая его…

Боже! Она издала тихий звук, наполовину стон, наполовину вздох.

Рядом с ним она снова почувствовала себя подростком.

И в то же время зрелой женщиной.

Прошедшие годы закалили ее, сделали уверенной в себе, способной дерзко добиваться того, чего она хочет. Подростком она была не такой.

И вместо того, чтобы просто плыть по течению, наслаждаясь его ласками, она стала активным участником этого действа.

Он своими стонами дал ей понять, что одобряет ее действия. А потом переменил положение, и она оказалась прижатой к нему всем телом. Ее грудь соприкасалась с его грудью, она сидела на нем верхом, юбка задралась, а центр ее желания, пульсируя, уперся в его затвердевшую плоть.

Не имело значения то, что они оба оставались одетыми.

Она была обнажена перед ним с момента, когда они начали разговаривать.

И даже еще раньше.

С момента, когда он сказал, что она способна на большее.

С момента, когда он потребовал, чтобы она показала ему это большее.

Но каким бы ни был он проницательным, в ней еще были глубины, которые ему только предстояло обнаружить, и секреты, которые он сможет разгадать, только если приложит значительные усилия.

И она способна на еще большее.

Прижавшись к нему, она стала медленно вращать бедрами, как для того, чтобы соблазнить его, так и для того, чтобы доставить удовольствие себе.

Мири хотела показать ему, что он еще не видел всех ее талантов, и в то же время тонула в волнительных ощущениях, которые он пробуждал в ней.

Она застонала, и он застонал в ответ и зарылся рукой в ее волосы.

А потом наконец он оторвался от ее губ, чтобы вдохнуть воздуха. Не в силах вымолвить ни слова, он смотрел на нее так, словно прежде никогда не целовал женщин. Словно не имел понятия, что это может быть так.

Мири могла только жадно хватать воздух, не сводя с него взгляда. Она тоже не имела понятия, что поцелуй может быть таким.

Они тяжело дышали, как тинейджеры, которые чуть не зашли слишком далеко. Наконец он обхватил ее щеки ладонями и прижался лбом к ее лбу.

Закрыв глаза, они постепенно замедляли дыхание. А потом снова открыли глаза.

— Мы не можем сделать этого, Мири, — сказал Бенджамин хрипло.

Потом она испытает чувство унижения, когда станет вспоминать, как бесстыдно сидела на нем верхом.

Она знала это.

Но это время еще не наступило.

А пока она лишь тяжело дышала, борясь с желанием возразить ему.

Конечно, они могли это сделать.

Они были взрослыми дееспособными людьми.

Никто не имел права сказать им, что они не должны этого делать.

Но ее могли уволить из-за этого.

Она закрыла лицо руками.

Ее уволят меньше чем через две недели после того, как приняли на работу.

У нее сжалось сердце.

— Мири, я…

Что бы он ни собирался сказать, он этого не сказал.

Она медленно сползла с его коленей, стараясь как можно меньше прикасаться к его телу.

«Я только что потеряла работу», — промелькнуло у нее в голове.

Она стала поправлять юбку, но он схватил ее за запястье.

Она не могла избежать его взгляда, снова утонула в его голубых глазах.

— Мири. Это была полностью моя вина, и это никак не отразится на вашей работе в фонде.

Впервые с момента их встречи он выглядел нерешительным. А его голубые глаза вспыхивали всякий раз, когда его взгляд падал на ее губы.

Он явно не хотел останавливаться, но он обладал большим самоконтролем и здравым смыслом.

У нее снова сжалось сердце.

Во время разговора с ним она частенько забывалась, была слишком откровенна, а теперь еще и это?

Он мог прийти к выводу, что она совсем не контролирует себя и поступает непрофессионально.

И не важно, что сейчас в его взгляде читалось вовсе не осуждение.

Он хотел заняться с ней любовью, но Мири понимала, что это невозможно, ведь она его подчиненная.

Но они поцеловались.

Поцелуй между одинокими взрослыми сотрудниками не шел ни в какое сравнение с многолетним адюльтером, но тем не менее тоже был нарушением профессиональной этики компании.

Но он не расскажет никому об этом.

Его глаза обещали это.

И ей остается только довериться ему.

Больше всего ее пугало то, что они не просто перешли черту — ей отчаянно хотелось этого. Она не могла доверять себе в обществе этого мужчины.

По какой-то причине в его присутствии она утрачивала контроль над собой.

А сейчас они застряли в снегу.

И это было настоящим испытанием для нее.

Ей нужно как можно скорее убраться отсюда.

Легко читая ее мысли, Бенджамин хрипло произнес:

— Моя помощница проводит вас в вашу комнату, Мири. Здоровый ночной сон, и это останется просто ошибкой, о которой мы оба скоро забудем.

Кивнув, словно целоваться с незнакомцами было для нее настолько привычным делом, что она могла легко забыть об этом, Мири тихо пробормотала:

— Спасибо.

И когда появилась помощница, они уже успели привести свою одежду в порядок и сидели в напряженном молчании у камина. Мири последовала за помощницей к дверям, но на пороге остановилась и сказала:

— Спокойной ночи, Бенджамин.